Array Катори Киса - Абсолют

— Ты же специалист по расчетам, — прохрипел он, — вот и рассчитай, как тебе кончить за два толчка, которые нужны мне.

Скорпиус прикрыл глаза, прислоняясь лбом к его лбу, выдохнул:

— Мне нужно пять… — и с силой двинул бедрами.

— Сильнее… — процедил Гарри, до боли стиснув зубы, чтобы хоть как-то отвлечься от приливающего оргазма. Кончить хотелось одновременно, и Гарри двинулся навстречу, с силой сжав пальцы на малфоевских плечах. Долго просить не пришлось — твердый член вошел в него во второй раз, и Гарри понял, что, как бы он ни старался оттянуть неизбежное, пяти толчков ему точно не выдержать. Но на четыре, возможно, самообладания хватит.

Не хватило.

Громко зарычав, он залил спермой живот, когда невероятно твердый и чертовски длинный член только двинулся наружу для нового толчка, и кончал просто бесконечно долго — даже когда тот снова толкнулся внутрь. Скорпиус же в своих расчетах не ошибся. Сделав три медленных глубоких толчка и выдоив Гарри до капли, он дважды очень резко двинул бедрами, вырывая два громких вскрика, и с тихим стоном излился глубоко внутри.

Гарри промычал что-то невразумительное ослабил хватку и потянул Скорпиуса на себя, рвано втягивая носом запах разгоряченной кожи и мелко подрагивая в посторгазменной судороге.

— Делай так почаще, — выдохнул он, наслаждаясь тяжестью обмякшего на нем Скорпиуса.

— Хорошо, — после некоторого колебания согласился Скорпиус. — Буду рад, если в следующий раз нас хватит на немного дольше, — он улыбнулся. — Хотя бы на семь толчков.

— Про себя я вообще молчу, — усмехнулся Гарри. — Будто с ума схожу, когда ты внутри. Все исчезает — самоконтроль, выдержка… Лишь одно сплошное желание чувствовать глубже твой член, да пошире развести ноги, чтобы впустить тебя всего.

Скорпиус шумно выдохнул ему в ухо и инстинктивно толкнулся в него в него пока ещё не опавшим членом.

— Не нужно говорить мне такие вещи, — прошептал он хрипло. — От этого мой уникальный мозг стремительно деградирует и способен только на то, чтобы повторять твои слова раз за разом.

Гарри глотнул ртом воздух, скользнул ладонью малфоевской по спине и повел рукой по упругой заднице, усиливая и без того тесный контакт и не позволяя Скорпиусу отстраниться ни на дюйм.

— Еще немного, и я потребую продолжения, — выдохнул хрипло, заглядывая в глаза.

Вместо ответа Скорпиус его поцеловал.

Это было невероятно, но всё вышло как-то само собой. Член Скорпиуса был таким большим, что даже в мягком состоянии не спешил покидать гостеприимное тело. Они целовались и целовались, пока Гарри не почувствовал, что член внутри него снова твердеет, и тогда Скорпиус начал потихоньку двигаться. Чувствительная после недавнего оргазма простата отзывалась короткими вспышками удовольствия, и было очень трудно не стонать от них.

Гарри закусил губу и вцепился в Скорпиуса, прижимаясь к нему теснее. Он понимал, что наверняка мешает ему двигаться, но к желанию чувствовать в себе этот замечательный и такой длинный член добавилось еще одно. Гарри хотел ощущать все: жар, идущий от Скорпиуса, сбитое дыхание на своей влажной от пота коже, чувствовать ребрами его вздымающуюся грудь и впитывать в себя каждый его вздох.

— Только не спеши… дай насладиться тобой… — прошептал Гарри и жадно поцеловал его.

Но Скорпиус, возможно — и даже почти наверняка — чувствовавший то же самое, и не думал спешить. Его полностью окрепший член медленно скользил одновременно и глубоко внутри, задевая какие-то неведомые точки, от которых в животе становилось горячо-горячо, а возбуждение растекалось по позвоночнику, и у самого входа, распирая мышцы и ни на секунду не оставляя в покое простату.

Наверняка женщина просто не могла принять в отведенное природой место весь этот восхитительный член, и сейчас Скорпиус наслаждался не только ощущениями, но и возможностью не думать о каждом своем движении, положиться на инстинкты и сосредоточиться на своих чувствах. Это был самый чувственный секс, который Гарри только мог представить, и длился он бесконечно долго.

Но, как известно, рано или поздно всему свойственно заканчиваться. В какой-то момент Гарри почувствовал, как в паху стало нестерпимо горячо, и возбуждение, что размеренно перекатывалось по позвоночнику, вдруг устремилось вниз, стремительно концентрируясь где-то за яйцами.

— Кончай! — прохрипел он, задыхаясь в охватившем его жаре.

— Да, сэр! — выдохнул Скорпиус явно на автомате и прибавил темп. Теперь его член одновременно дарил наслаждение, гораздо более сильное, чем в первый раз, и мучил, потому что желанный оргазм только дразнил и никак не желал даваться в руки. Гарри стонал, задыхаясь и мысленно умоляя кого-то неведомого сжалиться над ним, бесстыдно вскидывал бедра, стараясь насадиться на член как можно резче и глубже, практически кусал губы Скорпиуса, вместо того, чтобы целовать. А потом это всё-таки произошло. Короткая судорога пробежала по мышцым, позволив лишь тоненько вздохнуть, от второй судороги Гарри выгнулся, запрокинув голову, а третья, казалось, вовсе перемолола все кости, выдернула позвоночник и растопила плоть.

Беззвучно вскрикнув и инстинктивно подаваясь на встречу в последний раз, Гарри закрыл глаза, распластался на скомканном пледе и задохнулся в ощущениях, почувствовав, как задницу опалила горячая мощная струя.

Вновь обретя способность дышать и связно мыслить, он обнял одной рукой Скорпиуса и лениво погладил его по влажной спине. Малфой лежал на нем, все еще не вынув член и придавливая Гарри к земле собственным весом.

— Еще никогда… — прошептал Гарри, облизнув пересохшие губы. — Никогда не чувствовал так остро и так полно… — улыбнулся он, с наслаждением вдыхая терпковатый запах горячей кожи.

Прежде чем ответить, Скорпиус долго молчал.

— Для меня это больше, чем чувства, — наконец сказал он. — Я не знаю, как объяснить, но всё, на что только способен мой мозг, замкнуто сейчас на тебе.

А объяснений и не требовалось. Даже эти слова были лишними — то, каким взглядом Скорпиус смотрел на него, было красноречивее любых из них.

— Если наши туристические планы в силе, и мы не хотим вот так в обнимку проваляться весь день на этом берегу, предлагаю позавтракать и начать собираться, — чуть помолчав, произнес Гарри.

— Я думаю, мы еще найдем себе полянку, и, возможно, не одну, — улыбнулся Скорпиус, неохотно отстраняясь.

Выскользнув, его член принес немало ощущений, которые Гарри совсем не хотелось бы испытать еще раз, и он поморщился. Но такова была плата за потрясающий секс. Ощущение потери от пустоты внутри оказались неприятны до тошноты.

Пока Скорпиус дозаказывал завтрак, Гарри искупался в душевой бассейна и в который раз подивился умной площадке для ухода за телом — на этот раз она не только убрала ненужные волосы с тела, умаслила кожу кремами и сделала прическу, но даже нанесла какой-то прохладный гель на воспаленный анус.