Дмитрий Якушкин - Парижские истории
- Название:Парижские истории
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ООО «Торгово-издательский дом «Амфора»
- Год:2015
- Город:СПб
- ISBN:978-5-367-04075-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Якушкин - Парижские истории краткое содержание
Париж — это город, в котором история просвечивает сквозь время. Это город встреч и вдохновения, место неспешности и бурных поворотов судьбы. Дмитрий Якушкин, несколько лет проработавший в столице Франции корреспондентом информационного агентства, предлагает свой особый взгляд на город. Книга представляет избранные зарисовки парижской жизни, увиденной глазами человека, который общался с Ф. Миттераном, Г. Грином, Э. Ионеско, Ж. Волински и многими другими знаменитостями Франции.
Парижские истории - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
В середине восьмидесятых хорошо знающий город журналист Александр Игнатов предупреждал меня, что я уже не встречу в реальной жизни определенных парижских типажей — например, владельцев семейных ресторанов (тех самых, где среди прочего ты ожидал увидеть столы со скатертями в красно-белую клетку), мелких ремесленников. Эти профессии постепенно вымывались под напором арендных ставок, изменений в образе жизни, из-за появления крупных торговых сетей.
Увлеченный городом, я недооценивал эти потери, но через несколько лет сам оказался в положении человека, у которого накопилось немало собственных наблюдений о том, что ушло из городской жизни за последние двадцать с лишним лет и отличало Париж от других европейских столиц.
На Сене почти исчезли воспетые импрессионистами грузовые баржи, которые базировались в промзоне на востоке города. Во Франции с ее разветвленной системой каналов, соединяющих судоходные реки, существовала особая профессиональная каста речных перегонщиков.
Мне жаль, что не будет больше желтых передних фар — по ним всегда можно было определить, что машина из Франции. Раз нет фар, то уже не увидеть ночью впечатляющую картину: поток автомобильных желтых огней, спускающихся от Триумфальной арки. И номера на машинах другие, теперь они стандартизированы согласно европейским требованиям, а раньше по форме, цвету, шрифтам можно было сразу определить, из какой страны машина.
Изменилась мелодия сирен у полиции и «скорой помощи», у них был свой характерный звук, который напомнит фильмы с участием Фантомаса. Я еще застал время, когда на некоторых маршрутах ходили автобусы с открытыми задними площадками. Стоя на такой площадке, Анук Эме из «Мужчины и женщины» пересекает Елисейские Поля. В это время герой Трентиньяна участвует в автомобильных гонках.
Остро чувствуешь малейшие перемены в метро — изменение запахов под землей, исчезновение электронных карт-схем линий, которые высвечивали оптимальный маршрут после нажатия кнопки с названием нужной станции (по-видимому, к ним перестали выпускать запасные детали).
Или кафе. В городе по-прежнему их очень много, но внимательный глаз отметит, что стало больше таких, которые по стилю подходят Нью-Йорку или Копенгагену и не несут отпечатка парижской исключительности. При этом некоторые потери происходят буквально на глазах: на углу бульваров Сен-Жермен и Сен-Мишель закрылось большое кафе, которое фигурировало на заднем плане многих черно-белых фотографий, сделанных во время событий 1968-го года и строительства на бульваре баррикад. Теперь это сетевая пиццерия.
Преобразилась Пигаль, которая для нескольких поколений командированных являлась именем нарицательным. На бульваре Клиши запретили парковку автобусов, из которых выгружались туристы, чтобы подняться на Монмартр, а заодно посмотреть и на распутство. Теперь это скорее остатки распутства. Оно не растворилось внезапно за ночь, а делит территорию с племенем молодым и незнакомым, добавляя прелести магазинам биопродуктов, мастерским, старым кафе, отреставрированным с сохранением прежнего интерьера и взятым в управление поколением, которое со здоровым юмором относится к соседству с пип-шоу.
Или пройдемся по одной из самых жизнерадостных улиц города — рю дю Фобур-Сен-Дени. По существу это маленькая Турция. Но стоит только закрыться здесь какой-нибудь типичной восточной лавке, как ее место мгновенно занимает совершенный «инопланетянин» в виде модного бара, вечером и в обед битком заполненного молодыми людьми, при том что в округе нет ни университетов, ни школ.
Социологическая, национальная среда отдельных кварталов размывается на глазах, тем удивительнее, что в городе до сих пор еще можно обнаруживать следы присутствия профессиональных сообществ, например, выходцев из департаментов в центре страны — Оверни, которые когда-то держали большинство ресторанов в городе. Некоторые потомки тех, кто перебрался в Париж более ста лет назад, до сих пор передают бизнес по наследству, сохраняя семейственность, выпускают даже газету, объединяющую общину.
Отступая от темы сравнений «что было и что осталось», хочется сказать, что повседневная жизнь состояла из незначительных жестов, которые было приятно брать на вооружение. Купить сразу карнэ. Выпить кофе у стойки. Рассчитать, сколько монет оставить официанту. Вступить в диалог с аптекарем, которые во Франции, кажется, обладают знаниями на уровне хорошего врача. Попросить эклер с кофейным кремом в булочной и смотреть, как его тщательно заворачивают, не жалея тонкой бумаги, словно подарок для торжественного случая, хотя это всего лишь небольшое пирожное, которое ты намерен тут же съесть, выйдя на улицу. В той же булочной прислушиваться к тому, как люди, дождавшись своей очереди и подойдя к прилавку, просят продавщицу выбрать им багет именно определенной румяности. Ухо привыкало слышать реплики, которые укрепляли чувство стабильности в жизни и веру в неизменность «институтов». Как, например, тот момент в гостинице любого уровня, когда к вам обращались с вопросом: «Qu’est-ce que vous prenez au petit déjeuner?» («Что вы будете на завтрак?»).
В парижских кинотеатрах работали специальные служительницы, которые встречали вас у входа в зал и провожали до места. Им надо было подчиниться. Если же сеанс уже начался, то они освещали проход вниз по ступенькам в зале фонариками — за эту услугу им полагалось дать несколько франков.
Статус самих кинотеатров понизился, они потихоньку вымирают. Например, уже несколько лет как не существует «Триумф» на Елисейских Полях, в котором больше десяти лет подряд шла легендарная «Эммануэль». Василий Аксенов замечательно описывает такую парижскую сцену: «Между тем наступал волшебный парижский час: ранний вечер, солнце в мансардных этажах и загорающиеся внизу, в сумерках витрины, полуоткрытый рот Сильвии Кристель над разноязыкой толпой, бодро вышагивающей по наэлектризованным елисейским плитам ».
Наверное, «аксеновский» электрический заряд отчасти ушел в землю; с главной улицей — свои проблемы. В 1990-е горячо дебатировался вопрос, надо ли разрешать открывать на Елисейских Полях американский фастфуд, сейчас спор на эту тему устарел. С пеной у рта протестовали против Макдоналдса, зато тихо-тихо получили «Старбакс» на верхушке Монмартра или рядом с площадью Одеон, где никогда не было недостатка в местах, чтобы попить кофе. При этом встречал в британских газетах письма англичан, протестующих против сетей: как здорово, что во Франции нет сетевых кофеен.
С Полей ушел парижский шик в хорошем смысле слова, а пришла в основном такая коммерция, у которой понятие родины срезано с этикетки. Прочел где-то, что весь центр города все больше и больше напоминает ряды магазинов дьюти-фри в аэропортах. Кстати, с самой «красивой улицы мира» исчезла эмблема Аэрофлота. Место для нее было стратегическим. Думалось, что, несмотря на смену строя в Москве, она, вместе с мозаичным портретом Ленина работы Леже, выставленным внутри, вписана в пейзаж навечно. Сейчас в бывшем офисе нашего национального перевозчика торгуют одеждой и обувью фирмы «Aigle». На Полях по-настоящему приятно только ранним утром.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: