Федор Хруст - Чегуру

– Сейчас, минуточку… В основном общая ерунда, погода на завтра, задачки по информатике, но есть и смешные вопросы.

– Зачитывай уже! – хором сказали мы.

Димас огляделся, проверяя чтобы на горизонте не было никого из учителей и проговорил голосом диктора:

«Почему дети на перемене фотографируют зеркала?»

«Почему все ученики смеются, когда я говорю квадратный трехчлен?»

«Как доказать ученикам что алгебра нужна в жизни?»

«Почему дети в «А» классе не понимают, что класс «Б» лучше?!»

«Как правдоподобно объяснить детям, что я не ошиблась в уравнении, а проверяла их внимательность?»

«Окей гугл, почему когда с первой парты ученик говорит «а вы забыли про дз» дети начинают кидать в него портфели и нести топор?»

«Почему мои ученицы говорят, что они свинки Пеппы и хрюкают на всех уроках?»

Мы дружно посмеялись от души, пока Димас зачитывал вопросы наших учителей. Я всегда воспринимал учителей как роботов, которые живут только по уставу, делают все по правилам, знают только то, что сами и преподают на уроках и ничего более. А тут оказывается, у них есть свои мысли, отличные от правил русского языка и таблицы умножения. Они вполне могут оказаться нормальными людьми – эта мысль меня напугала, я запихал ее подальше в темные уголки подсознания.

– Наверное, это математичка Эльвира Петровна гуглила в учительской, – предложил Шива. – Это в ее стиле.

– Точняк! – согласился Дрон.

– И много там вопросов? – поинтересовался я у Димаса.

– За день может накопиться достаточно много, у меня все записывается в файлик, буду дома разбирать.

– Офигенная тема! Ты, короче, отбирай самые ржачные в отдельный файлик, будем угорать на уроках.

– Хорошо, – согласился Димас.

И самое главное, мы можем установить приложение в браузеры одноклассниц и страшеков? – спросил я.

Димас кивнул:

– Да. Только я не знаю, под каким предлогом можно добраться до их компьютеров.

– Что–нибудь придумаем, – сказал я, потирая ладони. – Главное, что тема работает.

Димас обратился ко всем:

– Включите вай–фай, я вам скину установочный файлик, его установите на компе, позже можно будет смотреть историю запросов через программу, когда все доделаю.

Дрон почесал затылок и наморщил лоб.

– Боюсь, для меня это будет проблема. Вы же знаете, как я сохраняю файлы? Нажимаю кнопку «выключения», комп спрашивает меня «сохранить ли файл?», я жмякаю «да», файл сохраняется и копм вырубается, а куда сохраняется – фиг его знает.

– Зарулим к тебе вечером, я тебе сам сохраню, – предложил я.

Дрон кивнул:

– Лады, часам в шести подтягивайтесь.

– А чего так поздно? – возмутился Шива. – Давай, через час.

– Я сегодня хочу на велике погонять.

– Ты каждый день на нем гоняешь!

Дрон ответил победно:

– И что… Был бы у тебя велик за сто пятьдесят штук, ты бы не только каждый день на нем ездил, но и в кровать его укладывал на ночь и пел ему колыбельную!

Пару лет назад Дрону на почте вместо сдачи дали лотерейный билетик, и он оказался выигрышным. Приз – велосипед, доставляли из Москвы! Про этот случай даже писали в нашей городской газете «Вечерний город», а Дрон с тех пор не расставался с горником уже как второй год, поговаривают, что он однажды на велике обогнал скутер. Кататься нам давал, только под присмотром, сам бегал рядом и придерживал за руль, но меньше всех он давал кататься Шиве. Говорил, что у него короткий рост, он может упасть, не дотянувшись до педалей, за это Шива часто троллил его, выискивал разные истории и цитаты против велосипедистов.

Знаешь, что? – так обычно начинал спрашивать Шива, перед очередным приколом. – Велосипедист – это разорение для страны. Велосепидисты ведут здоровый образ жизни и не тратят деньги на проезд, не покупают бензин, а некоторые даже свои автомобили продают, живут без кредитов и не записываются в фитнес клубы. Это сказывается на ВВП.

Ты просто не понимаешь, что велик стоит даже дороже джипа! – важно сказал Дрон.

Это как так? – удивились мы.

Вот, смотрите. Хороший джипарь стоит сто тысяч долларов и весит две с половиной тонны, получается один килограмм джипа стоит сорок долларов. А мой велик стоит две тысячи долларов и весит шесть килограмм, получается один килограмм велика стоит болье трехсот долларов, а это в семь раз дороже.

Фига себе, – сказал я.

Да ну, тут что-то не так, – сказал Шива и потер подбородок.

– Если ты когда–нибудь перестанешь меня троллить, я покатаю тебя на багажнике, – ответил с усмешкой Дрон. – Ты понимаешь к чему я клоню?

Шива скрестил руки на груди и ответил важно:

– Я тебе вот что скажу. Хорошо, что я не достаю до педалей и катаюсь стоя! Британские ученый уже давно провели исследования в которых доказали, что велосипедные сиденья наносят вред здоровью. Все дело в том, что во время езды вся масса тела давит на ягодицы, а это негативно сказывается на главном мужском органе. Ты понимаешь к чему я клоню?

– К сожалению, косоглазый сударь, я не могу поверить ни одному твоему слову, пха–ха–ха!

Шива внезапно проверил время на смартфоне и торжественно заявил:

– Извините, мне пора. Дома никого нет, и я не хочу это пропустить! Созвонимся ближе к мероприятию.

Это послужило катализатором к закруглению общения, на горизонте показался мой автобус. Димасу было со мной по пути, Дрон потопал вдоль аллеи. Договорились созвониться перед стрелкой за час и заглянуть к Дрону. К тому моменту, когда подъехал автобус, на остановке появилась целая толпа людей, от школьников до бабушек с котомками. Откуда они все появились? С боевым криком малышня побежала штурмовать двери автобуса, путь им преграждали те, кто хотел выйти на этой остановке. Пятеро выходящих героев, против тридцати смельчаков, которые хотят прорваться в этот узкий тоннель и захватить свободные территории седлушек внутри. Выходящие из автобуса ринулись наружу и с криками «это спарта!» заработали локтями, выдавливая наступающих за периметр автобуса. Впереди пробивалась полноватая тетка, расталкивая всех сумками, словно дубинками, она шла напролом, за ней поспевали два мужичка, волна за волной они отбрасывали наступающих школьников. Школота почуяла вкус крови и поднажала, замыкая кольцо вокруг остановки. В итоге противостояния четверым удалось прорваться, один остался лежать на ступеньках автобуса, весь помятый и раздавленный со следами детских ботинок на куртке. Это был какой–то парнишка из второй смены. Если такой хиляк, надо было вылазить через окно… Мы с Димасом зашли последними, пробились к окну и посильнее ухватились за перекладину, заменяющую ручку. Водитель автобуса стартанул с места, сжигая покрышки, за стеклом замелькали деревья и решетки на окнах школьных кабинетов на первом этаже. Интересно, во всех школах на первых этажах решетки или это только в нашей такие буйные дети?