Галина Дятлева - Мастера портрета

Более поздние портреты Коро показывают, что стремление мастера передать неповторимость каждой модели значительно ослабевает.

Вероятно, сказывается изменение отношения автора к окружающей действительности. Художнику все труднее находить в реальности прежнюю гармонию. С этого времени в его портретах, особенно женских, появляется чувство умиротворения и покоя.

Такие настроения заметны уже в «Портрете Клер Сеннегон» (1845, Лувр, Париж). В нем нет живости и энергии, характерных для «Портрета Октавии Сеннегон». Пронизан тишиной вечерний пейзаж за спиной молодой женщины. Четкие контуры, которыми написана ее фигура, как бы отделенная от фона, подчеркивают чувство меланхолии и отрешенности в ее глазах.

В таком же духе исполнены и картины «Жница» (1838, частное собрание, Париж), «Читающая муза» (1845, Лувр, Париж), близкие к портретному жанру. Образы этих композиций легко узнаваемы. Современники свидетельствуют, что Коро привлекал к позированию для подобных работ своих знакомых и друзей и оставлял на полотне индивидуальные черты их внешности.

К. Коро. «Женщина с жемчужиной», ок. 1869, Лувр, Париж

Портретом, пожалуй, можно назвать «Женщину с жемчужиной» (ок. 1869, Лувр, Париж). Известно, что моделью для него стала соседка Коро, Берта Гольдшмидт. Одетая в итальянское платье и в жилет самого художника, она сидит в позе Моны Лизы с картины Леонардо да Винчи. С помощью светотеневой моделировки, тонких цветовых переходов Коро создает удивительно поэтичное полотно, на котором зритель видит конкретного человека и в то же время образ, созданный фантазией художника, пытавшегося запечатлеть мечту о прекрасном.

Итальянский историк искусства Л. Вентури писал о «Женщине с жемчужиной»: «Вся картина излучает духовную красоту, отражая изящество души, прекрасной и тонкой именно потому, что она естественна и цветет подобно цветку или ветке дерева».

Прославленный художник-пейзажист, Коро внес свою лепту в развитие европейской портретной живописи. В его портретах соединились черты нескольких направлений. Если ранние работы мастера отразили интерес к бытовой характеристике модели, то зрелые произведения, являющиеся воплощением художественного идеала, сближают его творчество с искусством классицистов и романтиков.

В творчестве Эжена Делакруа нет заказных портретов. Художник писал лишь тех, кто близок ему по духу или просто интересен. Портрет как живописный жанр мало увлекал Делакруа-романтика. Изображение человеческих лиц притягивало его, как и других представителей романтического направления, лишь изменчивостью и подвижностью портретных черт моделей, что достигалось благодаря кисти мастера.

Французский живописец и график Эжен Делакруа (полное имя — Фердинан Виктор Эжен) родился недалеко от Парижа, в Шарантон-Сен-Морисе. Существует предположение, что он был незаконнорожденным сыном Ш. М. Талейрана. Образование художник получил в Париже, в Императорском лицее.

Э. Делакруа. «Автопортрет в зеленом жилете», середина 1830-х, Лувр, Париж

В 1816 году Делакруа стал учеником П. Н. Герена, а в 1817 году он поступил в парижскую Школу изящных искусств.

На формирование молодого художника большое влияние оказало античное искусство, сочинения Гомера, Горация, Марка Аврелия. Его интересовало творчество старых мастеров (Микеланджело, Д. Веласкеса, П. П. Рубенса) и современных живописцев (Ж. Л. Давида, А. Ж. Гро, Дж. Констебла). Своим главным учителем Делакруа всегда считал Жерико, с которым его связывали дружеские узы.

Значительное место в портретном творчестве Делакруа занимают автопортреты. Первый художник исполнил в 1821 году (Лувр, Париж). Он изобразил себя в костюме Гамлета, в позе Карла II на картине, созданной Кареньо да Миранда (прежде его авторство приписывалось Д. Веласкесу). Автопортрет показывает интерес, который французские романтики испытывали к английской литературе, в частности к сочинениям У. Шекспира. Более всего им был близок образ Гамлета, человека сомневающегося и ищущего истину. Гамлетовское начало не раз будет проявляться и в дальнейшем творчестве Делакруа.

В 1823 году художник написал еще один автопортрет (частное собрание, Цюрих), а в середине 1830-х годов появилась самая значительная его работа в этом жанре — «Автопортрет в зеленом жилете», (Лувр, Париж). Этот образ раскрывает зрителю всю сложность и противоречивость характера модели. Под спокойной и холодной маской скрывается ранимая и тонко чувствующая душа человека, вынужденного жить в окружении чуждых ему людей.

Э. Делакруа. «Портрет Жорж Санд», 1838, Государственный художественный музей, Копенгаген

Писатель и критик Т. Готье так отозвался об этом портрете Делакруа: «…элегантный и хрупкий молодой человек, которого, раз увидев, уже нельзя было забыть. Оливковая бледность лица, густые черные волосы, черные же взлетающие вверх брови, карие глаза, во взгляде которых было нечто кошачье, тонкие, красиво очерченные губы, слегка приподнятые крепкими зубами и оттененные небольшими усами, волевой, сильно акцентированный подбородок — все это придавало его лицу какую-то дикую, странную, экзотическую, беспокойную красоту».

На последнем автопортрете Делакруа (1842, галерея Уффици, Флоренция) мы видим совсем иного человека. В облике стареющего художника уже нет той прежней силы и энергии, которая так восхищает зрителя «Автопортрета в зеленом жилете». Делакруа создал множество портретных образов своих друзей и близких. Эта галерея открывается «Портретом барона Швитера» (1827, Национальная галерея, Лондон).

В 1827 году художник послал ее в Салон, но жюри отвергло картину. Живописец-пейзажист барон Швитер, светский щеголь, одетый в модный костюм, изображен на полотне в полный рост. Такая трактовка образа была характерна для английского портретного искусства. Отсюда и тщательно выписанный пейзажный фон, а также большая ваза с цветами и деталь мраморной лестницы за спиной модели. В дальнейшем Делакруа больше не обращался к традициям английского портрета.

Многие исследователи видят в «Портрете барона Швитера» сходство с живописью английского портретиста Т. Лоренса. Думается, что это мнение ошибочно. Тонкая одухотворенность меланхоличного и в то же время нервного облика модели совершенно далека от равнодушного светского портрета. Портреты, написанные Делакруа в 1830-х годах, более совершенны, чем работы 1820-х. Очень удачны портретные образы Никколо Паганини (1831–1832, собрание Филипс, Вашингтон) и Фридерика Шопена (1838, Лувр, Париж).