Санин Евгений - Святая - святым

- Может быть, вам дежурную группу оставить?

- Зачем? – не понял тот.

- Ну… охранять!

- Да нет, - засмеялся отец Тихон. - Мы уж как-нибудь сами!

- Тогда по машинам! – скомандовал офицер и, козырнув отцу Тихону, первым направился к грузовику, оставив директора школы в полном недоумении, а всех остальных – в нескрываемой радости.

Стас, чувствуя себя героем, вернулся к Ване, около которого стояла, глядя на него восторженными глазами, Лена.

- Я всё знаю! – сообщила она и протянула на ладошке несколько теплых, чуть мятых ягод земляники.

- Вкусно! – попробовав, похвалил Стас. – Первая ягода! Где взяла?

- В лесу, с мамой по пути немного собрали! Мы с ней в Выселках бабушку в больницу отправляли. У нее - апокалиптический удар! – с трудом выговаривая непривычно длинное слово, стала объяснять Лена.

Но Стас перебил ее.

- Слушайте, - вдруг оживился он. – А если эту ягоду собрать да продать, это же выгодное дело! А ее там много?

- Да этой выгоды у нас – видимо-невидимо! – успокоила его Лена. - Сейчас началась скучника, потом пойдет злюква…

- Скучника – это земляника, потому что ее скучно собирать, злюква – клюква, - перевел Ваня. - А в остальном Ленка права! Ягоды в лесу, действительно, много. И на станции с проходящих поездов ее хорошо берут… Можно заработать!

- Так зачем же тогда дело? – обрадовался Стас. Он покосился на беседовавшую с Ником Нину, мстительно представил, как она заговорит с ним, когда он станет богаче Ника с его отцом, и предложил: - Давайте сегодня же и пойдем!

- А что? – подхватил Ваня. - Прямо после обеда!

И они побежали сдавать Григорию Ивановичу носилки, тем более что отец Тихон, несмотря на разрешение командира ОМОНа продолжать работы, объявил перерыв до следующего дня.

7

Отец недовольно взглянул на сына и укоризненно покачал головой…

За обедом Стас ел, как никогда быстро, захлебываясь и давясь первым и вторым с двумя добавками.

Мама не могла налюбоваться аппетитом сына, а папа все приговаривал:

- Надо тебя каждый день так работать заставлять!

Стас торопливо рассказывал о том, что было на субботнике: про отца Тихона, командира ОМОНа, о том, что он был заместителем самого Григория Ивановича, про Ваню и, вдруг вспомнив крестик у него на груди, спросил:

- Ма! Па! А я – крещеный?

Родители переглянулись и в один голос ответили:

- Не знаем!

- Как это не знаете? – заморгал Стас.

- Мы не крестили, - начала мама.

- Но это могла сделать бабушка, когда ты совсем маленьким гостил у нее. Она у нас – верующая! – докончил отец.

- Ну вот, - обиделся Стас. - Так напишите ей, или еще лучше, дайте телеграмму. А то вон Ванька носит крестик, а я – нет. И по ягоды он сегодня идёт… - осторожно приступил он, наконец, к самому главному. – Можно и я с ними?

- На болото?! – ужаснулась мама.

- Нет, на болотах злюква растет. А мы – в лес!

- Что растет?

- Ну, клюква, а мы за скучникой, то есть, земляникой, – поправился Стас, мысленно ругая Лену за то, что она заразила его своей болезнью ломать слова.

- Но в лесу могут быть волки! – еще больше испугалась мама.

- Да какие там волки - только кабаны, - вспомнив, что дядя Андрей говорил про охоту в здешних краях, поспешил успокоить ее Стас, но, увидев, как испуганно вытягивается лицо мамы, стал быстро исправляться, опуская руку все ниже и ниже: - То есть, не кабаны, а свиньи, даже поросята, вот такие маленькие! - заверил он, касаясь ладонью самого пола. – И то, сбежавшие из деревни!

- Даже не знаю, что с тобой делать… - явно сдаваясь, покачала головой мама.

- С Ваней даже Ленку пустили! - сделал жалобное лицо Стас, на этот раз благодаря девочку за то, что она так вовремя вспомнилась ему.

- Ну, раз даже Лену…

- Ладно, пусть идет! – разрешил папа. – Заодно и землянички нам принесет…

- Ур-ра!!

Стас, мигом допив компот, выскочил из-за стола и бросился бегать по дому, ища, во что ему собирать ягоды.

- Можно, я банку возьму? – крикнул он из кухни.

- Бери! – разрешила мама. – Но только обязательно принеси обратно! Они тут сейчас – на вес золота!

«Вот здорово было бы, если бы банки и, правда, были на вес золота! – мечтательно подумал Стас, выбирая подходящую банку. – Я бы тогда набрал их побольше и поменял на золотые слитки!..»

Он прикрыл глаза, представляя на своей ладони тяжелый, блестящий слиток, а когда открыл их, то недовольно сморщился, увидев в руке баночку из-под майонеза.

«Разве с такой много заработаешь?»

Пол-литровая и литровая банки тоже показались ему маленькими…

Вернувшись в комнату, Стас увидел, что отец наливает в стакан воду из трехлитровой банки, на дне которой позванивал его серебряный рубль.

- Хороша водичка! – выпив стакан до дна, похвалил он. - А главное – полезная!

- Почему? – с вожделением поглядывая на банку, спросил Стас.

- Потому что серебро все вредные бактерии убивает! – охотно объяснил отец.

- А полезные?

- Что полезные?

- Тоже убивает?

Отец с нескрываемым интересом посмотрел на сына и, обращаясь к маме, сказал:

- У него – ум ученого!

- И в кого бы то это? - улыбнулась ему мама.

- Как в кого? В меня!

У отца было такое настроение, что Стас понял - к нему сейчас можно обращаться с любой просьбой! Улучив момент, когда мама вышла из комнаты, он тихо шепнул:

- А можно я эту банку возьму?

- Да ты что? Мама нам, знаешь, что за нее сделает?

- А мы соврем что-нибудь, скажем – разбили!

Отец недовольно взглянул на сына и укоризненно покачал головой:

- Не слишком ли ты в последнее время стал лгать?

- Да нет, я немного, совсем чуть-чуть! Не больше других…

Стас умоляюще посмотрел на отца:

- И потом, если монету в ведро бросить, то у нас еще больше полезной воды будет!

- Ладно, хорошо! – шепотом отозвался тот, вылил воду в ведро, бросил туда рубль, показавший надпись «Не нам, не нам, а имени Твоему», и заговорщицки протянул банку сыну: - Бери!

- Спасибо! – радостно схватил ее Стас.

- Но только с одним условием! – предупредил отец. - Ты пойдешь только после того, как немного отдохнешь!

- Но…

- Ты вчера еще был болен, - уже громче напомнил отец. - И должен часок полежать! Обя-за-тель…

- …но, - со вздохом докончил Стас, понуро отправляясь к себе.

- И никаких «но»! – поднял указательный палец отец…

В своей комнате Стас сразу же лег на кровать, чувствуя, как и правда, с непривычки болит все тело. Блаженно вытянувшись, он поглядел на стену и остановился на фотографии генерала.

«Вот бы и мне стать таким!» – подумал он, вспоминая, как испугался командир ОМОНа одного только генеральского голоса. Еще он вспомнил, как хорошо было командовать ребятами постарше, и решил, что власть - это еще и наслаждение.

«Каково же тогда было самому Децию?» - Стас поднял глаза на портрет императора и, восхищенно покачав головой, потянулся к тетради с недочитанной повестью.