Галина Дятлева - Мастера натюрморта

Живописец находился в Берлине, когда началась Первая мировая война. Ему пришлось срочно выехать из Германии и возвратиться в Россию. Любовь и женитьба в 1915 году на Белле Розенфельд, ставшей главной моделью художника, способствовали появлению картин с фигурами влюбленных («Зеленые любовники», после 1914, частное собрание, Москва). Воображение помогало художнику создавать необыкновенные композиции, в которых счастливые пары взмывают в воздух («День рождения», 1915, Музей современного искусства, Нью-Йорк; «Над городом», 1917, Третьяковская галерея, Москва; «Прогулка», 1917, Русский музей, Санкт-Петербург).

Многие полотна Шагала, созданные в это время, передают интерес живописца к предметному миру. Вещи, окружающие человека, на картинах мастера порой приобретают значение символов. Маленькие фигурки людей теряются на фоне комнат, в которых все пространство занято гигантскими часами или зеркалом, где отражается огромная керосиновая лампа, возвышающаяся на постаменте в виде мраморной колонны («Часы», 1914, Третьяковская галерея, Москва; «Зеркало», 1915, Русский музей, Санкт-Петербург).

М. Шагал. «Зеркало», 1915, Русский музей, Санкт-Петербург

Спокойная и светлая красота вещей предстает на полотне «Интерьер с цветами» (1918, Музей-квартира И. И. Бродского, Санкт-Петербург). Свет, проникающий в окно комнаты, освещает окруженный венскими стульями стол, накрытый полосатой скатертью. На нем мы видим простой натюрморт: в беспорядке сложенные книги и украшенную ярким орнаментом вазу с лиловым букетом.

Стремление Шагала передать нежную прелесть полевых цветов отразилось в написанной ранее картине «Ландыши» (1916, Третьяковская галерея, Москва), соединившей в себе элементы жанров натюрморта и интерьера. Центральное место в композиции занимает огромная корзина, полная благоухающих ландышей. Белизна скромных лесных цветов гармонирует с розовым оттенком пышных декоративных бантов, украшающих корзину, заслонившую собой все, что находится в комнате.

После Октябрьской революции художник был вовлечен в бурную жизнь изменившейся страны. Он занимался организационной и педагогической работой. В Витебске по инициативе Шагала, назначенного комиссаром искусств, был открыт музей и Народное художественное училище. Живописец принимал активное участие в оформлении первого революционного праздника в городе. В 1920 году Шагал переехал из Витебска в Москву. Для Еврейского камерного театра он выполнил несколько монументальных панно, в настоящее время хранящихся в Третьяковской галерее.

В 1922 году художник оставил Россию и уехал за границу. Сначала он жил в Берлине, а в 1923 году переехал в Париж. В это время он полностью определился со своими художественными пристрастиями. В картинах Шагала, выполненных в 1920–1930-е годы, соединились реальные и воображаемые образы, фольклорные мотивы и собственные переживания. Обычная, ничем не примечательная жизнь провинциальных городков и деревушек трансформируется в необыкновенное, чудесное зрелище, где предметы и человеческие фигуры как будто парят в пространстве («Крестьянская жизнь», 1925, галерея Олбрайт-Нокс, Буффало; «Петух», 1929, Музей Тиссен-Борнемиса, Мадрид). Палитра художника становится более светлой, а линии — плавными и легкими. Герои этих жизнерадостных полотен — циркачи и бродячие актеры, музыканты и влюбленные («Зеленый скрипач», 1923–1924, Музей Соломона Гуггенхейма, Нью-Йорк; «Акробаты», 1926, частное собрание; «Новобрачные у Эйфелевой башни», 1928, частное собрание; «Акробатка», Национальный музей современного искусства, Париж; «Влюбленные в сирени», 1930, частное собрание, Нью-Йорк).

М. Шагал. «Интерьер с цветами», 1918, Музей-квартира И. И. Бродского, Санкт-Петербург

Важное место в творчестве Шагала занимали графические работы. Начиная работу над иллюстрациями к Библии, в 1931 году художник отправился на Ближний Восток, чтобы своими глазами увидеть места, связанные с библейскими легендами. Он посетил Тель-Авив, Сирию, Палестину, Египет. С приходом к власти в Германии нацистов в живописи Шагала появляются мотивы, навеянные размышлениями о судьбе еврейской нации («Одиночество», 1933, Музей, Тель-Авив; «Белое распятие», 1938, Художественный музей, Чикаго).

Трагическое мироощущение мастера, связанное с событиями Второй мировой войны, пронизывает картины американского периода («Искушение», 1943, частное собрание).

В 1948 году художник оставил США, где он жил с 1941 года, и вернулся во Францию. Но мрачные настроения по-прежнему наполняют его композиции, хотя порой в них появляются и лирические ноты. Таковы полотна «Мосты Сены» (1954, Кунстхауз, Гамбург), «Марсово поле» (1954–1955, Музей Фолькванг, Эссен) из цикла, посвященного Парижу. Художник показывает столицу, окутанную нежно-голубым свечением, с парящими над ней ангелами.

В 1952 и 1954 годах Шагал побывал в Греции. Впечатления от этих путешествий вылились в произведения с мифологическими мотивами («Падение Икара», 1975, Национальный музей современного искусства, Нью-Йорк; «Миф об Орфее», 1977, частное собрание). Шагал является автором целого ряда монументальных работ (росписи в фойе франкфуртского театра, 1959, в «Метрополитен-Опера», 1964, в Реймсском соборе, 1974 и др).

Помимо живописи, Шагал увлекался керамикой, занимался сценографией и литературным творчеством.

Один из самых крупных представителей сюрреализма Сальвадор Дали, помимо огромного количества живописных произведений, оставил после себя множество работ в области графики, скульптуры, прикладного искусства. Он был причастен к миру театра и кино. Хорошо известны его литературные, автобиографические и теоретические сочинения.

Испанский художник Сальвадор Дали родился в городке Фигерасе (Каталония) в семье нотариуса. Отец Сальвадора имел большую библиотеку, где было множество книг по искусству. Из них мальчик и черпал свои первые знания. Он очень рано проявил способности к рисованию. Но уже тогда его рисунки, а также методы их создания шокировали зрителей. Сам Дали вспоминал в своей автобиографической книге, что в двенадцатилетнем возрасте он нарисовал на двери дома натюрморт с вишнями. Ягоды выглядели такими реальными, что хотелось протянуть руку и взять их. Когда кто-то заметил, что у вишен должны быть хвостики, Дали, евший настоящие вишни, начал вдавливать черенки в картину. В щелях старой двери жили древоточцы. Сальвадор доставал насекомых из древесины и заменял их плодовыми червями.