Игорь Райбан - Испания. Обряд перехода
- Название:Испания. Обряд перехода
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:9785449078773
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Игорь Райбан - Испания. Обряд перехода краткое содержание
Испания. Обряд перехода - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
И никак иначе. Если такого нет, тогда мы просто расходимся и идем гулять в разные стороны, как ни прозаично говорятся слова.
Быстро отужинав, я в романтическом настроении осматривался с пригорка, каменного придатка горы, где Суворов прошел через сто лет потопной лавиной российской армии. Может ему послание оставить?
И у дороги ковыли, стоят прямо как в России.
Закричали журавли, в небе стаями.
Да нет, не журавли однако, обознался малость, скучая по матушке родине.
Большие птицы какие-то альпийские, может и чёрные грифы, летели в высоте, карканьем предвещая скорую ветряную бурю с грозой.
Встать бы мне, да полететь вовсю ширь своих расправленных крыльев.
Эх, жаль во мне Пушкин умер, не могу выразить эмоции в рифмах.
Кстати о Пушкине пару слов. Так кто же, он был такой на самом деле.
Или в России поэт больше чем поэт бумагомаратель стихотворный.
Камер—юнкер или камергер «его величество двора».
Какая разница? Как официально в истории записано: «Пушкину пожалован чин камер—юнкера», то есть статского советника.
Что тоже немало, по тем временам. Но это ничего не стоит, мелочь в жизни, как утверждали советские историки.
Ага, только как простой поэт может работать в МИДе, и позволено копаться в секретных архивах, что не успели сжечь немцы—бироны.
Чин камергера, поэта Пушкина, к примеру, фигурирует в судебном деле: Пушкин/Дантес/Данзас/
Ах, Вы не знаете кто такой «Данзас»? Данзас друг и собутыльник французского происхождения, во всех попойках.
Потом он оказался невзначай секундантом на дуэли.
Темная история, может и подставной надуманный предлог зрел для дуэли, и с его помощью вышел. Так вот. Что это? Описка или как?
Камергер царского двора, по тем временам, соответствует современному чину сенатора при Администрации Президента. Вот смотрите сами. Пушкин, как сегодняшние звезды шоу—бизнеса, обласкан царской властью до нельзя. «Хочешь делать это? Да делай „пжлста“, только не шуми, дорогой графоман, писец дворовый наш».
Перед смертью Пушкин, лично обменивался записками с царем.
Что и как там было, доподлинно неизвестно, и телефонов не было в то время. Поэтому Жуковский, двое суток весь в мыле и в поту скакал во весь опор, чтобы доставить умирающему Пушкину (он умирал двое суток) письменные сообщения от царя, и обратно ответные записи.
В них Пушкин просил простить все светские и мирские прегрешения, и позаботиться о своих четверых детях:
«Милостонию своей государской, причисляю сынов, также дщерей Пушкина, ко своим царственным вельможам».
Старшая дочь Пушкина, Мария Александровна, в молодости стала фрейлиной Императрицы. А в царские фрейлины брали только девиц из знатных, дворянских фамилий.
Да и другие дети, очень неплохо устроились в жизни.
Эх, История, да что же ты наделала!
И только снег с землей, по гробу громыхнёт…
Зачесался нос, видно к не добру, в который раз.
Как назло заметил, что прискакал к моему штабу, так сказать, где кучковался офицерский состав, взмыленный нарочный от наших испанских «енералов—графьёв». Пришлось спуститься к офицерам, да читать с помощью подоспевшего Виландии, центральное указание высокой ставки, при свете поднесенного факела.
Ознакомленный приказ гласил: ночью разведать впереди дорожку для войска, как и что там ожидается в будущем.
Вот что—что, а про будущее, я уверен на все сто процентов, что оно будет хреновое, у всех нас.
Хотя есть возможность отличиться снова, как тогда случилось на море, при абордаже (куда же без меня), и глотнуть досыта свежего воздуха.
Но на первом месте, конечно, разведка, остальное потом.
Не зря нос чесался, ладно успел поесть стоя, не особо присаживаясь за офицерский «стол». Одному и вдвоём—троём соваться в разведку не резон, надо бы отобрать с пяток не совсем смекалистых ребятишек.
Тех, которых не жаль оставить в пасти льва, образно говоря, в случае чего. Такие есть всегда в полку. Родина ждёт героев, а… ну вы поняли.
Так, с этим порешим немного позднее, сейчас подумаем над подготовкой к заданию. По привычке, терцию я называю по своей аналогией с современным полком. По сути, что есть терция?
Её численность колеблется от двух, до пяти тысяч человек.
Разделенных на роты, разного предназначения. Есть роты кавалерии, пикинёров, стрелков аркебузиров, смешанные роты. В роте от ста, и доходило до двести—триста человек. При разных военных действиях.
Всё было неодинаково по уставному стандарту. Также каждая терция наименовывалась по округам, где они формировались: Кастильская, Арагонская, Сардинская, Каталонская и другие.
Или по имени своего командира.
Есть ещё немало всяких тонкостей по тактике, стратегии терции.
Как упомянул, терция разделялась на отдельные роты.
В каждой роте есть небольшой штаб из одиннадцати человек: капитан и его помощник заместитель, младший офицер, сержант, отдельный знаменосец, также три музыканта (трубивших то наступление, то отбой по надобности), фуражир—повар, воинский падре капеллан для отпевание павших и служения мессы, и даже один брадобрей.
Ну чтобы бойцы не сильно обрастали бородами и щетинами.
Рота подразделялась на взводы под руководством опытных ветеранов.
Взвод подразделялся на отделения тоже под руководством ветерана воина.
Так как, я по найденным бумагам числился в чине капитана, мне в начале похода в подчинение дали роту гвардейцев, где сплошь почти одни ветераны. Как сейчас бы сказали, элитная рота. Хотели, конечно всучить и больше рот или ртов, но я отказался наотрез. Лишняя головная боль, и ничего хорошего. Я не карьерист какой нибудь гнаться за чинами.
Вдруг что случится, потом разжалование.
Да и временно всё, нахождение в этом времени.
А граф Виландия командовал соседней ротой, в нашей терции, так что мы находились почти всегда рядом.
Стемнело, да так что хоть глаз выколи, если отойдешь от огня кострищ.
Световой день короток весной. Задумавшись, обо всём сразу что нахлынуло, ноги сами понесли к стоянке лошадей, там и оказался возле своего коня. Погладил по умной морде, по хозяйски потрепал холку, на ощупь пробежал рукой по конской сбруе, проверяя её перед вылазкой.
Подтянул где нужно подпругу и супонь, подправил посадку седла.
Потом дал фуража, пожевать верному товарищу для настроя, чтобы не скучал на привязи.
Сделав обыденные дела, подошел к одному из десятка солдатских костров, моих подобревших после ужина ветеранов вперемешку с молодыми и неопытными, салабонами по-русски говоря. Солдаты, признав меня, вразнобой загалдели, добродушно приглашая к огню:
– Сеньор капитан, садитесь к нам, возле огонька.
– Здорово, сеньоры гвардейцы! Осталось чем горло промочить?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: