Алла Щедрина - Эмигрант

– Конечно. Начали.

Первые несколько секунд они прицельной бомбардировкой уменьшили число монстров больше чем на треть – жидкий огонь действительно оказался разрушительнейшей штукой. Дальше дело пошло далеко не так гладко. Несмотря на то, что почти каждое заклинание находило цель, Арика и Жорот не успели сжечь всех зомби на безопасном расстоянии – слишком уж их было много. Двигались монстры совсем не медленно, с той же скоростью, что и живые люди. Может, соображали чуть медленнее – то есть если Арика перебегала на другое место, две‑три секунды пытались сориентироваться, и лишь потом кидались следом.

За время драки женщина успела лишь пару раз глянуть в сторону колдуна – тот уничтожал монстров и ускользал от тех, кто все же ухитрялся до него добраться, используя ту же их заторможенность реакций, что и Арика.

Собственно, на этой заторможенности маги и выиграли в конце концов, почти без потерь. Если не считать, что один из зомби вцепился Арике в спину – где‑то в районе лопатки – и не только прокусил одежду, но и сорвал кусок кожи, и, кажется, прихватил мясо. Арика не могла точно сказать – не видно же. Случилось это уже под конец бойни, когда осталось добить десятка два мертвяков. Когда, наконец, на поляне лежали лишь догорающие кучки, Арика повернулась к колдуну:

– Ты‑то хоть цел?

– Да. Давай в машину, тут этого пепла полно…

Секунды спустя они уже отъехали от места побоища. Арика машинально проводила глазами поляну, сплошь покрытую серым слоем с небольшими холмиками, возвышающимися то тут, то там… Она могла поклясться, что на несколько лет это будет самое пустынное место во всей округе.

– Снимай рубашку, – голос Жорота отвлек ее от невеселых размышлений.

– Нервным не смотреть, – буркнула Арика в сторону переднего сиденья, разделась и повернулась к Жороту спиной. Спросила через плечо:

– Что там?

– Данил, мы достаточно отъехали, остановите.

Тот подчинился.

– Придется потерпеть. Сможешь не двигаться? Или тебя подержать?

Женщина покосилась на Данила и Кима – потенциальных удерживателей – и внесла предложение:

– Лучше обездвиживающее заклинание наложи.

– У меня есть обезболивающее, – вмешался Данил.

Колдун возразил:

– Спасибо, но нежелательно. Обычные средства не помогут, а сильные замедлят реакцию, а она сегодня понадобиться.

Говоря это, он уже начал заниматься раной. Судя по боли, сопровождающей процедуру, Жорот просто срезал с поврежденного участка еще один слой кожи и мяса – чего пришлось. Если бы не заклинание, женщина точно не усидела бы на месте. Когда наконец все закончилось, Арика перевела дыхание и пробурчала:

– Живодер… Все, надеюсь?

– Еще надо прижечь и потом я залью лекарством.

– А прижечь… Уй‑я!!! Ты что, огненным шариком в меня запустил?

– Почти.

Лекарства, после предыдущих методов обработки, она уже не почувствовала.

– Теперь все. Залечишь?

Арика пошевелилась, ощущая наконец вновь свое тело. Рана болела довольно терпимо. Проворчала:

– Спасибо. Увы, только за ночь.

– Тогда давай я попробую… Данил, можно ехать.

Ветер из открытого окна резанул женщину по лицу. Не зимний конечно, но приятного мало – тем более, что после лечения она была порядком взмокшая. Арика поморщилась:

– Секунду, подожди, – испорченной рубашкой вытерла пот с лица и груди. Подумав, скомкала ее и выбросила в окно, испепелив заклинанием на лету, заодно выплеснула накопившуюся злость. Задвинула стекло, сообщила:

– Все. Получится – хорошо, нет – чем‑нибудь закрой.

Колдун спокойно отозвался:

– Договорились.

Она почувствовала тепло на месте раны и вокруг, и вдруг женщину скрутило. Не от боли и даже не от тошноты – по спине к лопаткам и вдоль позвоночника пошло мерзко‑студенистое ощущение. Арика стиснула зубы, напряглась

– Что, так больно?

– Лучше… бы уж было… больно… – борясь с отвращением, вытолкнула она.

– Еще немного. Все.

Она перевела дыхание, непроизвольно зажала рот рукой, с трудом сдержав рвотный позыв. Возникло непреодолимое желание попросить Данила вновь остановиться, чтобы перевести дух – движение машины не улучшало ее самочувствия. Но сколько ж можно. Так они в жизни никуда не доедут. Женщина переглотнула несколько раз. Что за дрянь? Вроде и не тошнит, но выворачивает. Одно хорошо – рана исчезла – в этом она убедилась, проведя по спине рукой.

Торопливо достала из выручалки рубашку, надеясь отвлечься от этого мерзкого ощущения. Частично получилось.

– Спасибо, – наконец она смогла озвучить хотя бы элементарную благодарность. Еще минуту спустя женщина сидела полностью одетая и растеклась по спинке, стараясь избавиться от остатков тошноты.

– Не за что. А в чем проблема, если не больно? – спросил колдун.

Арика помолчала, пытаясь перевести свои ощущения на человеческий язык.

– Словно кости и тело превращаются в медузу.

– Н‑да. Наверное, конфликт магий, – констатировал Жорот.

– Наверное. Знаешь, в следующий раз я лучше потерплю до утра, – невольно, но с большим чувством вырвалось у женщины.

– Лучше не подставляйся, – невозмутимо отозвался колдун. И тут же спросил: – Ты поняла, что я делал?

– Соскоблил то, что соприкасалось с источником заражения, прижег и залил лекарством. Так?

– Не соскоблил, а именно срезал. Если ранят меня, будешь делать то же самое. Иначе гарантий непревращения нет никаких.

– Это ты намекаешь, что я еще смогу отыграться? – отшутилась Арика.

– Почти наверняка.

– Обрадовал, ничего не скажешь. Кстати, чем прижег‑то?

– Саламандра.

– Это она у тебя такая слабая?

– Не забывай, огонь конфликтует со второй моей стихией – водой.

– Ясно. Значит, я только «лепестком», иначе… Гм.

– Это тебе видней.

Оба замолчали. Арика прокручивала в голове бой, соображала, в чем же она лажанулась, что ее смогли прихватить. Проворчала вслух:

– Какого черта так странно кусать? Ни в шею, ни в руку…

– Он просто выше не дотянулся, – отозвался Жорот. – Ребенку было лет десять, не больше. Наверное, поэтому ты его и не заметила.

Женщина помолчала, переваривая информацию. Вот, значит, в чем дело.

– И много деток было?

– Меньше десятка.

– Надеюсь, до младенцев не дойдет.

– Я вообще не понимаю, каким образом они выжили, – тихо сказал колдун. – Зомби их уничтожают почти сразу – они гораздо слабей, уязвимей…

– Они увертливей, может, поэтому? – предположила Арика.

– Вот‑вот. Еще одна странность – обычно зомби двигаются гораздо медленней людей. А эти какие‑то слишком проворные.

– А почему они движутся медленней?

– Скорость нервных реакций зависит от температуры тела. У зомби, сама понимаешь, температура выше воздуха не поднимается. Кстати, зимой они вообще почти не опасны.