SnkT - Первоисточник

«И ведь нигде о подобном не написано, одни только общие слова, как всем было плохо и страшно», — Гермиона имела в виду соответствующие книги вроде «Взлета и падения Темных Сил».

«Про ползающих по Хогвартсу василисков тоже нигде так и не написали, одни только общие слова, что все злодеи повержены и беспокоиться больше не о чем».

— Так что, — продолжил тем временем Сириус, встряхнув головой, — я знаю, что вы тогда за себя не отвечали. Но все равно, если дело дойдет до допроса, запомните, вы были под чарами, получили приказ на убийство — и все, без лишних подробностей! — жестко припечатал под конец.

— А…

— А министерству и Визенгамоту плевать на все, кроме самих себя! Нужно будет показать, как хорошо они работают — кинут вас обоих к дементорам безо всяких раздумий!

Похоже, бывший узник Азкабана не очень доверял судебной системе своей родной страны.

— Кто-то еще это видел?

— Не знаем… — начал Гарри.

— …Никого рядом вроде больше не было, но кто-то ведь нас оглушил потом…

— …А еще на метлах сверху следить должны были.

— Раз газетчики не написали о такой сенсации, значит, если кто-то что и видел, то решил промолчать, — принялся перебирать варианты Сириус. — О летунах, видимо, позаботились те, кто вас похитил — свидетели им тоже были ни к чему. Вейла вряд ли захочет признаваться... Да и сам похититель ваш тоже не заинтересован оказаться на допросе — Муди сказал, что он выдавал себя за Барти Крауча.

— А может, нас как раз ищут по-тихому? — осторожно предположил Гарри.

— Сомневаюсь, — чуть призадумавшись, медленно произнес Сириус. — Сейчас французов просто ругают, но как только дело дойдет до такой сенсации, как смерть самого Виктора Крама, то тогда-то газетчики разгуляются по полной. Чтобы прикрыть свои задницы, французы с радостью свалили бы всю вину на сумасшедших британских варваров, но они молчат. Что Франция, что Британия — чинуши везде одни и те же… Раз молчат — значит, ищут убедительное оправдание. Потому и команды школ не отпустили, чтобы про Крама никто не узнал.

— Кстати, а ведь если про смерть Крама они не знают… — вдруг пришла в голову мысль.

— …То не знают, и куда мы с Гарри делись!

— Да уж, — нервно усмехнулся Сириус. — Значит, они еще и Мальчика-Который-Выжил потерять умудрились… Вот и тянут время, вдруг найдется…

— Гермиона, я не хотел тебя обидеть, — заметил он обращенный на него взгляд, — но…

— Да я понимаю…

— Ладно, — нарушил Сириус неловкую тишину, — что там дальше?...

Известие о новом появлении на сцене самого страшного волшебника современной истории, Сириус воспринял гораздо сдержаннее, чем можно было бы предположить. Равнодушным его подобная новость, конечно же, не оставила, но и реагировать слишком бурно он не стал. Вероятно, связано это было с тем, что о созданных Волдемортом хоркруксах он был в курсе, и потому этот сценарий полной неожиданностью не стал. Впрочем, и узнавать о том, что любимый крестник вновь успешно пережил подобную встречу, Сириус явно не привык.

Гораздо более громко, чем на сам факт нового явления Волдеморта, Сириус отреагировал на пересказанную ему обмолвку о возможной роли Питера Петтигрю в этом событии и о реальной причине смерти последнего, а также сопутствовавшей ей гибели еще одного старого знакомого. Правда, поскольку напрямую имени «другого предателя» Волдеморт не назвал, тут имелась возможность для различных интерпретаций его слов, и Сириус не преминул этим воспользоваться, отказавшись верить, что «Сопливчику оказалось не по пути с этим уродом». Скорее, от него избавились, потому что «даже им не нужен такой говнюк».

Имелись определенные сомнения, стоит ли упоминать абсолютно все случившиеся с ними неприятности, такие как еще одно смертельное проклятие, полученное Гермионой от Волдеморта. Почему-то, увеличивать число посвященных в часть их общей тайны совершенно не хотелось. Сама мысль о том, чтобы добровольно рассказать об этом, вызывала какое-то подсознательное отторжение, несмотря на то, что крестный Гарри, вроде как, успел заслужить определенное доверие с их стороны.

Впрочем, как только речь зашла об обстоятельствах освобождения от общества темного мага, все сомнения пропали сразу же. Пришло четкое осознание, что говорить об этом попросту нельзя — Нерушимый Обет не позволял разглашать эту информацию посторонним, коим в этом случае являлся Сириус Блэк. Так что ему пришлось довольствоваться самыми общими словами, что Мальчик-Который-Выжил получил свое прозвище не просто так.

— Ладно, нельзя говорить — значит, не надо, — потомственный волшебник отлично знал, что такое Нерушимый Обет, и был наслышан, что такое Отдел Тайн.

Не желающий поддаваться магии волшебник, вставший на пути к свободе, особого удивления не вызвал, поскольку с этим явлением Сириус чуть позже имел сомнительное счастье познакомиться лично. Результат же этого столкновения он видел и сам. И даже признался, что оглушили беглецов и свои в том числе.

— Командовал Муди, — немного смутившись, пояснил Сириус, — А он всегда говорил, что лучше сначала вырубить, а потом уже спокойно во всем разбираться. Вреда от одного Ступефая не будет, а от возможных проблем защитит…

«Ну да, знакомая логика», — был вынужден признать Гарри.

Принципы, с которыми профессор защиты подходил к отлову возможных нарушителей дисциплины, пара любителей погулять под мантией-невидимкой сполна ощутила на себе. И плевать хотел этот профессор на замечания всех прочих профессоров, что «подозрительный звук» — это еще не повод сразу швырять в ту сторону набор оглушающе-парализующих заклятий.

— Ладно, вроде бы все понятно… кроме одного…

«Что-то мне не нравится этот тон…» — напряглась в ожидании неприятностей Гермиона.

— Почему не позвали на помощь?! — явно давая выход эмоциям, воскликнул Сириус. — Вы же знаете Патронус, могли бы сразу это сделать! Если бы не старый параноик Шизоглаз, так бы там остались, никто бы ничего и не узнал!

А ведь это был очень хороший вопрос. Заклинание Патронуса ведь как раз и заинтересовало их в первую очередь, как возможность для быстрой передачи сообщений, а вовсе не как средство для борьбы с дементорами. И действительно, не было никаких причин не попытаться с его помощью известить о своем бедственном положении того же Сириуса. Да, пусть успех этой попытки был не гарантированным, в их руках тогда были палочки, от которых они уже успели отвыкнуть, да и сами они пребывали не в лучшей форме после двух пыточных проклятий и одного смертельного.

Но общее «Я» Гарри и Гермионы не просто не стало рассматривать такую возможность, оно просто не задумалось о ней! Оно сразу же при обдумывании вариантов спасения полагалось исключительно на свои собственные силы и не допустило даже и малейшей мысли, что может быть как-то иначе.