Юдифь Готье - Завоевание рая
- Название:Завоевание рая
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Кавказский край
- Год:1993
- Город:Ставрополь
- ISBN:5-86722-065-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юдифь Готье - Завоевание рая краткое содержание
Хотя роман «Завоевание рая» и можно считать образчиком «женской» прозы, он не дает оторваться от себя с первой и до последней страницы. Таинственная и волшебная Индия, магараджи и тигры, сражения и магия, прекрасные женщины и отважные мужчины — вот о чем этот роман.
Завоевание рая - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Если не удастся спасти царицу, можно будет, по крайней мере, отомстить за нее! — вскричал Арслан, бросаясь к двери.
Лила осталась одна и, упав на диван, невольно заснула.
Глава XXXIII
ДЖЕНАТ НИШАМ
Все обряды — молитвы, посты, очищение — были исполнены. Урваси доживала последний торжественный вечер.
Оставив в слезах своих прислужниц, она вышла на высокую террасу и мрачным, пристальным взглядом созерцала умиравшую ночь, залитую кровавым светом зари. На западе, за горизонтом, скрывалась бледная луна, и царице казалось, что она видит печальное лицо, которое с состраданием смотрит на нее, делая ей знаки, притягивая ее к голубой бездне, куда оно опускалось.
Занялся день, последний, который ей предстояло увидеть, и тотчас начался, как всегда, птичий концерт. Голуби доверчиво опустились на карниз из розового песчаника, но царица не видела их.
Дворец, в котором жил посланник, еще был погружен во мрак. И царица жадно смотрела в эту тьму, ища глазами темную фигуру, склонившуюся над балюстрадой террасы, на том самом месте, где показался царский посланник в день его приезда, когда она в его честь делала возлияния солнцу.
Теперь солнце отомстило за нечестие, рассеивая видение потоком света.
Урваси закрыла лицо руками, чтобы лучше созерцать свое видение.
— Увы! Неужели возможно, чтобы он разлюбил меня? — говорила она себе. — Неужели любовь, которую, казалось, вечность не могла истощить, вдруг исчезла? Ах, а между тем мне все кажется, что я через пространство чувствую, как порывы его сердца отвечают волнению моего. Может быть, он страдает так же, как и я, в оковах своей гордой воли, может быть, он еще любит меня! Ах, нет, нет! Пусть эта мысль не смущает моего ума! Как бы я могла умереть, если бы знала, что не все еще потеряно? Нет, нет! Я заслужила свою участь. Но мои первые грехи явно свидетельствуют о том, что я невинна в том грехе, которого не совершила. И возлюбленный насильно вырвал свою любовь, без сомнения, растерзав свое сердце, но он ее вырвал и с презрением отбросил прочь от себя. Решительно все кончено: он устал наконец прощать; слава для героя дороже любви. Он жестоко отомстил за страдания, которые ему причиняло раньше мое безумие. И вот, когда моя жизнь всецело сосредоточилась на нем, он поверил в мою ненависть и отнял у меня свою любовь, чтобы отдать ее другой. Это всего невыносимее. Теперь для другой будут светить его голубые глаза; этот властный и нежный взгляд будет ласкать красоту другой! И ей будут улыбаться эти чудные губы. Как, эти губы, поцелуй которых приводил в восторг мою душу и наполнял ее неизгладимым опьянением, отдадутся другим поцелуям, которые сотрут мой! Ах, смерть! Приди скорей, чтобы задушить эту ужасную мысль, освободи меня от муки, слишком тяжелой для меня, слабой!
Со стороны большой пагоды раздались мрачные звуки и разнеслись по всему проснувшемуся городу. Звуки кимвал и колоколов чередовались между собой с погребальной заунывностью, возвещая о жертвоприношении, о царском сожжении в честь богов.
— Вот бьет час моего освобождения! — сказала она. — Меня ждут; я готова.
