Любовь Воронкова - Старшая сестра

– Здравствуй, здравствуй, белый преник! – Дарима улыбалась ей, блестя крупными зубами. – Подойди поближе, говорить надо!

– Что?

– Как праздник справлять будешь?

– Вчера тесто поставила! – живо сообщила Зина. – Тётя Груша пирогов напечёт.

– А в доме-то небось ничего не прибрано?

Зина замялась:

– Нет ещё… Уборщица придёт…

– Мама, мы с девочками соберёмся, – сказала Фатьма, – вымоем всё.

– Эге! Вымоете вы! – Дарима махнула своей брезентовой рукавицей. – Ты лучше скажи мне, белый преник: там в комнату меня кто-нибудь впустит?

– Там Анна Кузьминична… А ключ – на вешалке.

– Хорошо, очень хорошо! – Дарима похлопала Зину по спине. – Бегите в школу теперь. Насчёт уборки не беспокойся – всё будет чисто к празднику!

– Спасибо! – обрадовалась Зина. – Спасибо, тётя Дарима! А я вам потом тоже буду помогать снег возить!

Девочки взялись за руки, как маленькие, и побежали в школу.

В первую же перемену к Зине подошла Елена Петровна.

– Как у тебя дома? – спросила она, внимательно заглядывая ей в глаза. – Девочки ходят? Помогают?

– Ходят, – ответила Зина, – помогают всё время.

– А ёлка уже есть у вас?

– Ёлки ещё нету. Папа сегодня принесёт.

– Пойдём-ка.

Елена Петровна повела Зину в кабинет завуча, где был телефон.

– Как позвонить на завод, знаешь?

Зина сказала номер. Елена Петровна вызвала её отца.

– Андрей Никанорыч? Это учительница… Да, Елена Петровна. Вы за ёлкой не ходите. Мы сами сходим… Доставьте нам это удовольствие… Да, уверяю вас, что это для нас удовольствие!.. Ну, за что же столько благодарности?

И, положив трубку, она обернулась к Зине:

– За ёлкой вместе пойдём.

Зина радостно вскинула на неё глаза:

– С вами?

– Со мной.

Зине хотелось обнять Елену Петровну, прижаться к ней лицом, но разве она посмела бы? Она только зарумянилась и заулыбалась, с гордостью поглядывая на девочек, которые слышали этот разговор: вот видите, Елена Петровна сама пойдёт покупать им ёлку!

Когда кончились занятия и звонок прозвенел в последний раз, отпуская учителей и учеников на новогодние праздники, Елена Петровна и Зина пошли за ёлкой. Вместе с ними отправилась и Фатьма. У самой калитки школьного сада их нагнала Шура Зыбина. А если ёлка попадётся большая, то без неё и не дотащат! И обязательно захотела пойти с ними Сима Агатова. Чем больше народу, тем веселее.

Было солнечно, морозно, в воздухе сверкали искорки. Праздник уже бродил по улицам. Спешили прохожие с покупками. Несли ёлки. Проезжали гружённые ёлками машины. Магазины сверкали ёлочными украшениями. Весёлые ребятишки пробегали стайками и толпились возле витрин с игрушками…

Недалеко от вокзала, в заснеженном сквере, вырос еловый лесок. Ёлочки стояли, увязнув в сугробе или прислонившись к ограде, растопырив зелёные ветки, украшенные снегом, и каждая словно говорила: «А посмотрите-ка на меня! Вот я какая хорошенькая!»

Покупатели ходили по скверу, выбирали ёлки. Ходили и выбирали ёлку и наши друзья. Выбирали, присматривались, и всё казалось, что не эта ёлка самая лучшая, а самая лучшая, пожалуй, вон та.

Наконец Елена Петровна сказала:

– Кажется, лучше этой не найдём.

Ёлочка была небольшая, пушистая, с красивой макушкой. Заплатили деньги, вытащили ёлочку из сугроба, связали её верёвкой, чтобы не топорщилась, и понесли домой. Зина шла и улыбалась: «Вот теперь ребятишки обрадуются!»

Едва войдя в квартиру, Зина почувствовала, что праздник заглянул и в их дом. Пахло тёплыми пирогами, свежестью чисто промытых полов… И как только внесли ёлку, по всем комнатам побрёл весёлый запах леса, смолы и хвои…

Навстречу вышла Дарима, румяная, слегка растрёпанная. Она только что кончила уборку и стояла, вытирая покрасневшие от воды руки:

– Входите, входите! Всё готово! Управилась.

– Спасибо, тётечка Дарима! – сказала ей Зина.

А Дарима, увидев ёлку, радостно всплеснула руками:

– Ай-яй, и ёлочка есть!

Комната показалась Зине и просторнее и светлее, словно Дарима каким-то волшебством раздвинула и осветила её. Пол стал белым, как свечка. Коврик, вычищенный снегом, ярко пестрел голубыми и красными цветами. Полотняные чехлы на диванных подушках, выстиранные и проглаженные, сияли свежестью. Большая полотняная скатерть, с тугими складками на сгибах, лежала на столе, словно впервые выпавший снег. Цветы на окнах стали зелёными и живыми… Так вот было при маме. Будто это она вошла и прибрала у них и сделала всё, как было… На мгновение Зине показалось, что мама дома, что она здесь, что она лишь на минуту вышла в кухню, а сейчас войдёт, улыбнётся и скажет что-нибудь весёлое… Но мгновение пролетело, и Зина сжала губы от душевной боли. В комнату вместо мамы вошла тётя Дарима.

Девочки суетились, развязывали ёлку, прикидывали, куда поставить. И никто не заметил волнения Зины. Заметила только Фатьма.

– Зина, что ты? – спросила она потихоньку.

– Нет, ничего, – поспешно ответила Зина. – Мне показалось, что мама дома. А она… Не спрашивай ничего, не говори. У нас Новый год, а она… в могиле…

Голос у Зины прервался. Но, почувствовав, что ещё немножко – и слёзы хлынут из глаз, она грозно приказала себе: «Не смей!» И ещё раз: «Не смей!»

И это опять помогло.

Елена Петровна тревожно взглянула на неё, но тотчас поняла, что Зину надо отвлечь от её тяжёлых воспоминаний.

– Где у вас всегда стояла ёлка, Зина? – спросила она, будто не замечая, что у Зины глаза блестят от слёз. – У окна?

– Нет. – Зина торопливо отодвинула маленький столик. – Вот здесь, чтобы её в зеркале было видно. Тогда у нас будто две ёлки: одна здесь, а другая в зеркале.

Разыскали старую деревянную крестовину, установили ёлку. Достали со шкафа коробку с ёлочными игрушками.

– Давайте, я прикреплю звезду на верхушку, – сказала Елена Петровна. Взяла звезду и, подставив стул, влезла на него. – Вот так не криво?.. Хорошо?

Ёлка стояла вся зелёненькая, как в лесу, и только на верхушке сияла серебряная гранёная звезда.

– А теперь я, девочки, пойду домой, дома меня тоже ждут. – Елена Петровна слезла со стула и полюбовалась на звезду. – Вы поможете Зине нарядить ёлку?

– Конечно, поможем! – закричали и Сима, и Шура, и Фатьма – все сразу.

Елена Петровна улыбнулась им, нежно провела рукой по гладким белокурым волосам Зины, простилась и ушла. А вслед за ней ушла и Дарима.

– Девочки, а вот я читала «Детство Никиты», – сказала Сима, – там знаете как? Пока ёлку не нарядят, ребятишек не пускают. А потом сразу – хлоп! – двери настежь. Ребятишки входят, а ёлка уже вся наряженная и в огнях! Давайте и мы так сделаем, пока их нет дома!

Девочки весело согласились:

– Давайте!

– А вдруг Антон сейчас возьмёт да придёт со двора? – сказала Сима.