Сергей Саканский - Искатель, 2013 № 09
- Название:Искатель, 2013 № 09
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ООО Издательство МИР ИСКАТЕЛЯ
- Год:2013
- Город:Москва
- ISBN:ISSN 0130-66-34
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Саканский - Искатель, 2013 № 09 краткое содержание
«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и статьи. В 1961–1996 годах — литературное приложение к журналу «Вокруг света», с 1996 года — независимое издание.
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.
Содержание:
Сергей Саканский СМЕРТЬ ПРИХОДИТ ИЗ КНИГ (повесть);
Ольга Морозова ЦВЕТОК ПАПОРТНИКА (повесть);
Алексей Зайцев ИНОЙ КАРНАВАЛ; ДЕРЕВЯННЫЕ МОНЕТЫ (рассказы);
Николай Кокухин МАШУТКА; ГЮРЗА; АУЛ ДЖЕНДЖИРИ (рассказы);
Владимир Лебедев КЛАДЫ ПУГАЧЕВА (историческое расследование)
Искатель, 2013 № 09 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Господи, Гриша! У тебя белая горячка! Кому скажешь? Отцу покойному? Да его кости давно в земле сгнили. Или звери растащили по лесу!
— Тебе легко говорить, а мне он снится, увещевает, да жалобно так. Душу рвет. Не могу я его ослушаться, Уля, не могу! Кости, может, и сгнили, а душа-то не гниет! Неужто ты не знаешь? Душе-то покой нужен! Мается она, что дело не сделала, и приходится ей просить нас об услуге. А как еще-то?
— Ложись спать, Гриша! — Ульяна почувствовала усталость. — Выспись, отдохни. Теперь еще год ждать надо, сам сказал. Кончился праздник, завял цветок, чего теперь горевать? Подождет душа батюшки твоего еще годик, не расстраивайся. У нее, удуши, время не так течет, как у нас. Ей что год, что сто лет, все едино. Жизнь впереди длинная, успеешь.
Гриша лег на кровать, поджал под себя ноги.
— Умная ты, Уля. Утешить умеешь. Правда твоя все. — Он закрыл глаза.
— Вот видишь, и умной назвал. А то все дурой почитал. Дожи-лась.
— Прости, Уля, прости. Я сам себя иногда не узнаю.
— Спи, родной. На работу скоро уже.
Гриша заснул беспокойным сном. А Ульяна лежала, уставившись в пустоту, вспоминала, как год назад прыгнули они с Гришей через купалец. Загорелась тогда у них одежда — правду говорят, не к добру. Светка тогда сказала, что гореть им в огне страсти, но наврала, как обычно. Судьбу не обманешь.
И с того дня, как искал Гриша в лесу цветок папоротника, понеслось. Он уже стакана из рук не выпускал. Таиться перестал, пил в открытую. Как придет после работы, так обязательно с бутылкой.
А на выходные и вовсе не просыхал. Дважды даже прогулял, за что и получил предупреждение. Сказали, что третьего раза уже не будет. Гриша немного успокоился, среди недели держался, но Ульяна чувствовала, это ненадолго. Она решила использовать последний шанс — сходить к бабке в соседнюю деревню, по тому адресу, что Светка дала. Улучила момент и отправилась.
Бабку нашла сразу, хоть дом и на отшибе стоял. Но вся деревня знала, где живет местная достопримечательность. Не одна Ульяна со своей бедой к Фросе пришла. Возле избы был народ, но не так чтобы очень много. Ульяна заняла очередь. Задумалась, даже не заметила, как все разошлись и пришел ее черед. Немного смущаясь, она прошла внутрь, где на простом деревянном стуле сидела бабка Фрося. Была она старой, лет под восемьдесят, но крепкой и моложавой. Глаза блестели, узловатые руки неподвижно лежали на коленях. Ульяна почему-то поклонилась.
— С чем пожаловала, девонька? — Фрося неприязненно смотрела на Ульяну, будто та затеяла нехорошее. — Издалека пришла?
— Да нет, из соседней деревни. Муж у меня пьет, с ума сходит. Мерещится ему разное…
— Пьет, говоришь? Плохо это… А что мерещится-то?
— Нечисть всякая, русалки, отец покойный ерунду всякую нашептывает во сне… совсем человек не в себе.
— Ты подойди ко мне, — Фрося поманила Ульяну пальцем, — не бойся.
— Я и не боюсь, сама к вам пришла. — Ульяна подошла.
Бабка взяла ее за руки, приблизила к ней лицо, долго всматривалась в глаза и наконец изрекла:
— Покажи фото.
