Робин Кук - Метка смерти

Джек обрадовался. Он не рассчитывал, что в такое время вдруг появится возможность проконсультироваться с практикующим кардиологом.

— Пройдите в отделение, — предложила Ширли, перегибаясь через стойку, чтобы показать Джеку, куда идти. — Я вас там встречу и провожу к нему.

Двери лифта раскрылись, и санитар, кряхтя, выкатил кровать в вестибюль шестого этажа. Поскольку между краем остановившегося лифта и полом образовался небольшой порожек, кровать немного подпрыгнула, и Лори поморщилась от боли. Действие обезболивающих препаратов явно заканчивалось.

Лори уже смирилась с мыслью, что вряд ли сможет что-то изменить, пока не доберется до телефона. Она поинтересовалась у санитара, где ее вещи — там оставался сотовый, но тот ответил, что не имеет понятия.

По короткому коридору он повез ее к медсестринскому посту, похожему в полумраке спящей больницы на яркий маяк. Матовые светильники приглушенного ночного освещения были расположены на стенах на высоте чуть больше полуметра от пола.

Зафиксировав колеса кровати, санитар подошел к стойке, из-за которой виднелись две женские головы: одна — со стрижкой, другая — с хвостиком. Женщины подняли глаза, когда санитар плюхнул перед ними медицинскую карту Лори.

— У вас новый пациент, подруги, — сказал он.

Лори увидела, как медсестра со стрижкой, взяв в руки карту, прочла на обложке ее имя и тут же встала.

— Так-так, мисс Монтгомери. Должна вам сказать, мы уже начали гадать, куда это вы подевались.

Медсестры вышли из-за стойки.

Лори наблюдала, как они с обеих сторон подошли к ее кровати. Та, что со стрижкой, была довольно смуглой, с миндалевидными глазами и тонким орлиным носом. Кожа другой выглядела светлее, но широкое лицо говорило об азиатском происхождении. Низко расположенные ночные светильники не позволяли хорошо разглядеть их, высвечивая лишь абрис и оставляя большую часть лица в тени. Испуганной Лори они казались зловещими.

— Мне нужен телефон, — сказала Лори, переводя взгляд с одной на другую и не понимая, кто из них старшая.

— Джаз, я отвезу ее в палату и займусь устройством, — предложила медсестра азиатского типа, не обращая внимания на просьбу Лори.

— Очень мило с твоей стороны, Элизабет, — ответила Джаз. — Но я, пожалуй, позабочусь о мисс Монтгомери лично.

— Сама? — явно недоумевая, переспросила Элизабет.

— Извините! — уже с раздражением окликнула их Лори. — Мне нужен телефон!

— Ну что ж, пожалуйста, — обращаясь к своей напарнице, сказала Элизабет и вернулась к медсестринскому посту.

Кинув медицинскую карту Лори на кровать, Джаз зашла сзади и стала ее толкать.

— Простите! — Лори слегка приподняла голову, чтобы видеть Джаз. — Мне очень важно позвонить. — Она поморщилась от толчка, когда колеса кровати освободились от тормозов, затем вновь, когда кровать, дернувшись, покатилась по длинному темному коридору.

— Я уже слышала, что вы сказали, и не стоило это повторять, — наконец ответила Джаз. Ее голос вибрировал от усилий, прилагаемых ею, чтобы толкать кровать. — Пожалуй, мне стоит вам напомнить, что сейчас полтретьего ночи.

— Я знаю, сколько сейчас времени, — огрызнулась Лори. — Мне нужно позвонить своему врачу. Я должна была лежать не здесь, а в ПНП до ее утреннего обхода.

— Мне очень неприятно вам об этом сообщать, — ответила Джаз. — Но ваш врач, как и все другие врачи, сейчас крепко спит. И вряд ли захочет слышать о каких-то проблемах с вашим перемещением в другую палату.

— Немедленно остановите кровать! — потребовала Лори. — Я не буду лежать в этой палате.

— Неужели? — с издевкой воскликнула Джаз, не замедляя шаг.

Она продолжала толкать кровать гораздо быстрее, чем это удавалось санитару, стремясь поскорее довезти Лори до палаты. Придя в больницу минувшим вечером, она никак не могла найти Лори. Поначалу она решила, что мистер Боб, видимо, ошибся. Но оказалось, что имя Лори просто не сразу внесли в больничную компьютерную систему. Джаз поняла это, просмотрев журнал поступивших пациентов в «неотложке», когда пришла туда за ампулами с калием.

— Я требую, чтобы вы остановились! — громко возмутилась Лори, когда Джаз проигнорировала ее. Лори вновь пришлось прижать руку к верхней части живота, чтобы унять боль.

— Вижу, вы из трудных пациентов, — усмехнувшись, заметила Джаз. На самом деле она так не считала. Благодаря тому, что отделение акушерства и гинекологии оказалось переполненным, «санкция» Лори могла стать одной из самых легких. Лори находилась на ее этаже, Джаз исполняла обязанности старшей медсестры, и все казалось проще простого.

Возле палаты Джаз лихо развернула Лори на сто восемьдесят градусов, чтобы направить кровать изголовьем вперед. Ступив за порог, Джаз щелкнула выключателем, и обе женщины сощурились от вспыхнувшего верхнего света. Она умело подкатила пациентку к стоявшей в палате кровати, которая была значительно шире занимаемой Лори.

Лори посмотрела на медсестру, которая вела себя совершенно непостижимым образом, и чуть не обмерла, увидев бейджик с ее именем: Джазмин Ракоши. Несмотря на последствия наркоза, Лори тут же вспомнила, что это имя значилось в списках Роджера. Джазмин Ракоши была среди тех, кто перешел из больницы Святого Франциска в Центральную манхэттенскую!

— В чем дело? — поинтересовалась Джаз, опуская бортик кровати. Она заметила минутное оцепенение пациентки. — Что-то не так?

Не дожидаясь ответа, Джаз схватила одеяло за край и резко откинула его, обнажая Лори и тем самым приводя ее в еще большее замешательство. На ней была лишь больничная сорочка, в нижней части живота возвышалась пухлая повязка с дренажной трубкой и пластиковым приспособлением. В дренажной трубке виднелась струйка крови.

— Ну вот, — бесстрастным тоном заявила Джаз. — Перебирайтесь-ка сюда, и мы позаботимся, чтобы вам было хорошо и уютно. — Затем, подойдя к изголовью, она перевесила бутылочку капельницы на прикроватный штатив.

Лори не пошевелилась. Ее паника, возникшая из-за перевода в другое отделение, усилилась, когда она увидела полное имя Джаз. Страх буквально парализовал ее. Она ясно понимала, что Джаз могла быть тем самым убийцей.

— Давай, сестренка, — настаивала Джаз. Вновь подойдя к Лори сбоку, она посмотрела на нее в упор. — Надо переложить свой зад на кровать.

Лори тоже посмотрела на нее, стараясь придать своему взгляду как можно больше дерзости. Это было единственное, что она, беспомощная, могла противопоставить этой грубиянке.

— Не хотите подчиняться — я позову Элизабет, и мы, так или иначе, переложим вас. Я не собираюсь долго уговаривать.

— Я хочу поговорить со старшей медсестрой! — воскликнула Лори.