Даниил Перельман - ДРЕВНЕЕ ЗЕРКАЛО

Сказав эти стихи, девушка пошла назад к дому и, проходя мимо приемной, неожиданно увидела Сунь Цюэ. В испуге и смущении она бросилась прочь и через мгновенье скрылась за дверями.

Вышла служанка и спросила:

– Кто вы и зачем пришли сюда на ночь глядя?

Сунь Цюэ сказал, что он приезжий и хотел бы снять здесь комнату.

– Мне так неловко, что я ворвался к вам, – добавил он. – Надеюсь, вы передадите барышне мои извинения.

Служанка сообщила об этом своей хозяйке. Молодая девушка сказала:

– Раз уж я предстала перед господином в таком затрапезном виде, простоволосой и без всяких украшений, к чему теперь прятаться! Попроси его подождать в зале, я немного приоденусь и выйду.

Когда Сунь Цюэ, очарованный красотой девушки, узнал, что она хочет повидать его, радости его не было границ.

– Кто эта барышня? – спросил он служанку.

– Это дочь уездного начальника Юаня. В раннем детстве она осиротела и осталась одна на свете. С ней здесь только мы – слуги. Думает она выйти замуж, да все нет подходящего жениха.

Через несколько минут вошла девушка. Принарядившись, она стала еще прелестнее, чем раньше. Приказав служанке подать чай и сладкие блюда, она ласково сказала гостю:

– Если вам, господин, негде жить, можете перевезти свои вещи сюда и поселиться у нас. – И добавила, указывая на служанку: – А если вам что-нибудь понадобится, скажите ей, – все будет сделано.

Сунь Цюэ был вне себя от счастья. Жены у него не было, а девушка так пленила его своей красотой, что он тут же прислал к ней сваху. Девушка с радостью согласилась, и вскоре они стали мужем и женой.

Дом Юань был очень богатый: золото, деньги, дорогие ткани – всего и не счесть. Сунь Цюэ жил прежде в бедности, а тут вдруг у него появились роскошные экипажи, превосходные скакуны, прекрасные одежды и редкая утварь. Это очень удивило его родных и друзей. Они стали приходить к нему с расспросами, но он никому не рассказал о том, что с ним случилось.

Сунь Цюэ был человеком гордым; он решил больше не сдавать экзаменов, не искать славы и почестей, а жить в свое удовольствие. Он пил, веселился – и прожил так три или четыре года, не выезжая из Лояна.

Как-то раз повстречал он своего двоюродного брата Чжан Сянь-юня – чиновника в отставке. Сунь Цюэ сказал ему:

– Мы так давно не виделись, и мне хочется поговорить с тобой. Приходи ко мне, проведем с тобой время до утра в дружеской беседе.

Чжан Сянь-юнь согласился и пришел в условленное время. Ночью, когда они уже собирались ложиться спать, Чжан Сянь-юнь взял Сунь Цюэ за руку и шепотом сказал:

– Я был учеником знаменитого даосского наставника и кое-чему от него научился. Судя по твоим словам, поведению, даже по лицу твоему, тебя обольстил бес-оборотень. Прошу, расскажи мне все, что с тобой произошло, ничего не скрывая, даже самого малого; иначе ждет тебя большая беда!

– Ничего со мной не случилось, – успокаивал его Сунь Цюэ.

– Видишь ли, – продолжал Чжан Сянь-юнь, – в людях преобладает сила света «Ян», а в бесах – темное начало «Инь». Если «духовное начало» человека одерживает верх над его «животной душой», то человек этот живет вечно; если побеждает «животная душа», то человек умирает. У бесов нет тела – они целиком состоят из темного начала, а у бессмертных нет тени – они целиком состоят из светлого начала. Свет или тьма победили, «духовное» или «животное» начало выиграло сражение – написано на лице человека. Глядя на тебя, я вижу, что силы тьмы победили силу света, бесовские чары овладели твоим сердцем. Жизненный дух уже на исходе, разум и чувства твои угасают, в лице нет ни кровинки, животворные соки истощены, корень бытия подточен. Кости твои скоро иссохнут. Ясно, что ты стал жертвой бесовского наваждения. Почему ты таишься от меня и не хочешь рассказать всей правды?

Сунь Цюэ был сильно испуган. Он рассказал Чжан Сянь-юню о своей жене Юань, и брат вскочил в волнении:

– В ней-то все дело! Иначе и быть не может!

– Но что в ней такого необычного, не понимаю! – задумался Сунь Цюэ.

– А разве тебя не изумляет, что из всего рода Юань осталась в живых только она одна? – сказал Чжан Сянь-юнь. – И удивительный ум ее и необыкновенные таланты – разве все это присуще обычной женщине?

– Весь свой век я бедствовал, – вздохнул Сунь Цюэ, – жил в нищете и нужде. Только после женитьбы встал на ноги. Можно ли забыть все то, что она для меня сделала! Как же мне быть?

Чжан Сянь-юнь рассердился:

– Тут с людьми не знаешь, как себя вести, а ты беспокоишься о всякой нечисти! В «Цзочжуани» {138}сказано: «Люди сами приманивают к себе или прогоняют от себя нечистую силу». Если в человеке нет червоточины, то нечисти ни за что с ним не совладать. И потом, суди сам, что важнее – чувство благодарности или твое здоровье? Ныне ты в опасности, так чего же думать о долге совести, и по отношению к кому? К нечистой силе? Даже малый ребенок это поймет, а ты ведь, как-никак, взрослый человек. Вот что, слушай! У меня есть волшебный меч, которым можно сразить нечистого духа. При одном взгляде на него всякая нечисть обращается в бегство, и я не раз прибегал к его помощи. Завтра утром я дам тебе этот меч. Ты войдешь с ним в покои твоей жены. Вот увидишь, насмерть перепугается. Так же было когда-то со служанкой Ин-у {139}, когда она взглянула в волшебное зеркало Ван Ду. Иначе тебе не победить бесовского наваждения.

На другой день Чжан Сянь-юнь вручил драгоценный меч Сунь Цюэ и, прощаясь, крепко сжал его руку.

– Выжди подходящий момент! – сказал он.

Сунь Цюэ взял меч и спрятался в спальне жены, но на сердце у него было очень неспокойно.

Внезапно Юань проснулась. В гневе обрушилась она на Сунь Цюэ с упреками:

– Я спасла тебя от нищеты, жизнь твоя течет в спокойствии и довольстве. А ты забыл о благодарности и задумал недоброе! Даже псы погнушаются такой падалью, как ты. Да разве тебе место среди людей?

Сунь Цюэ был пристыжен и испуган. Понурив голову, он сказал:

– Меня подучил мой двоюродный брат. Разве сам я посмел бы? Плакать мне кровавыми слезами, если я когда-либо задумаю что-то против тебя. – И он, рыдая, бросился перед женой на колени.

Выхватив меч, Юань изломала его на куски с такой легкостью, словно это был стебель лотоса.

Сунь Цюэ перепугался и хотел было бежать, но Юань засмеялась:

– Вместо того чтобы научить тебя тому, как должен вести себя благородный человек, этот подлец Чжан Сянь-юнь решил сделать из тебя негодяя. Когда он придет сюда, надо будет хорошенько проучить его. Я знаю твое сердце, ты ведь не такой, как он, ты не мог меня убить. Мы с тобой прожили несколько счастливых лет, как же ты во мне усомнился?

Сунь Цюэ понемногу успокоился.

Через несколько дней он вновь повстречал Чжан Сянь-юня.