Ульяна достала и протянула Фросе. Та снова принялась его изучать, да так долго, что Ульяне показалось, знахарка уснула над ним — в комнате царил полумрак, нарушаемый лишь жиденьким пламенем свечки. Ульяна начала нетерпеливо перетаптываться с ноги на ногу. Наконец Фрося подняла на нее тяжелые веки и вперила в Ульяну свинцовый взгляд. Помолчала, прежде чем ответить.
— Не могу я помочь тебе, и ему не могу, уходи лучше подобру-поздорову. — Она протянула фото Ульяне. — И это забери, ни к чему она мне…
— Бабушка… — Ульяна даже не нашлась что сказать. — В чем дело-то?
Фрося опустила глаза.
— Не могу, и все. Что тебе объяснять, сама все знаешь. Уходи, не мое это дело вам помогать. Сами все напутали, заворожили, сами и выбирайтесь. Я не всесильна, не справлюсь.
— И что мне теперь делать?
— Не знаю, твои дела. Иди, девка, иди. Устала я сегодня. — Фрося отвернулась, встала со стула и ушла в глубь комнаты.
Когда Ульяна исчезала с ее глаз, она еще долго крестилась, бормоча какую-то ей известную молитву.
Ульяне ничего не оставалось, как уйти несолоно хлебавши. Опять Светка подсуропила! Бабка, бабка! Обманщица. Или это ей так не везет? Вон люди стояли, ушли довольные, а она… Но помогать насильно ее не заставишь, а она уперлась, заладила: «Уходи, уходи!» Старая калоша. Потом Ульяна остыла немного, ладно, сами справимся…
Но справляться получалось все хуже. Ежедневные пьянки плавно перешли в запои. Сначала это длилось по два дня, потом уже почти неделю. Гриша еле дотянул до отпуска. Ульяна тоже отпуск взяла, думала, вместе отдохнут, съездят куда-нибудь. Очень ей развеяться хотелось, год трудный выдался. Но ехать Гриша категорически отказался. Наотрез. Ульяна и так и эдак его уговаривала, он ни в какую.
— Не хочу я никуда, отвяжись! Езжай, если тебе так хочется, меня только в покое оставь!
— Ну куда же я без тебя-то поеду?
— Да катись, куда хочешь! Тебе что, нянька нужна?
— Нянька мне не требуется, но негоже замужней женщине одной по курортам разъезжать.
— А ты никому не говори, что ты замужем, никто и знать не будет.
— А как ты один-то здесь?
— Ну жил же я как-то без тебя! Я, чай, не инвалид… А то к матери уеду, у нее поживу.
— Ладно, — Ульяна сдалась, — давай дома останемся, и тут дела найдутся.
— Ну, как хочешь. А то я бы и без тебя обошелся. Смотришь так, будто я чего должен тебе. Не должен! Слышишь, не должен! И не смотри на меня так.
— Как, Гриша? Господи! Чего ты завелся-то? Идем искупаемся лучше, жара вон какая стоит.
— Иди, купайся, не хочется мне.
Ульяна накинула сарафан и пошла к реке. Сколько можно его капризы терпеть? Опять, кажется, на него злость на всех и вся напала, бросается, как цепная собака. Можно было бы и уехать, пусть как хочет, но одной и правда не особенно Хотелось. Куда ехать-то? Тут и лес, и речка, она и здесь отдохнет. С матерью в город съездит, к родственникам, может, еще куда, а там и отпуску конец. Да и Гришу одного оставлять надолго страшновато. А вдруг как опять приступ? Кто его утешит, успокоит, слово ласковое скажет? Некому. Совсем с ума сойдет парень. Не прошла любовь еще у Ульяны, не прошла. А потому и не может она к мужу равнодушно относиться. Кабы прошло все, так и ушла бы от него насовсем, но не пускает что-то. Будто связаны они. На счастье ли, на беду, но связаны. «Навеки мы с тобой», — мелькнула у Ульяны мысль, одновременно и испугав и обрадовав.
И опять покатилась жизнь по инерции. Гриша целыми днями валялся дома, Ульяна ходила на реку, в лес, раза два съездили с матерью к родственникам и в город по магазинам. Прошел отпуск, как один день. В понедельник как ни крути, а на работу надо, а Гриша пьяный лежит. Ульяна бутылку спрятала, пока он спал. Ночью муж проснулся, пошарил в заветном месте — нету. Посопел, повздыхал, опять лег. Покрутился, покрутился, Ульяну растолкал.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: