Алла Щедрина - Эмигрант

Но когда стало совсем темно, Арика настояла, чтобы ее «телохранитель» оставался внутри защитного круга.

– Все равно вы ничего не увидите по такой темноте. Понадеемся, что больше стрелков не будет.

Ким неохотно согласился и тут же выдвинул контрпредложение:

– Тогда хотя бы не уходите далеко.

– Само собой. Ночью по этим буеракам я все ноги себе переломаю.

Зомби, заявившихся в ночь, пришлось уничтожать практически рядом с защитным кругом – повезло, что группы не превышали десятка монстров.

Около полуночи женщина, сильно измотанная, прогнала Данила и Кима спать – похоже, они собрались составлять ей компанию до утра.

– Вы мне все равно ничем не поможете. А темноты я не боюсь, – язвительно сообщила она.

Мужчины подчинились, хотя явно неохотно.

Ближе к рассвету наступило относительное затишье. Больше двух часов она спокойно сидела у костра, стараясь не заснуть, и прилежно каждые пятнадцать‑двадцать минут используя заклинание поиска нежити.

Арика вдруг услышала движение со стороны, где спал Жорот, и быстро взглянула на колдуна. Тот потягивался, чуть улыбнулся:

– Ну, что? – тихо спросила женщина.

– Все нормально, – так же тихо ответил он.

Она вздохнула, протерла слипающиеся глаза.

– Я спать.

– Защитный круг поставлю и тоже лягу досыпать.

– Только подальше от меня, – проворчала женщина, вставая. – Я уж лучше померзну.

– В чем дело? – нахмурился он, подойдя к женщине. Он еще не оделся, и Арика увидела, что от ран остались только круглые шрамы. Наверное, и они сгладятся.

– А я чем ближе, тем сильнее в тебе защитные инстинкты просыпаются! – яростно прошипела Арика.

– Стоп. – Жорот взял ее за плечи и чуть встряхнул. – Прекратила истерику. А то я тебя сейчас буду в чувство нетрадиционными методами приводить. Душ холодный, например. Устроит?

– Ой как испугал! – огрызнулась женщина. Вывернулась и пошла к машине, намереваясь устроиться на заднем сиденье.

Жорот перехватил ее за плечо, они вновь оказались лицом к лицу. Женщина удивленно замерла. Кажется, колдун впервые остановил ее не словами, а физическим действием. На лицо Арики непроизвольно наползло ледяное выражение, она скинула его руку. Сообщила вызывающим тоном:

– Держи‑ка руки при себе!

Жорот поморщился:

– Может, хватит? Идем спать.

– А я и иду, – она вновь направилась к машине.

Колдун вновь перехватил ее, на этот раз за обе руки и вновь повернул к себе лицом:

– Объясни, пожалуйста, в чем дело.

Арика рванулась и, убедившись, что сил освободиться у нее не хватит, взбешенно выругалась и ударила колдуна болевым импульсом.

Мужчина вздрогнул, но пальцев не разжал.

– Так что я тебе такого мерзкого сделал?

Арика прекратила вырываться и язвительно уточнила:

– Считаешь насилие хорошей основой для беседы?

– Не намного лучше, чем непонятные обиды, – он отпустил ее запястья, наклонил голову к плечу, – Я слушаю.

Женщина, наконец не выдержав, вызверилась на него по полной программе:

– Ты что, всерьез не понимаешь? Какого ты меня закрыл собой? Совсем офигел?!!

– Арика…

– Мужское превосходство покоя не дает? Пунктик такой у настоящих мужчин есть – защищать все, что считается слабее, не интересуясь, нужно ли это вообще?!

– А у настоящих женщин – истерики из ничего устраивать, – язвительно сказал Жорот.

Арика вызывающе прищурилась:

– Абсолютно из ничего! Я, конечно, тебе благодарна и обязана…

И захлебнулась от потока ледяной воды, обрушившегося сверху. Потрясла головой, отфыркиваясь и протирая залитые глаза.

В ее руках оказалось полотенце, второе на плечах, причем мокрая насквозь рубашка непонятным образом исчезла.

– Я предупреждал. Снимай все остальное и брысь под одеяло.

Арика все еще пыталась справиться с ошалением, когда Жорот добавил:

– На досуге подумай, насколько ты оскорбила меня словами о «благодарности» и бессмысленной демонстрацией своей независимости. На которую никто не покушается, кстати.

– Действительно! Все это мне просто почудилось, – язвительно отозвалась женщина, которая немного успокоилась после незапланированного купания, но, тем не менее, сдаваться не собиралась. Она стянула мокрые брюки и обувь, в которой хлюпала вода и завернулась в полотенце – кстати, довольно большое. – Закрывать слабую женщину собой от пуль – это норма, причем настолько обыденная, что и упоминания не стоит…

– Это профессиональная привычка, – сухо отозвался Жорот. – Я очень долго работал телохранителем…

– Ке‑ем? Ты же говорил, что сопровождал караваны и все такое… Это не телохранитель, это охранник!

– Основная специализация именно телохранитель. Просто не всегда такие заказы были – в Клане семьдесят процентов магов – боевых, конкуренция… Поэтому я и за охрану брался.

Арика сообщила, вытирая волосы:

– Я тебя телохранителем не нанимала! И вообще, не надо мне зубы заговаривать, распинаясь о привычках – можно подумать, иначе ты под пули бы не полез!

– Полез бы, конечно. Потому что выбор был не между мной и тобой, а между обоими раненными и одним. Он стрелял так, чтобы и тебя и меня задеть… Другое дело, вряд ли бы успел.

– Объяснения как всегда на высоте… – она чихнула и передернулась – осенний воздух был слишком свеж, полотенце, к тому же сырое, не спасало. Женщина побыстрее достала из выручалки сухую одежду, но воспользоваться не успела – колдун поднял ее на руки и оттащил на место, где спал сам. Достал свой спальник, кивнул на него.

– Ложись. Я сейчас…

Женщина, вместо того, чтобы лечь, перебралась на свой спальник, который все еще лежал на траве, обхватив колени руками.

– Ты считаешь, что разговор закончен? – спросила она у подошедшего колдуна. Тот парой движений высушил Арике волосы. И поинтересовался:

– А ты считаешь, что нет?

Женщина вновь стала закипать.

– То есть ты по‑прежнему будешь лезть, куда не просят…

Жорот сел, вздохнул:

– Я по‑прежнему буду делать то, что считаю рациональным… А сейчас тебе абсолютно нерационально сидеть раздетой на холоде.

Арика, язвительно сообщив:

– Согласна, – и принялась одеваться.

Колдун, пожав плечами, забрался в спальник.

– Спокойной ночи.

Арика, помолчав, попросила:

– Пожалуйста. Давай, ты больше не будешь подставляться, а?

Он усмехнулся:

– Только если ты пообещаешь то же самое.

– При чем тут я! Ну ты что, совсем ненормальный? Если убьют тебя – это уже все. А у меня есть возможность…

Жорот подскочил. Резко сел.

– Кто еще из нас ненормальный! Забудь. Считай, что нет такой возможности!

– Почему это?

– Тебе мало последней Проверки?

– Ну, повториться она уже не сможет…

– Думаешь, хуже не будет? Ошибаешься. Исходя из моего опыта, каждая следующая Проверка воспринимается тяжелее предыдущей. А те, кто этим злоупотребляет – попадаются экстрим‑любители расширенного пантеона – гарантированно пополняют ряды сумасшедших. Не предназначена человеческая психика для такого! А если учесть, что у Существ Проверка еще и дольше…