Сергей Самаров - Авторский выстрел

– Вернемся к делам, – сказал вдруг Костромин серьезно.

Все сразу подтянулись. Сели прямее.

– Итак, я собирался ввести Сашу в курс дела только завтра, когда мы подготовим документы, но раз уже прибыли его помощники, оттягивать ввод в идущую операцию нет смысла. Итак, прошу внимания. Я даже прошу пригласить сюда Александру. Непосредственное участие в оперативных действиях она принимать не будет, но вынуждена будет выполнять функции связующего звена. Саша!

– Саня! – позвал и Басаргин.

Она вышла сразу со стулом.

– Все равно ей там все слышно... – развел руками Костромин в ответ на взгляд Тобако.

Саша присела к столу, поигрывая в пальцах угольным карандашом, который так и не выпустила из рук.

– Я продолжаю. Даю вводную, с которой два участника операции из здесь присутствующих уже знакомы. Что мы имеем? Мы имеем в наличии некоего молодого, судя по всему, человека, несомненно, талантливого, возможно, и гениального. В достаточной, хотя, может быть, и в излишней мере жадного. И при этом очень хитрого и изворотливого. Мы не знаем, как его зовут на самом деле, но, к моему прискорбию, он выбрал себе псевдоним Стас. Значит, будем считать его моим тезкой. Этот человек по профессии химик. Я могу даже предположить, что он имеет ученую степень, потому что работа, которую он выполнил, судя по всему, в одиночестве, оказалась не по силам сильнейшим химикам гитлеровской Германии, хотя они в течение шести лет упорно стремились добиться успеха. До Стаса успеха смогли добиться только в раннем Средневековье алхимики Тибета. Кто не знает историю, могу напомнить... Впрочем, историю не знает никто, с этим я согласен. Историю пишут летописцы, труд которых оплачивает правитель. И историческая наука может быть объективной только в разделе археологии. Но все же общие факты мы назвать можем. В период раннего Средневековья Тибет был самым высокоразвитым государством Центральной Азии, более развитым, чем Китай или государство Чжень-Чженей, которые платили Тибету дань. Именно в Тибете было получено каким-то образом вещество, которое назвали «тибетская медитация». Тогда оно называлось, естественно, иначе. Я просто не в состоянии запомнить и выговорить настоящее название. А данное имя ввели химики Гитлера. «Die tibetische Meditation». Что представляла собой «тибетская медитация» в старину, мы не знаем, а «Тибетская книга мертвых» рассказывает об этом веществе только в назывательной форме. Сейчас это синтетический наркотик. И создать его сумел только российский химик, скрытый под псевдонимом Стас. Согласно данным ФСБ, ни в одной официальной российской химической лаборатории не велись разработки этого вещества. Это ответ на запрос Интерпола. Хотя существует множество ведомственных лабораторий, ФСБ не подотчетных. Не стоит сбрасывать со счетов и лаборатории самой ФСБ. Естественно, они не откроют своих секретов каким-то международным полицейским...

Я продолжаю основную тему. Наркотиков в мире множество. И постоянно создаются новые. Но ничего похожего по воздействию мы пока не знаем. Чем же так славится «тибетская медитация»? Она вскрывает самые глубокие пласты человеческого подсознания. Корневые пласты, формирующие наше умение дышать, ходить, переваривать пищу без вмешательства сознания. Эти пласты, будучи активизированными, становятся очень внимательными к окружающему и впитывают всю новую информацию, образно говоря, являются любопытным и легковерным туристом в почти незнакомом мире. То есть, если человеку, находящемуся под воздействием названного препарата, что-то сказать в повелительной форме, он будет это выполнять безукоснительно. Иначе он просто не сможет жить. То есть, если ему приказать в определенный день и в определенный час надеть на себя «пояс шахида» и в каком-то месте в определенное время соединить контакты, человек сделает это. Понимаете?

– Какой ужас! – воскликнула Александра.

Басаргин слушал молча. Тобако с Гагариным, должно быть, уже все знали и потому интереса не проявляли. Костромин продолжил:

– И вот этот самый Стас сумел синтезировать «тибетца» – так мы его теперь зовем. Короче и удобнее в разговоре, и нет немецкой помпезности. Мне трудно предположить, какую цель Стас преследовал, начиная свои поиски. Но конечную цель он объявил через Интернет: он пожелал продать свое открытие за миллион долларов. Желающих нашлось сразу много. И не только террористы. Например, один израильский миллионер предложил выплатить сумму в два раза большую, чтобы отмести конкурентов. Его же главная задача – обеспечить с помощью наркотика верность своей молодой жены. Я лично беседовал с этим миллионером. Жалкий человек не понимает, что такое толерантность. А толерантность у «тибетца» очень высокая. Привыкнув к нему, получив только две-три дозы, человек не захочет принимать другие наркотики и погибнет максимум в течение полугода. Стас, как человек, в собственном понятии, честный, о высокой толерантности предупредил. Следовательно, мы имеем право предположить, что он испытывал на ком-то влияние наркотика. И, надо думать, испытания велись не на кролике.

К сожалению, мы не смогли перехватить первые его сообщения, когда он оставлял какие-то координаты для связи с собой. Короче говоря, мы опоздали для того, чтобы вести с ним свою игру. И приходится только отслеживать игру чужую. Стас понимает, насколько опасно обладать такой технологией. Но с желающими он уже связался. Я уже сказал, что желающих нашлось много, и никто из них открыто не заявил о том, что является представителем террористической или просто экстремистской организации. Это естественно.

В настоящее время Стас выходит в Интернет только через Интернет-кафе или Интернет-клубы, которых множество в Москве. Постоянно, всегда с разных точек. И поддерживает регулярную связь с некоторыми самыми перспективными покупателями. Причем все они желают приобрести эксклюзивное право на производство. Более того, Стас уверен, что никто не сможет распознать состав, имея только порошок, хотя я и не знаю, порошок это или жидкость, или газ... И он даже предоставил, согласно нашим сведениям, наиболее перспективным покупателям по одной порции для проведения эксперимента. Как он рассылал эти порции – по почте ли, через курьеров ли, через тайники или еще как-то, – нам не известно.

Успех нашего химика окрылил. И вот он решил затеять аукцион. Причем рассылает приглашения персонально. Единственное, что мы знаем, аукцион должен состояться в течение этой недели в Москве. Суммы будут, надо полагать, значительные. И мы просто обязаны в этом аукционе участвовать... Я ясно выражаюсь?

Басаргин молча кивнул. Тобако с Доктором уже включились в работу, и их спрашивать не было нужды.