Биляна Срблянович - Саранча
- Название:Саранча
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2005
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Биляна Срблянович - Саранча краткое содержание
Эта замечательно правдивая история о людях, находящихся в сложных семейных и любовных взаимоотношениях. В одной из ремарок Срблянович пишет: «Все персонажи постоянно едят», поэтому зал ресторана с живой джазовой музыкой знаменитого трио Евгения Борца — лучшее место действия. Впрочем, персонажи, как и положено саранче, с удовольствием едят и друг друга, так что наблюдать за ними интересно. Тем более, что финал у этой истории, с легким мистическим привкусом, довольно необычный и даже загадочный.
«Я часто слышу о „новой драматургии“, так вот, на мой взгляд, пьеса „Саранча“ прекрасный, живой образец этой самой „новой драматургии“, только предстающей не в виде выхолощенной мрачной фантазии, а как очень жизненный и художественно точный слепок с повседневности. Не случайно „Саранча“ — самая популярная пьеса известного сербского драматурга Биляны Срблянович, удостоенной многочисленных европейских театральных премий».
— Режиссер спектакля Роман Козак
Саранча - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Макс. Душа моя, если ты чувствуешь себя старой, что же мне тогда говорить?
Макс смотрит на Надежду с какой-то нежностью, которую и сам не мог бы объяснить. Говоря упрощенно, есть что-то особенно в их разнице в возрасте, в его потребности защитить ее.
Надежда. Макс, знаешь что… Мне так нравится, когда ты говоришь мне «душа моя».
Как бы то ни было, Макс вдруг становится нежным. Одна слезинка, то ли от смеха, то ли от прилива эмоций, скатывается из-под ресниц его левого глаза.
Макс. Душа моя.
Макс вытирает глаза. Надежда смотрит на него почти влюблено. А потом говорит.
Надежда. У тебя ресницы размазались.
Надежда мочит кончик салфетки в бокале с водой. Вытирает его.
Макс. Забыл снять… Хорошо. Хватит.
Надежда. Еще здесь немного…
Макс хватает Надежду за руку. Отводит ее.
Макс. Я же сказал, хватит. (Сейчас снова никто не улыбается. И опять обстановка натянутая. Макс смотрит куда-то вдаль, пытается подозвать официанта.) Три официанта на столько столов. И один из них слепой! Просто непонятно, как их подозвать. Если увидишь его, просигнализируй. Хотелось бы расплатиться.
Надежда оглядывается. Смотрит по сторонам.
Макс. Не настолько срочно. Просто, если вдруг увидишь…
Надежда. Не вижу официанта, но вон тот человек смотрит на тебя не отрываясь.
Макс (не оборачивается. Отпивает немного вина, сидит с важным видом). На меня все смотрят.
Надежда. Этот смотрит очень упорно.
Макс. Могу себе представить.
Надежда. Обернись. Может, ты его знаешь.
Макс. Меня это не интересует. (Макс все-таки оглядывается.) А, этот. ( Поднимает брови и кивает головой кому-то там. И, как и в каждой заставке к своим передачам, он в знак приветствия поднимает бокал с вином. Улыбаясь, цедит сквозь зубы, обращаясь к Надежде.) Стукач.
Надежда. Он?
Макс. Работает на полицию. Говно.
Надежда. А почему ты его поприветствовал, если он говно?
Макс. Знаешь, я и сам задаю себе этот вопрос.
Надежда. Потому что он родственник твоей жены?
Макс. Откуда ты знаешь?
Надежда. Он сейчас сам это сказал. Тому, кто сидит рядом с ним.
Макс изумленно поворачивается. Смотрит на родственника своей жены.
Надежда. Он не громко сказал. Только ему. (Поясняет.) Я умею читать по губам.
Макс. Правда?
Надежда (кивает головой). А это, про жену, я и сама знала.
Макс. И это есть в Интернете?
Их «выход в свет» превращается в сущее наказание.
Надежда. Мне безразлично. Это твое дело.
Оба молчат.
