Алла Щедрина - Эмигрант

– Да? – робот появился в дверях спальни.

– Ты извини…

Тот успокаивающе кивнул:

– Я же сам предложил. Развод проблемой не будет…

– Не вздумайте! – неожиданно сказал Жорот. – Никаких разводов. И мне с тобой, Роджер, тоже желательно заключить брак.

– Что‑о? – у Арики отвисла челюсть.

Колдун повернулся к Роджеру, мягко сказал:

– Я должен был раньше предложить, конечно, извини… Арика, в Клане и тройные, и больше браки – не редкость, – он вновь повернулся к роботу. – С тобой связь установить не удастся, но это неважно – достаточно будет формального признания факта супружества. Тогда среди магов ты будешь иметь совсем другой статус. Отношение будет более уважительным, получишь дополнительную защиту своих прав…

– Ладно, хватит, – махнула рукой Арика. – Если ты говоришь, значит, так и сделаем, – и направилась в душ.

– Жорот, не стоит, – голос Роджера остановил ее в середине комнаты. – Ведь то, что я робот, увидит любой маг, верно? А брак с вещью – это слишком похоже на фарс. И ничем хорошим не кончится.

– Ничего, проглотят, – беззапеляционным тоном отозвался колдун.

Робот покачал головой и вновь собирался что‑то возразить. Но Жорот не дал:

– Ты просто не имеешь представления, что такое Клан! Серпентарий, вечная грызня за власть. И очень скоро возьмутся за нас. А ты в нашей тройке – самое слабое звено. Я даже думать не хочу, что можно сотворить с тобой и отделаться простым штрафом, как за порчу имущества. Ты ведь и защищаться как следует не можешь – твои чертовы встроенные законы мешают!

– Жорот прав, – вмешалась Арика. – Мы оба не хотим терять тебя. Так что супружество не обсуждается, извини. Это приказ.

Робот кивнул и вышел.

– Зачем ты… – поморщился колдун.

– О боги! Вот иди и сам его уговаривай, – проворчала женщина. – А он станет доказывать, что вообще не живой, что его существование поэтому имеет гораздо меньшую ценность, чем наше с тобой… и подобную чушь. Ну нафиг, я уже забодалась с ним на эти темы спорить!

– Действительно. Легче приказать.

Арика усмехнулась и сообщила:

– Что ж, ты связался со сволочью. Точнее, еще не связался. Может, передумаешь?

Очень хотелось добавить «Или боишься, что с тобой так же поступать стану?», но благоразумно удержалась. Шутить на эту тему над Жоротом, с его обостренным чувством гордости – себе дороже. Она наконец добралась до двери душа, но войти опять не успела. Оказалась в объятиях колдуна.

– Прости. Я не хотел тебя обидеть.

– Ты не обидел. Наверное, я действительно не права, что не стала убеждать Роджера, а просто приказала. Но я очень устала и жутко хочу спать. Может, все же отпустишь?

Добравшись наконец до постели, Арика вырубилась – в момент, когда коснулась головой подушки, даже волосы не высушила – она все‑таки запомнила это заклинание. И временами использовала – когда не забывала.

Утро ознаменовалось тем, что Арике пришлось выбираться из объятий Жорота. При этом она его, конечно, разбудила.

– Надеюсь, ты не совсем уходишь? – сонно уточнил мужчина.

– Вернусь сейчас…

Когда Жорот стал объяснять и показывать – пока в теории – как устанавливается «супружеская связь», Арика, не выдержав, принялась хихикать.

– Над чем издеваешься?

– Ну как? Успешно поддерживаем многолетнюю традицию – постельные упражнения не просто так, а обязательно в качестве приложения…

И оказалась прижатой к кровати. Мужчина коснулся губами шеи, прошелся поцелуями ниже. В промежутках сообщил:

– Не поддерживаем, а заканчиваем. А станешь язвить – до вечера не отпущу… Будешь знать.

– А не перетрудишься? – насмешливо уточнила она. – Или бедного Роджа обойдешь вниманием? Так нечестно – раз уж вы тоже женитесь…

– Уговорила, – хмыкнул он, поднимая голову. – Роджера сразу зовем или сначала все же закончим со связью?

– Ко… Так. Я о вас, а не о нас! Еще не хватало!

– А что тебя так шокирует? Значит, по отдельности – не против, а втроем… Эй, ты что?

Болевой импульс ударил внезапно и резко. Арика сама не ожидала.

– П‑прости… – она скорчилась, восстанавливая дыхание и убирая остаточный спазм.

– Извини, – почти одновременно сказал колдун. И осторожно притянул ее к себе, принялся гладить.

Она прижалась к теплому телу, расслабляясь, обняла, ощущая, как уходит боль. Наконец чуть отодвинулась и попыталась оправдаться:

– Извини, я… – но Жорот поцеловал ее в губы, не дав договорить.

– Тш‑ш… Давай‑ка лучше попробуем, что получится. А то эта проклятая необходимость висит над душой…

– Отделаться и успокоиться? – хмыкнула женщина, старательно изгоняя мысли о собственном идиотизме. – Давай.

…Арика потянулась, перевернулась на бок. Все‑таки любовник он прекрасный. Интересно, это дело времени, наверное? Опыт, однако, – ехидно улыбнулась она про себя. И поинтересовалась:

– Связь установилась?

– Да, – отозвался колдун.

– В обоих направлениях, надеюсь?

– И полная. Извини, ты сильно обидишься, если свой знак сделаю невидимым? – задумчиво спросил Жорот. – А сверху накину иллюзию стандартного…

– В смысле, браслет? – она взглянула на мужчину. Тот показал ей левую руку, на которой красовалась ярко‑алая татуировка огненной спирали, обвивающей запястье.

Арика посмотрела на свою – запястье обвивал неширокий браслет то ли синего, то ли зеленого цвета.

– А почему они такие разные?

– Хороший вопрос. Точнее, почему от тебя я получил такой экстравагантный символ. Обычно они отличаются только рисунком. И цвета холодного спектра, а отнюдь не теплого. Так ты не ответила.

– Ты о чем?

Колдун терпеливо повторил:

– Я хочу сделать знак невидимым, а сверху накинуть иллюзию.

– Да делай что хочешь! Хоть вообще убирай. Впрочем, убирать же нельзя… – она покосилась на шею колдуна и вдруг замерла.

– Т‑ты знал, что так будет?

– Что…

– Ошейника нет – совсем! Не чувствуешь, что ли?

Колдун потер шею, сообщил с кривоватой улыбкой:

– Я и не мог почувствовать, он не ощущался. Совсем следов не осталось?

– Какие могут быть следы?

– Ну, не знаю – хоть татуировка. Внимательно посмотри.

Арика вгляделась, на лице отразилось разочарование:

– Знаешь, ты прав. Как нитка вокруг горла. Она почти не заметна, поэтому сразу и не… – голос задрожал.

– Что ты так расстроилась? – он привлек женщину к себе,

– Я безумно обрадовалась, что все кончилось – совсем, – она переглотнула, сдерживаясь, чтобы позорным образом не разреветься. – А оказалось…

– Малыш, – он то ли выдохнул, то ли рассмеялся, уткнувшись лицом в ее волосы. – Не гневи Силы, хорошо? То, что случилось… Даже не знаю, как это назвать. А ты еще недовольна… Я могу ошибаться, конечно, но, по‑моему, это, – он коснулся шеи, – только напоминание. Хочешь, давай проверим.