Александр Ягодкин - Кондуктор с Ижорца

и прекрасно горящих неповоротливых огромных плавучих сараях нынешнего противника. А цифровой баллистический прицел с лазерным дальномером позволял и с наводкой не очень то заморачиваться. Самой трудной работой являлась подноска снарядов, но наши юные «пороховые обезьяны» с честью справились с обеспечением доставки тонн смерти врагу.

По началу пытался считать потопленные суда противника, но перейдя на пятый десяток со счёта сбился и больше ерундой не занимался — смешались в кучу лодки-люди и залпы нашего орудья слились в протяжный треск. Потом выжившие сами скажут сколько их было. Важнее то, что к вечеру, когда я всерьёз уже опасался за ствол, крайне обессиленный юнга Никса выдал, что наш снарядный погреб абсолютно пуст. А ведь очень экономно стрелять старался, и несколько корабликов даже с первого снаряда уничтожил (когда тот взрывался неподалёку от пороха). К счастью пуст от мачт оказался и горизонт вокруг нас, хотя по морской глади рассыпались как горох тысячи (а может и десятки тысяч) голов, плавающих среди дымящихся обломков.

Взять их к себе на борт, или даже скинуть спасательный плотик было бессмысленно — обезумившие от страха люди прихватили бы и нас на дно. Потому оставалось только констатировать что спасение утопающих — дело рук… В крайнем случае — пусть ждут спасателей Молибу. Но всякое правило ценно своими исключениями, братик дал приказ на полный ход, под парами весь бой находившейся машине, а сам повернул нос в самую гущу барахтающихся людей. Он в бинокль разглядел на обломке мачты рыжего пацана, которого столкнули в холодную воду сразу два бугая, отбирая средство спасения. Ему то и сброшен нами был спасательный круг, но и тот те же бугаи отобрать попытались. Здесь уже у меня терпелка лопнула и пришлось пару патронов потратить на тех кто маленьких обижает. Как выяснилось позже, напрасно я этим педофилам такую лёгкую смерть подарил. После того как несчастного из воды извлекли (зафиксировав на фото как царевич сверстника из пучины извлекает), немедленно ретировались мы подальше от этих молящих о спасении вод, напоминавших суп с орущими фрикадельками. В отличии от ребёнка, остальные знали куда плывут и сами с собой смерть несли. Впрочем, некоторый шанс у некоторых имелся — умеющие плавать могли достичь в изобилии лежащих в округе островков. А рыжего парнишку, назвавшегося Мэрфи, немедленно поволокли горячий душ принимать и в сухое переоблачаться.

Хоть сражение (а вернее — побоище) произошло на траверзе столицы архипелага — Мариенхампе, ночевать мы почапали к строящейся русской крепости Бомарзунд. Где уговаривались встретиться со следом поспешавшим Балтийским флотом. Ещё на подходе, среди стоявших на рейде русских линкоров и фрегатов, заметили сразу обе императорские яхты «Александрии». Вернее с таким названием одну — 1851 года постройки, а так же 20-летнюю «старушку», ставшую 6-пушечным пароходо-фрегатом и переименованную в «Тосна».

На это судно виды имелись, поскольку буксиру пора приспела отправляться как «Аврора» после выстрела по Зимнему — на заслуженный отдых. Мавр своё дело сделал и может уйти, ибо правильнее оказывалось «лошадок сменить». Хотя бы потому, что на буксире стояла неизвестная пока в мире машина тройного расширения, на которую ушло не менее 5 тонн алюминия. При том, что пока этот металл ценился дороже золота! Но так будет не долго и потому требовалось от него срочно избавляться. Геройствовать конечно приятно, но и кушать ведь хочется. Паровичков Отчизне Володя ещё из чугуна великое множество создаст, хороших и разных. Начальный капитал ведь для того имеется уже. К тому же и призовые нам по закону, за уничтожение пары вражьих флотов полагаться должны не слабые, да и войне ещё не конец. Хотя уже всякие Трафальгары и рядом с сотворённым не стояли, а адмирал Нельсон очень нервно курил в углу.

