StEll Ir - Планета Эстей

Не дождавшись, когда бабушка погасит свет в янтарных окошках спальных покоев, Русалочка и Чиполлино неслись уже к местам описанным вольной русалкой. Русалочка лишь успела сменить свой серебряный хвостик на стройные ножки, об одежде же она даже и не подумала. Всю ночь плыли они на зюйд-зюйд-вест и лишь под самое утро круто взяли на ост и оказались в той самой лагуне. Дворец действительно был очень красив. Стены внизу, утопавшие в зарослях сирени и в низкой полосе утреннего тумана, чуть серебрились сквозь окутывавшую их сиреневую пелену, а высокие окна играли с солнечными лучами своими широко распахнувшимися зеркальными проёмами, разбивая яркие утренние лучи в осколки крошечных радуг.

Принца пока видно не было, и Русалочка с Чиполлино устремились на берег. Сердце Русалочки замирало от радости. Чиполлино уже барахтался рядом с ней в прибрежных водах и, смеясь, старался поцеловать её в pussy. Но тут ещё одно коварство судьбы подкралось и прилегло на морском бережку, приветливо распахивая объятия выходящей из моря любви. Они прошли всего несколько шагов по сухой полосе.

– Ах! – Русалочка упала неожиданно и забилась появляющимся у неё вместо ножек серебряным хвостиком по морскому песку.

Чиполлино бросился к любимой: «Ты что, Русалочка? Вставай! Ой, откуда у тебя тут наш хвостик?». Набежавшая стремительная волна взбрызнула так высоко, что оставила две морские капельки под самыми синими глазками Русалочки.

– Я совсем забыла, малыш мой… – тихо, как обычно в последние дни, произнесла Русалочка, и от этой тишины у Чиполлино всё задрожало внутри, и он сразу лизнул её в морские капельки. – Я совсем забыла… Сила Врат Ала заканчивается за пределами Сейлорлэнда… Я никогда не смогу выйти из моря и пойти, как ходят люди, на ножках! На суше я всегда буду полурыбкой…

Русалочка прижала к груди пернатую голову Чиполлино, а тот толкал её уже лобиком в воду: «Пошли отсюда! Ну их… с их сушей… Я тебе его к нам приведу… Пусть себе тонет, если хочет!»

С этого дня пребывание их в Сиреневой лагуне стало почти постоянным. И если другие русалки никогда не отваживались даже близко подплывать к песчаным морским берегам из опасения быть выброшенными морем далеко от воды, то Русалочка, забывая о всех возможных опасениях не только держалась всё время в прибрежной полосе, но и вместе с Чиполлино заплывала в узкие каналы земного дворца, которые вели к прозрачным голубым бассейнам, и по которым то и дело сновали небольшие украшенные цветами лодчонки людей. Сказочного принца они увидели в вечер первого же дня.

Сказочный принц сидел на прекрасной, украшенной цветами и китайскими фонариками гондоле, и дрочил на симпатичную юную девушку, которая раскинулась перед ним на носу лодки, опустив обе босые ножки через невысокие борта в прохладную воду. Тонкий шёлк платий девушки был раскрыт до самого её обворожительного пупка, и принц под волшебные мелодии заворожёно предавался любовному созерцанию. Ах, как захотелось Русалочке от укрывавшей их с Чиполлино тени берега скорее, скорее туда... Но Русалочка лишь прикусила нижнюю губку и её тонкие брови сами собой выгнулись в страдальческую дугу. «Поплыли, поплыли скорей! Вот же он!», Чиполлино чуть кубарем не упал с низкого каменного парапета, на котором он до этого беззаботно болтал ножками. «Нет! Нет…», на Русалочку жалко было смотреть, «А вдруг он испугается? Люди никогда не видят нас, кроме разве что бывалых моряков. Его может только расстроить мой хвостик…». «А если не испугается?», Чиполлино был сердит на себя: он не мог убедить Русалочку, «И чего это его расстроит твой хвостик! Он у тебя такой красивый… Я, вот, ни капельки не расстроился, когда в тебя влюблялся!». «Правда?». «Конечно! Хотя я-то, вообще, не совсем человек, я мальчик-луковка…», Чиполлино задумался на мгновение, пытаясь сообразить в лучшую или в худшую сторону это его отличает от людей, и как это может отразиться на действительной встрече принцем девушки с рыбьим хвостом. Кончилось всё тем, что Русалочка и Чиполлино так и не решились показаться на глаза сказочному принцу, а просто подплыли под водой к его прекрасной гондоле и поиграли с босыми ножками девушки, сидевшей на носу. Нежные лапки были погружены в воду выше, чем по щиколотку, и девушке казалось, что это ласковые волны играют с ними. Русалочка гладила полупрозрачную ступню и легко прижималась к ней щёчкой, а Чиполлино целовался с тонкими пальчиками по очереди. Девушка смеялась от этой лёгкой щекотки так, что сказочный принц не удержался на волне устоявшегося созерцания и кончил. А под брызги воды за веслом гондольеров и под тёплые брызги млечного салюта принца, попавшие на её раскрытую раковину, неожиданно кончила и девушка, почувствовав, как по её голым ножкам вверх от воды побежала и охватила всё тело горячая стремительная дрожь…

Часто плескалась Русалочка днями в хрустальных водах земных речек и ручейков. Ей нравилось на земле всё больше и больше. Она любила незамеченной подбираться к бивакам рыбаков и слушать их такие же бесконечные и интересные, как бабушкины сказки, рассказы и истории, среди которых иногда можно было услышать что-нибудь и о вожделенном её сказочном принце. А Чиполлино нравилось играть с ней, когда она будто отсутствовала в завораживающей её неге, оставляя ему лишь своё прекрасное нежное тело. В один из занимающихся вечеров они подплыли слишком близко…

Разложенный костёр трёх рыбаков лишь разыгрывался языками горячего пламени, а расположившиеся вокруг люди были уже увлечены своей негромкой беседой. Речь шла о принце, и Русалочка, чтобы лучше слышать покинула надёжное укрытие камышей и тихо плескала в волнении хвостиком чуть ли не у самого берега лесного ручейка.

– …люди врут, дядя Кадеш! Не может такого быть, чтобы ради Трёхдневной любви принц отказался от половины королевства, – говорил самый молодой рыбак пожилому усатому Кадешу, раскуривавшему свою трубку. – Ну подумай сам: ты бы вот согласился отдать полстраны за праздник, в котором-то сам и участвуешь не каждый раз? Я, наверное бы, не отдал…

– Вот потому, Антий… – старый Кадеш растянул, наконец, свой походный чубук и, пыхнув в усы, блаженно зажмурил глаза, – ты и не принц… А принц, он отдал. Верно тебе говорю. Полкоролевства и ещё один замок в придачу, чтобы не продешевить. Да ведь и справедливость осталась за ним: отдавал-отдавал, а на другой год женился на дочери того короля, так что теперь не очень-то и разберёшь, где чья половина…

– Это он может! – засмеялся вихрастый Антий. – Ему жениться, как за водой моей маме сходить: сколько ни ходит, всегда назад с полными вёдрами. Как ни влюбится, так и свадьба сразу на всё королевство!