Царица бросила последний взгляд вниз. Там она заметила молчаливую толпу, которая, как ручьи, стекалась по улицам, по направлению к кладбищу. Это пораженный народ шел смотреть на смерть царицы, своей добродетельной богини. Женщины плакали, закрывая лица черными покрывалами, у мужчин волосы были посыпаны пеплом, а некоторые из них несли музыкальные инструменты, сломанные в знак траура.
— Бедный и дорогой народ! — бормотала царица, склоняя голову. — Мой наследник, конечно, не будет так любить тебя, как я! Прости, что я покидаю тебя таким образом, будь сострадателен к низости женщины, которая не может решиться жить в страданиях. Между тем я надеялась дать тебе хороший удел, я хотела дать тебе в цари могущественного и доброго героя, который укрепил и защитил бы тебя. Но он отвернулся от меня, отдернул руку, которой нежно поддерживал меня, унося на самое небо; он дал мне упасть с высоты моих мечтаний в пламя костра.
Она безучастным взором осмотрела еще раз деревья, сады и здания двора, где прошла ее жизнь.
— Того, о чем я жалею, нет здесь! — сказала она.
Она спустилась и отдалась в руки своих прислужниц, которые одели ее для жертвоприношения. Все плакали, оканчивая дрожащими руками свою работу. Слезы скатывались на драгоценные камни в блестящих складках нежной материи. Мангала спрятала лицо, и ее притворные рыдания вызывали улыбку царицы.
— Лила! Где ж Лила? — вскричала она, ища глазами отсутствующую подругу.
— Принцесса не могла пережить тебя, — сказала одна из женщин. — Говорят, она умерла. Знаменитый Абу-аль-Гассан находится около нее, и он запретил доступ к ее дворцу.
— Дорогая Лила! У меня нет времени сказать тебе последнее прости. О, ты, которая так любила меня, что могла бы радоваться моему счастью, которое разбивало твое! Ты, которая столько же, сколько и я, страдала из-за моего горя, может быть, умираешь из-за моей смерти; я посылаю тебе мои самые нежные чувства и уношу воспоминание о тебе, как о благовонном букете.
Урваси была одета. Она посмотрела в большое зеркало полированного золота, в то время, как ей прикрепляли гирлянду девственного жасмина.
Она в последний раз улыбнулась, как женщина, видя в зеркале небесное отражение, и сказала вполголоса:
— Восемнадцать лет, прекрасна и царица! О, жестокий возлюбленный, жертва достойна тебя!
Потом она вышла из своей комнаты, в сопровождении рыдающих женщин, и твердым шагом подвигалась между двух шпалер придворных и вельмож, которые, все в слезах, становились на колени на ее пути и целовали пол под ее ногами.
Когда она появилась на наружной галерее, где кончалась лестница, у народа вырвался громкий крик отчаяния. Взволнованная царица остановилась на минуту и скользнула взглядом по этой толпе с поднятыми к ней головами, потом сделала прощальный жест и спустилась.
В ту минуту, когда она была на последней ступеньке, существо, которое там сидело, уткнув подбородок между колен, с большой шапкой волос, быстро встало и устремило на удивленную царицу два блестящих глаза, сверкавших, как бриллианты. Она задрожала, узнав факира, который был известен своей святостью, и сделала шаг к нему.
— Ах, отец мой! — вскричала она, протягивая руки. — Окажи последнюю милость той, которая должна умереть, — ты, который все можешь!
— Чего ты хочешь от меня, — ты, красота которой обоготворяет плоть? Чего тебе надо от меня, преступное дитя, разрывающее чудную оболочку своей души?
— Чего я хочу? — спросила Урваси. — Я не имею утешения, как обыкновенные вдовы, у которых умирают мужья, после жизни, полной любви, — утешения, покидая землю, поддерживать на своих коленях безжизненное тело возлюбленного. Если бы я могла по крайней мере еще раз увидеть его лицо, смерть для меня была бы приятней. Отец, умоляю тебя, заклинай Майю, сделай, чтобы явился передо мной тот, кого я хотела убить сама и из-за которого сама теперь умираю.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: