Алла Щедрина - Эмигрант

Регьен оказался лежащим среди мертвецов, возле одного из аэрокаров. Жорот откинул труп, освобождая тело министра, подвесил светлячок, чтобы было лучше видно. Две ножевые раны – одна в грудь, другая в область печени. Колдун приложил пальцы к шее – пульс еще прощупывался. Торопливо достал кристалл

– Ларсен! Ты где?

– Недалеко, работаю…

– Тут Регьен, еще живой. Подойди, пожалуйста. Видишь, где я?

– Вижу, вижу… С твоим, почти праздничным, фонариком…

Целитель появился очень быстро. Не прошло и пары минут, как министр пришел в себя. Колдун помог мужчине сесть, придерживая. Ларсен, сухо кивнув, ушел – работать дальше. Жорот покосился на парня, который, буквально в двух шагах, вновь склонился над раненым – почему целитель такой злой?

Регьен попытался что‑то сказать, но у него ничего не получилось. Жорот, сообразив, в чем нуждается мужчина, подал ему флягу с водой.

– Спасибо, – опустошив ее почти наполовину, безопасник ожил. – Что с ее величеством?

– Надеюсь, все в порядке. Минут двадцать назад она была жива‑здорова… Легка на помине, – пробормотал Жорот, выхватывая взглядом знакомую фигуру рядом с Саурой. К счастью, в сопровождении неизменного Варда – хоть какая‑то защита.

– Пожалуйста, помогите мне встать.

– Вам еще, как минимум, сутки отлеживаться надо, иначе раны запросто могут открыться, – предупредил колдун, – Ларсен прекрасный целитель, но отнюдь не бог.

– Помогите встать, – повторил Регьен, делая попытку подняться самостоятельно.

Но Жорот решительно удержал его на месте, окликнул:

– Ваше величество! Подойдите, пожалуйста.

Министра передернуло:

– Вы хоть какое‑то представление о субординации имеете? – обреченно поинтересовался он у Жорота.

– Обязательно, – хмыкнул колдун. – Только если цена субординации – ваша работоспособность в ближайшие дни, если не сама жизнь, ее разумно послать подальше.

– Кого это вы решили послать? – королева услышала последние слова колдуна и, похоже, приняла их на свой счет, поскольку лиц женского пола здесь было немного.

– Субординацию, – невозмутимо ответил Жорот. – Господина министра Ларсен только что вытащил с того света и ему категорически противопоказаны любые нагрузки. Как минимум, сутки, лучше – двое‑трое. Но, если бы я его не остановил, господин Регьен уже кинулся бы работать. Вопрос, сколько бы он при этом протянул.

Королева, видимо, только разглядевшая на одежде министра кровавые пятна, нахмурилась. Окинула взглядом покореженный аэрокар и валяющиеся вокруг трупы и заметила:

– Но это тоже не самое подходящее место для раненого.

Колдун встал и, оглядевшись, указал на довольно большое раздваивающееся дерево, находящееся в дюжине шагов:

– Мне кажется, там можно устроиться вполне пристойно.

Лотта согласно кивнула.

Жорот для начала проверил само дерево и окрестности в радиусе дюжины метров – мало ли, может, там какой‑нибудь недобитый бандит решил спрятаться. Потом достал из пространственного кармана спальник, кинул его рядом со стволом и перенес на него Регьена, как министр не сопротивлялся, пытаясь доказать, что он прекрасно доберется сам. На чем, впрочем, министр настоял – он не лег, а устроился полусидя, опираясь спиной о дерево.

– Ваше величество, вы решили здесь задержаться? – уточнил Жорот у королевы, которая стояла слева от Регьена, рассеяно постукивая по коре.

Лотта неопределенно отозвалась:

– Ну, сюда же нельзя будет быстро вернуться, верно?

– Почему… Пара часов работы, я сниму координаты, – за пределами антителепортационного блока, конечно. И сюда можно будет телепортироваться в течение трех суток.

– Количество перемещаемых будет ограничено? – быстро уточнила королева.

– М‑м… Если это имеет значение, то лучше не два часа, а около пяти. Я просто поставлю временный телепорт‑окно.

– Это то, что надо.

Колдун принялся за работу. Он не успел закончить приготовления – кстати, блок, как оказалось, имел форму неправильного овала, и в трех десятках метров от дороги можно было уже ставить окно‑портал – как его вновь позвали к Лотте.

Королева говорила с Саурой, и, увидев подошедшего колдуна, сообщила:

– К сожалению, с телепортом придется подождать.

Колдун вопросительно поднял бровь.

Вмешалась кошана:

– В получасе‑часе отсюда бандитский лагерь. В нем осталось человек двадцать, может, чуть больше. Я дам половину моих людей, но одни они не справятся. Поможете?

– Половина – это сколько? – уточнил колдун

– Одиннадцать человек.

– Пусть будет восемь, или даже шесть. Только выберите помоложе и не раненных…

– Что ты собираешься делать? – Ларсен подошел тихо, так, что колдун его не заметил.

Жорот не обратил на вопрос целителя никакого внимания, он продолжал говорить, обращаясь к Сауре:

– Ваши люди должны будут отвлечь бандитов…

– А тот же трюк, что здесь, вы повторить не сможете? – уточнила кошана.

– Увы. Подобные амулеты у меня по одному – обычно второй раз такие вещи не срабатывают – эффект неожиданности утерян. Так вот, если в меня начнут стрелять одновременно двадцать человек, или даже просто кинутся с ножами, никакие щиты не спасут, – он, конечно, немного преувеличивал, но лишь немного. – Поэтому подберите тех, кто поувертливее и половчее, хорошо?

– Я тоже пойду.

Колдун, нахмурившись, покосился на целителя.

– Смысл?

– Здесь я уже сделал все, что мог, – спокойно отозвался Ларсен. – А там очень даже понадоблюсь.

– Вот там ты нужен в последнюю очередь! – не выдержал Жорот.

Не хватало еще этого ненормального опекать, честное слово!

– А у тебя никто не спрашивает, – огрызнулся целитель. – К твоему сведению, в лагере еще и пленников держат, ты, что ли, им медицинскую помощь оказывать будешь?

– Каких пленников? – не сразу понял колдун.

– Женщин, – коротко сказала Лотта. – Из баронского замка.

– Ч‑черт… – Жорот устало помассировал виски. Задача становилась все менее перспективной. Но ничего не поделаешь. – Где тот, кого допрашивали?

Им оказался, конечно же, обладатель амулетов. Кстати, обездвиживание с него снять так и не попросили – даже удобней при допросе оказалось.

Колдун, который понял, что надо торопиться – еще не хватало, чтобы остатки бандитов, перерезав пленниц, сбежали, вытряс из мужчины план лагеря. На сей раз снять обездвиживание пришлось, мрачный пленник неумело нацарапал левой – оставшейся после допроса здоровой – рукой на клочке бумаги с пару дюжин квадратиков. Ткнув в один из них – побольше, – сообщил, что большинство пленниц будет здесь – что‑то вроде сарая. А когда колдун, скрупулезно заставляющий пленника все изображенное комментировать вслух – проверяя таким способом «на ложь» – потребовал хоть какие‑то ориентиры, относительно которых можно уточнить расположение этого «плана», мужчина, перечеркнув три стоящих в ряд квадратика, сказал, что это – театральные повозки.