По этой причине никак нельзя было допустить, что столь великие для России свершения произведены оказались залётным кап.3.. Во дворе крепости построен был не только гарнизон, состоявший в основном из солдат-финнов, но и представители со всех пришедших в Бомарсунд кораблей. Где лично Император Николай 1-й произвёл братика в контр-адмиралы (досрочно), наградил Орденом Александра Невского и пожаловал титулом князя Аландского. Остальному экипажу буксира награды вручал уже управлявший Морским министерством В.К. Константин Николаевич. Носившим офицерские звания (даже дочке — как лейтенанту мед. службы) вручены были офицерские Георгии, а юнгам, кокше и мне — соответственно солдатские. У Никсы и так от рождения уже имелся полный букет наград, начиная с Андрея Первозванного, но свою первую ЗАСЛУЖЕННУЮ награду он получил с огромной гордостью и потом никогда не снимал.

Далее пути наши расходились, я на небольшом посыльном судне под торговым флагом и без помпы отправлялся в Норчёпинг. Затем, что бы запутать след, посуше пересекал по юг Скандинавии по прекрасно вымощенной гранитной брусчаткой дороге через Йёнчепинг в Гетеборг и там уже как частное лицо и по чужим документам ловил попутку до Лондона. Весь остальной экипаж, на «Ижорце» (со снятым орудием) возвращался в Питер, но без «старого» капитана. Вместо него к штурвалу вставал Володя, а брат (вместе с сорокопяткой) перемещались на колёсный пароход «Тосна». С которого ещё в Кронштадте сняли все бронзовые пушки и укрепили бимсы на носу. Далее совершила бывшая «Александрия» знакомую ходку на Валаам. Там, с нашего тайного склада перегрузили на борт все припрятанные снаряды полностью.

На «Тосне» оставался старый командир, прекрасно разбиравшийся в довольно сложном парусном рангоуте и такелаже. Ибо под парусами в основном и будет дальнейший путь пролегать, тратя уголёк только в крайних случаях. Но новоявленный контр-адмирал выбрал из гарнизонных, пару дюжин финнов-добровольцев «для спецопераций» и для восстановления в памяти языка, который ещё летёхой освоил. А затем вместе со всем Балтфлотом совершил «дружественный визит» в совсем рядом лежащий Стокгольм, куда совсем недавно заходила эскадра Ч.Нейпира. Тогда у родившегося ещё в республиканской Франции Шведского короля Оскара 1-го хватило мозгов отказать как англичанам, так и бывшим соотечественникам от вступления в военный союз против России. Посмотрим, попробует ли он отказать России от военного союза против Британии — после провозглашения лозунга «Кто не с нами — тот против нас» и особенно вчерашнего разгрома ангор-французов. Предложение Николая 1-го входило в разряд тех от которых не отказываются.

Причём, нищие, но отважные скандинавы ТЕПЕРЬ получали шанс и неплохо заработать. Ибо российский консул в Стокгольме, а так же в открывшихся представительствах в Христиании и Ставангере приступали к выдаче капперских грамот всем желающим. Потомки викингов получали шанс припомнить древнюю забаву своих предков. Особая надежда возлагалась на состоящую в Унии со Швецией Норвегию. Народ в шхерах проживал рисковый и смекнул сходу, что грабить жирных английских купцов выгодней чем селёдку ловить или китов бить, а русские прикроют если что. Ведь с ними Бог и конунг Аландский (братик внезапно стал очень популярен среди скандинавов — они всегда любили удачливых моряков). К тому же на Аландах «пиратам под прикрытием» даже пушки предлагались «в кредит», при расчёте из добычи. Вся водолазная служба Балтфлота переместилась вместе со своими колоколами на мелководье архипелага. Даже если половину пушек за летний сезон поднять удастся — то счёт пойдёт на тысячи весьма дорогостоящих стволов. В на затонувших кораблях и помимо их пребывала ещё масса прочих вкусняшек.