Герман Матвеев - Новый директор

— В чем же дело?

— В системе образования! Подумать только… тысяча девятьсот пятьдесят пятый год, а в школе по-прежнему старые методы и формы работы. Некоторые считают эти старые формы работы испытанными и проверенными. Неверно считают, по привычке! А кроме того, они не знают и не хотят знать других форм… Кто это пришел? — спросил Константин Семенович, заметив красивую стройную женщину с молодым человеком.

— Сама Ирина Дементьевна пожаловала! — объявил Аким Захарович, взглянув в окно.

— А юноша?

— Игорь Уваров. Сын знаменитого отца. Интересный паренек! Умный, очень развитой, но избалованный и, как мне кажется, хитрый.

— Н-да… — задумчиво произнес Константин Семенович. — Вот она где, настоящая трудность!.. А как к нему ребята относятся? Он пользуется среди них влиянием?

— Кроме трех или четырех приятелей. Остальные его почему-то недолюбливают, — подумав, ответил учитель. — Их ведь не обманешь улыбками. Разве только девочек.

— Сюда идут.

— Раньше времени пришла. Беспокоится. Ну, держись, Константин Семенович. С ней надо быть большим дипломатом.

Ирина Дементьевна, сдержанно отвечая на приветствия детей, прошла в школу. Игорь остался на улице. Поднявшись на второй этаж и услышав звонкий голос Ксении Федоровны, завуч направилась в актовый зал.

Небольшая комната слева от сцены, где обычно переодевались и гримировались драмкружковцы, была открыта, и туда из методического кабинета юннаты переносили учебные пособия.

— Ирина Дементьевна, здравствуйте! — вызывающе блестя глазами, очками и всем своим видом, поздоровалась естественница.

— Что это за переселение? — спросила завуч.

— Переселяемся… Дождались наконец! Получили подходящую комнату для работы.

— А методический кабинет?

— Закрывается за ненадобностью… Давно пора! — с подчеркнутым злорадством сказала Ксения Федоровна и, увидев рыжего мальчишку, тащившего большую кипу папок, побежала наперерез. — Максим! Не сюда, не сюда, Максим! Это вниз, в библиотеку!

— А там закрыто.

— Положи пока на скамейку, около двери.

Минуты две Ирина Дементьевна молча наблюдала за переселением. Над головой раздавался грохот передвигаемой мебели. Там, на третьем этаже, тоже происходило что-то неизвестное и без ее разрешения. В душе молодой женщины рождались обида, неприязнь и даже враждебное чувство к новому директору. «Как он смел так бесцеремонно, неделикатно, не посоветовавшись с ближайшими своими помощниками, начать такую ломку? — думала она. — Привык в милиции…»

— Не троньте, девочки! Вам тяжело! — кричала Ксения Федоровна. — Надо позвать старших мальчиков. Инна, сбегай вниз!

«С какой стати он отдал методический кабинет биологам… Распоряжается, как диктатор».

— Инна! — остановила завуч пробегавшую мимо девочку. — Что это за грохот наверху?

— А там художественную мастерскую устраивают!

«Это что еще за новости! Художественная мастерская! В средней школе!»

Возмущенная и взволнованная, направилась завуч к лестнице, но, увидев поднимавшегося учителя рисования, отвернулась к окну и сделала вид, что не заметила его. Ей не хотелось встречаться и говорить с этим странным человеком, пока не прояснится ее положение. В голову пришла тревожная мысль: «А что, если и она, как Острова, в связи с приходом нового директора будет уволена? Может быть, он потому и не считал нужным предварительно разговаривать с ней».

Встреча с новым директором произошла в вестибюле. Опираясь на палку, он торопливо шел навстречу завучу:

— Ирина Дементьевна?

— Да.

— Очень рад! Мне только что сказали о вашем приходе. Очень, очень рад! — приветливо говорил директор, осторожно пожимая руку. — Обо мне вы тоже наверно слышали немало и знаете, что зовут меня Константин Семенович, а по фамилии я Горюнов. Пойдемте ко мне. Вначале я не хотел портить вам отпуск, но столкнулся с такими вопросами, которые без завуча трудно решить. Очень хорошо, что вы пришли!

Ирина Дементьевна искоса поглядывала на директора, пытаясь угадать, что скрывается за этим приветливым, почти дружеским началом. В том, что тон его, улыбка и даже радостный блеск в глазах были неискренни, она не сомневалась.

— Несмотря на свою молодость, вы, говорят, прекрасно справляетесь с обязанностями завуча, — говорил Константин Семенович, распахивая дверь своего кабинета. — Это прекрасная рекомендация. Садитесь, пожалуйста, где вам нравится. У нас будет серьезный разговор.

— Уже серьезный? — с вежливой улыбкой спросила она.

— Да. Я говорю о себе. Для меня этот разговор серьезный. Очень серьезный! — еще раз повторил Константин Семенович, приглаживая рукой волосы — И, честно говоря, я несколько волнуюсь… Мы сейчас должны с вами решить несколько важных вопросов. Первый вопрос… Будем ли мы вместе работать, или вам предложат другое место и даже с повышением?

— Такой вопрос вы можете решить и без меня, — чуть побледнев, проговорила Ирина Дементьевна. — Да, пожалуй, в какой-то степени, вы его уже и решили…

— Вот, вот, — с горькой усмешкой сказал директор. — Меня предупредили, что для разговора с вами нужно быть хорошим дипломатом. А я, к сожалению, не дипломат… Хотя и умею читать между строчек. Школа не ООН. Здесь всё должно строиться на взаимном доверии, честности и убежденности. Вы согласны?

— Согласна.

— Тогда давайте с первых же шагов отбросим задние мысли и будем говорить прямо… Конечно, решать буду я. И вы не ошиблись: внутренне решение в какой-то степени у меня созрело. Хотите его знать?

— Да.

— Я бы очень хотел с вами работать.

— Почему?

— Потому что вы умная женщина. Это общепризнанно и видно по всему. Борису Михайловичу я уже сказал, что лучше с умным потерять, чем с дураком найти. Вы согласны с пословицей?

— Принципиально — да, — с чуть заметной улыбкой ответила завуч.

— А теперь слово за вами. Но, пожалуйста, не торопитесь. Сначала нужно всё выяснить… А может быть, мы говорим на разных педагогических языках. Ирина Дементьевна, вы давно работаете завучем?

— Пятый год.

— Вы довольны существующим положением в школе?

— Не всегда.

— А точнее?

— Точнее я могу ответить, когда вы спросите более конкретно.

— Вторая смена…

— Это плохо!

— Мы ее ликвидируем.

— Как?

— Среднюю школу с пятого класса переведем на кабинетную систему. Я как раз до вашего прихода сидел и голову ломал. Видите? — старое ваше расписание и план школы. Не могу понять, сколько нужно кабинетов по математике. Три или четыре? Затем такой вопрос… шестые уроки.

— Что шестые уроки? — не поняла Ирина Дементьевна.

— Вы считаете, что шестые уроки — это нормально или это перегрузка для учащихся?