Бертрис Смол - Нежная осада

Он поймал ее мерина и помог Фортейн взлететь в седло.

– Не дождусь, пока у нас появится общий дом, – тихо сказала она на прощание.

Сегодня ей почти удалось соблазнить его. Но на этом она не успокоится!

Фортейн знала, что у матери есть какое-то зелье, передаваемое из поколения в поколение и помогающее предотвратить зачатие. Она не собирается терпеть до октября. Ей так сладостно чувствовать прикосновения его жестких рук, знать, что она любима.

Она хочет его немедленно!

– Через три дня, милая, – окликнул Кайрен, гадая, почему так воинственно блестят ее глаза. Он поцеловал ее руку и шлепнул Грома по крупу. Мерин пустился вскачь. Фортейн прильнула к его спине. Кайрен улыбнулся, глядя вслед своей упрямице. Сегодня она едва не совратила его, но больше он такого не допустит. Он старше и отвечает за ее репутацию. Слишком он любит Фортейн, чтобы предать!

– Чем пользуется мама, когда не желает, чтобы на свет появился ребенок? – допрашивала Фортейн служанку матери Рохану и, хихикнув, добавила:

– Очевидно, она забыла, иначе не носила бы сейчас младенца.

Рохана, равнодушно поджав губы, старательно складывала только что выглаженное белье госпожи.

– Твоя мать считала, что в ее лоне уже не сможет зародиться новая жизнь, дитя мое, – пояснила она, закрывая сундук. – К тому же не мне отвечать на подобные вопросы. Узнай у матушки. Она непременно скажет тебе, когда обвенчаешься с мастером Кайреном.

– Черт подери, Рохана, ты знаешь! – воскликнула Фортейн, топнув ножкой. – Почему не хочешь сказать?

– По той же самой причине, по которой ты упорно не желаешь обратиться к матери, – бросила служанка. – Ты внучка Могола, в жилах которой течет жаркая кровь. Пытаешься соблазнить возлюбленного и избежать последствий дурного поступка. Я не стану тебе помогать.

Фортейн пожала плечами.

– Ну и пусть. Я все равно заполучу его, когда посчитаю нужным, – капризно пробормотала она.

– Что с тобой? – возмутилась Рохана. – Ты всегда была единственной из детей госпожи, за кого та не считала нужным волноваться. Отчего вдруг превратилась в своенравную и непростительно беспечную особу?

Фортейн вздохнула.

– Знаю, знаю, – прошептала она. – Сама ничего не пойму, Рохана. Я, всегда такая рассудительная и практичная, теперь словно с ума сошла. Потеряла голову и хочу быть с Кайреном. Что со мной сталось?

– Любовь, – мечтательно ответила Рохана. Ее темные глаза тревожно блеснули. – Ты влюблена, а женщины твоей семьи в таких случаях на все готовы. Однако сейчас июль, и свадьба только через три месяца. Постарайся быть терпеливой.

– Но что, если я разочаруюсь, получив наконец то, о чем давно мечтала? – встревожилась Фортейн. Рохана рассмеялась:

– Такого не случится, особенно с этим смуглым красавчиком гигантом, похитившим твое сердце, дитя мое. Но позволь тебя предупредить. Если молоко можно получить даром, кому понадобится покупать корову? Мастер Кайрен – настоящий мужчина, что может подтвердить не одна девушка этой деревни. Ты же всего-навсего неопытная девственница. Сбереги себя, пока жених не наденет кольцо на твой палец, иначе он может быстро потерять к тебе интерес.

– Об этом я не подумала, – призналась Фортейн. – Позволила страсти затуманить разум и вела себя глупо. Ты права, Рохана. Прежде чем отдаться Кайрену Деверсу, я позабочусь о том, чтобы его кольцо было на моем пальце, а мое – у него в носу.

– Вот это правильно, – одобрила Рохана. – Дразни его, чтобы подогревать желание, держи на коротком поводке, но раздвинь ноги только в брачную ночь.

– Откуда ты так много знаешь, хоть и считаешься девицей? – удивилась Фортейн.

– Девицей? В моем возрасте? – фыркнула Рохана. – Поверь, в свое время и у меня было немало приключений. Кроме того, у меня есть замужняя сестра. И еще я была служанкой твоей матери с самого дня ее рождения.

– А почему ты так и не вышла замуж? – допытывалась Фортейн.

– Потому что не хотела. Мне нравится моя свобода. Нравится служить твоей матери. Это дает мне счастье, Фортейн, а каждая женщина имеет право быть счастливой, – пояснила Рохана и, обняв девушку за плечи, добавила:

– А теперь больше никаких вопросов. Пообещай, что наберешься терпения и сумеешь держать себя в руках.

Фортейн кивнула.

– Ты не скажешь маме?

– Нет. Я знаю, что могу тебе доверять. Все останется между нами. Не огорчи меня, дитя мое, – тихо попросила Рохана.

– Это будет нелегко, – вздохнула Фортейн.

– Знаю, – сочувственно пробормотала служанка.

Следующие несколько недель, к удивлению Фортейн, пролетели быстро. Она много времени проводила, объезжая округу, иногда виделась с Кайреном. Девушка теряла аппетит, плохо спала, металась, кричала, а утром не могла припомнить, что видела во сне. В конце июля она встретилась с Кайреном у замка Черного Колма.

– Это последнее наше свидание, – сообщил он. – Брат приезжает первого августа. Мачеха, как всегда, деловитая, уже успела все устроить. Эллиоты прибудут из Лондондерри пятого числа, чтобы подписать брачный контракт и окончательно договориться о свадьбе. Ускользнуть будет невозможно, милая. Придется выполнять сотни поручений, чтобы все прошло без сучка и задоринки. Я попытаюсь удрать, но даже не смогу предупредить, когда освобожусь. Если тебя здесь не найду, оставлю записку под скамейкой и придавлю большим камнем. Ты сделай то же самое.

Фортейн уныло кивнула. Плачем, нытьем и жалобами ничего не изменишь.

– Трудно нам придется, Кайрен, – пробормотала она. Он прижал ее к себе.

– В наши последние встречи ты не пыталась соблазнить меня, Фортейн. Разлюбила или передумала?

– Ты считаешь меня такой непостоянной? – рассердилась она. – И что значит “не пыталась тебя соблазнить”? А еще говорят, что женщины тщеславны. Зато у мужчин непомерное самомнение!

– А если бы я предложил любить тебя сейчас, сию же минуту, что бы ты ответила, сердце мое? – лукаво усмехнувшись, поддразнил он.

– Ответила бы, что ты напыщенный осел, – отрезала Фортейн.

Кайрен еще громче рассмеялся.

– Я люблю тебя, моя дикарка, – прошептал он. – Через два месяца ты станешь моей женой. Я едва сдерживаюсь, родная, и это чистая правда.

Фортейн притянула к себе его голову и поцеловала крепким долгим поцелуем, прижавшись к нему своим юным упругим телом, проводя языком по его губам, лаская его язык, чуть прикусывая, когда он впился в ее рот. Она гладила Кайрена по волосам, терлась грудью о его грудь. С каждой минутой все труднее становилось помнить обещание, данное Рохане. Ее штаны почти не защищали от напора восставшей мужской плоти, и девушка чувствовала, как твердый, жадный до победы отросток упирается ей в живот.