Макс. Ты действительно умеешь читать по губам?
Надежда, довольная, кивает головой.
Надежда. Это не так уж трудно.
Макс. Вот, видишь, ты еще что-то умеешь. Не только гримировать.
Надежда. Сказать тебе, о чем они говорят?
К Максу постепенно возвращается присутствие духа.
Макс. Почему бы и нет. Давай!
Надежда смотрит в направлении полицейского говна. Концентрируется и воспроизводит.
Надежда. Завтра они собираются арестовать директора почтового ведомства. За уклонение от уплаты налогов.
Макс. Издеваешься?
Надежда. Я-то здесь при чем? Это сказало говно.
Макс (оборачивается и смотрит на стукача). Ты уверена?
Надежда. Только что сказал. Я прекрасно видела.
Макс достает мобильный телефон из кармана пиджака. Набирает какой-то номер, он очень доволен собой, ждет, когда установится связь.
Макс. Надежда, с тобой шутки плохи. Действительно. Ну-ка, сообщи еще что-нибудь. (Макс говорит в трубку.) Алло, это я. Слушай, проверь мне вот что…
Затемнение
Холл какого-то большого и важного учреждения, мраморные колонны, мраморные стены, мраморный пол, облицованный мрамором вход, а где-то там, вне нашей видимости, множество больших дверей, повсюду двери и двери, которые с трудом открываются и всегда с грохотом закрываются. Милисав Симич, промокший старик, худой и высокий, в намокшем плаще, от которого идет пар, сидит на одном из маленьких деревянных стульев и держит под мышкой дешевую папку из кожзаменителя. Возле него нервозно прохаживается Милан, бывший его студент, в настоящее время шофер своего отца, то обстоятельство, что у него есть высшее образование, не значит, что у него есть и соответствующая работа. Симич, жмущийся на стуле, словно пытается уполовинить, спрятаться в свой скелет, собственные метр и девяносто сантиметров. Милан все время прохаживается и говорит, прохаживается и говорит.
Милан. Мой отец играет в лото. Уже тридцать пять лет, ежедневно. Тридцать пять лет мой отец каждое утро встает первым, первым умывается, первым бреется, варит себе кофе, раскуривает трубку и усаживается за кухонный стол. И начинается: он распределяет цифры, разрабатывает системы, угадывает, предполагает, ищет комбинацию, которая выиграет. Мой отец уже тридцать пять лет ежедневно пытается что-то выиграть.
Где-то, в глубине какого-то коридора, медленно, со скрипом открывается какая-то дверь. Милисав Симич вскакивает, но не делает ни шага с места. Он остается стоять возле стула, прислушивается как испуганный пес. Он слушает звук шагов, мужские подошвы словно отбивают чечетку по мрамору, шаги приближаются, потом удаляются, дверь с грохотом захлопывается.
Милан. Еще рано.
Симич разочарованно садится. Милан делает паузу. Мы думаем, что он будет молчать. А он продолжает.
Милан. Мой отец каждое утро, уже тридцать пять лет, выбирает какую-то важную цифру, а потом выстраивает вокруг нее какую-то систему. Он играет на даты, дни рождений, годовщины великих битв, менее великих сражений, покушений, государственных переворотов, никому не известных войн, играет на количество букв в именах выдающихся людей, исторических личностей или родственников, друзей, королей, соседей, писателей, всех своих предков.
Симич резко приподнимается со стула, прислушивается, он похож на огромную тощую мышь, кажется, что у него подрагивают кончик носа и ушей, он пытается услышать что-то, что услышать невозможно.
Милан. Еще ничего. Рано.
Симич смотрит на Милана, не решаясь что-нибудь сказать ему. Милан садится, точнее, плюхается на стул, стоящий рядом со стулом Симича.
Милан. Мой отец уже тридцать пять лет, каждый день своей жизни, у каждого встречного просит назвать ему какую-нибудь цифру. У каждого, абсолютно каждого. (Милан печально добавляет.) У каждого, кроме меня.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: