Дмитрий Емец - Таня Гроттер и колодец Посейдона
- Название:Таня Гроттер и колодец Посейдона
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2007
- Город:М.
- ISBN:978-5-699-08540-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Емец - Таня Гроттер и колодец Посейдона краткое содержание
Тибидохс продолжал жить, хотя это уже был не тот Тибидохс… Многим не хватало командных рыков Поклепа и рассеянного взгляда академика Сарданапала. Не хватало Ягге, без которой опустел магпункт. Не хватало сочного баса Тарараха и запуков великой Зуби. Вместо рыжеволосой Меди нежитеведение у младших курсов вела теперь Недолеченная Дама. А все потому, что преподаватели исчезли. В Тибидохсе не осталось ни одного взрослого мага. Это напрямую было связано с колодцем Посейдона. Несколько столетий он накапливал силы в глубинах Тартара, чтобы вновь выплеснуть их. И вот колодец проснулся… Теперь старшекурсникам предстояло все делать самим. Самим преподавать, самим следить за малышами, самим готовиться к матчу-реваншу с командой невидимок. И самим найти способ вернуть преподавателей…
Таня Гроттер и колодец Посейдона - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Катька, что ты лежишь-болеешь, костями белеешь? Может, стаканчик яду, а? Скорее покидай свое бренное тело и летай вместе с нами!
После третьей такой выходки наэфиренный до бровей поручик достал Ягуна, и тот дрыгнул-брыгнул его из магпункта вместе с джиннами, оставив только его супругу, Недолеченную Даму, кое-что понимавшую в лечении.
– В мое время, чтобы заниматься медициной, не нужен был диплом. Достаточно было иметь крепкие нервы и немного желания. Когда наш замок осаждали, я лично сделала десяток трепанаций и с полсотни ампутаций… К сожалению, никто из моих пациентов не выжил, чтобы сказать мне большое человеческое спасибо, – вспоминала Дама.
Не слишком надеясь на такую помощницу, Ягун бегал по магпункту и поочередно хватался за бабусины мешочки и пузырьки, сердясь на Ягге, что она не вела никаких записей. Он даже вытащил из постели Ваньку Валялкина, который понимал в медицине чуть больше – как-никак специализировался на ветеринарной магии.
– Ягун, перестань на меня давить! Я не умею лечить людей! – отбивался Валялкин.
– Хорошо, представь, что Катя не человек… Как бы ты ее лечил, если бы она была, ну, скажем, собакой? – напирал Ягун.
– Я бы первом делом пощупал ей нос и, убедившись, что он влажный, перестал бы гнать волну, – зевая, сказал Валялкин.
Он еще с вечера убедился, что состояние Кати хотя и тяжелое, но стабильное, и особенно не переживал. Заварив укрепляющие травы, он велел Ягуну поить Лоткову через каждые два часа и здесь же, в магпункте, за ширмой, стал укладываться спать.
– Эй, как ее поить, чайной ложкой? – крикнул Ягун.
– Да хоть поварешкой… Только не буди ее и меня тоже! – взмолился Ванька.
И вот теперь все прощались на стенах.
Кэрилин Курло и Демьян Горьянов, взявшись за руки, стояли в стороне, у зубца. Вокруг них была мертвая зона – метров в десять, которую никто не решался нарушить. Курло и Горьянов нежно смотрели друг на друга, а внизу, под стеной, пузырился и кипел тинистый ров.
Ягун смотрел на них и качал головой.
– Родственные души, мамочка моя бабуся… Вчера на матче поцапались, а теперь водой не разольешь… Если когда-нибудь у них будет чадик, Мефодию Буслаеву придется уйти на пенсию. Повелителем мрака ему явно не быть. Профи вытесняют дилетантов, – буркнул Ягун.
Тренер невидимок что-то крикнул. Все поспешно стали рассаживаться по метлам. Грызиана, которой взбрело в голову прошвырнуться в Магфорд, забралась в свою запряженную гарпиями карету, посадив с собой Джейн Петушкофф и тетю Настурцию. Оператору и гримеру не хватило места, и их сослали на запятки.
Тетя Настурция восхищенно разглядывала золоченую карету Грызианы.
– Вы, русские, загадочный народ! У вас нет денег, но вы ездите в таких роскошных экипажах! У нас, англичан, деньги есть, но мы тратим их только на овсянку! Наши деньги лежат в банках, – сказала она.
– У нас в стране нет таких больших банок. Жить надо весело, а умирать шумно, – сказала Грызиана и свистнула кучеру.
Кучер привстал на козлах и щелкнул длинным кнутом.
– Ну, милые! Ну, залетные! Гони, язви вас в душу! – с надрывом крикнул он на гарпий.
Золотая карета, как в перину, нырнула в кучевое облако. За ней потащились невидимки в одинаковых плащах и угрюмо полетел Кенг-Кинг, у которого после одурительного мяча трещала голова.
Проводив невидимок, Баб-Ягун, Ванька, Таня, Пипа, Гробыня, Ритка Шито-Крыто и еще с полдюжины старшекурсников отправились в кабинет Сарданапала. Предмет разговора прорисовывался неопределенно, однако потребность в обсуждении существовала. А потребность, как известно, рождает возможность, а возможность – желание, а желание – аппетит, а аппетит приходит во время еды, а еда – это потребность. В общем, замкнутый круг.
Нырнув в низкую дверцу, ведущую со стен в Большую Башню, они долго поднимались по винтовой лестнице. Впереди, с достоинством покашливая, витал Ржевский и нес всякую ахинею, не столько скрашивая, сколько распыляя досуг.
Таня едва сдерживалась, чтобы не дрыгнуть поручика, который вздумал ни с того ни с сего провозгласить, что Глеб Бейбарсов роковой мужчина и что он, Ржевский, собирается завести себе такую же бамбуковую тросточку. Ванька, слушая эти разговоры, желтел, синел, зеленел, а под конец, устав менять цвета, утвердился на благородной бледности. Наконец Тане удалось отослать Ржевского за Безглазым Ужасом, блуждавшим в подвалах.
Ягун толкнул дверь кабинета академика и, потрясенный, замер на пороге.
Тетя Настурция провела здесь всего две ночи, однако за это время строгий кабинет академика ухитрился приобрести очертания женской спальни. В воздухе витал запах магических духов «Мамона». Посреди кабинета красовалась складная походная ширма с цветочками. Страдавшая манией преследования тетя Настурция была убеждена, что в жуткой России за ней обязательно станут следить бородатые мужики в красных рубахах, и собиралась прятаться от них за ширмой. Когда мужиков в рубахах на Буяне не оказалось, тетя Настурция испытала смутное разочарование.
Клетка, в которой академик хранил самые опасные черномагические книги из своей коллекции, была по забывчивости оставлена открытой. Изголодавшиеся книги, которые тетя Настурция, разумеется, и не думала кормить, вырвались наружу и разодрали в клочья мемуары некоего У. Мертвечилова, где он описывал свои загробные странствия.
Прикормив черномагические книги сырым мясом и заманив их назад в клетку, Таня подошла к книжному шкафу. Пол рядом со шкафом был осыпан осколками стекла. На кожаных переплетах вспыхивали золотые буквы: «Тайны вуду», «Моральный аспект аморальной магии», «Дурацкое беспокойство как первичная энергия бытия», «Нераскрытые магические убийства XI–XIX вв.».Книги беспокоились, сгущая и без того неблагополучную ауру. «Справочник практикующего некромага»даже вытянул белую призрачную руку, пытаясь притянуть Таню к себе.
Таня покачала головой. Она замечала, что на нее особенно реагируют почему-то именно книги по темной магии. Книги же по светлой магии к ней довольно равнодушны. «Ничего себе дела! Они вообще в курсе, что я на белом отделении?» – подумала она рассеянно.
– Смотрите-ка, что нам на чай оставили! Типа: гуляй и ни в чем себе не отказывай! – умилилась Склепова, обнаружив посреди стола монетку достоинством в одну дырку от бублика.
– Не дотрагивайтесь! Не вздумайте ее трогать! – закричал Семь-Пень-Дыр. Он взял монетку пинцетом и аккуратно завернул в бумажку.
– Думаешь, она проклятая? – спросила Шито-Крыто.
– Не-а, вряд ли… – невнятно проворчал Дыр, пряча бумажку с монетой в карман.
Скорее всего, Пень надеялся использовать одно из высших заклинаний контактной магии и, наладив мост, монетку за монеткой вытянуть из тети Настурции все ее капиталы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: