Сергей Москвин - Мастер-класс для диверсанта

«Диверсанты не отказались от покушения, — еще раз сказал себе Чернышов. — Ведь не случайно они испытывали крупнокалиберный пулемет в отработанном песчаном карьере. На пути во Владикавказ покушения не было. Тогда где его следует ожидать? Где еще появится премьер-министр? Сейчас он беседует с главами Северо-Кавказских республик. Провести покушение там невозможно. Утром сама резиденция и подступы к ней были взяты под охрану подразделением внутренних войск. Посторонних на такие объекты не допускают, поэтому пробраться внутрь практически невозможно. Тогда что остается диверсантам? Следующим мероприятием, где появится премьер-министр, будет встреча с журналистами в Моздоке. Так что же, покушения следует ожидать здесь?»

В кабинет к Чернышову заглянул Артем Ветров. В руке он держал бутерброд с белой рыбой.

— Павел Андреевич, ну, я скажу вам… — Артем откусил кусок бутерброда и, пережевывая его, закатил глаза от удовольствия. — В таких мероприятиях я бы не отказался хоть каждый день участвовать. По случаю визита Председателя правительства в местном буфете просто столы ломятся от яств. Вот это, например, белуга горячего копчения. А цены, Павел Андреевич, ну просто смешные. Даже я, с капитанской зарплатой, и то почувствовал себя «новым русским». Везет же парням из бригады охраны премьера, они, наверное, каждый день на такие тусовки с дармовым угощением попадают.

— А ты напиши рапорт о переводе, — предложил Ветрову Чернышов. — Может, и попадешь в службу охраны.

— Написать-то несложно, да что толку, — махнул рукой Ветров. — Я ведь знаю, вы меня все равно от себя не отпустите.

При этом Ветров скорчил такое страдальческое лицо, что любой, кому еще не доводилось слышать его шутки, подумал бы, что сотрудник Чернышова остро переживает свое незавидное положение.

— Верно, не отпущу, — подыгрывая Артему, сказал Чернышов. — Только ты особо не переживай. Сотрудникам охраны первых лиц государства пробовать угощение во время приемов все равно не разрешается.

— Это почему? — удивился Ветров.

— А чтобы они силу воли вырабатывали, — ответил Чернышов.

— Ладно, Павел Андреевич, пока нас с вами еще не перевели в Федеральную службу охраны и у нас есть возможность нормально питаться, я предлагаю отправиться в буфет и как следует там подкрепиться, — предложил Артем. — Тем более что, согласно программе пребывания премьера на Кавказе, у него в это время тоже как раз обед.

Чернышов взглянул на часы. До записанного в протоколе встречи торжественного обеда оставалось еще сорок минут. Уступив место возле рации дежурному радисту, Чернышов вышел из кабинета вслед за Ветровым.

После обеда нервозность у Чернышова исчезла. Волнение осталось, но, по крайней мере, он уже не нервничал и мог спокойно анализировать ситуацию. «Итак, я пришел к выводу, что покушение следует ожидать здесь, на площади, или в здании городской администрации. Если диверсанты собираются использовать пулемет, они будут стремиться расстрелять премьера до того, как он войдет в здание. Или, наоборот, когда он будет выходить из здания. В самом деле, не потащатся же они со станковым пулеметом на пресс-конференцию. Да это им и не нужно. В зале можно использовать пистолет или разборную винтовку. Тот же «винторез» укладывается в кейс-»дипломат», внешне неотличимый от гражданского. Кстати, у диверсантов вполне может быть разработано два варианта покушения — на улице и внутри здания. В первом случае они собираются использовать крупнокалиберный пулемет, во втором пистолет или малогабаритную винтовку.

Рассмотрим первый вариант. Диверсанты собираются стрелять из крупнокалиберного пулемета. В этом случае они должны заранее подготовить огневую позицию либо на крышах соседних домов, либо в окнах, выходящих на площадь. Причем они должны были заранее доставить на огневую позицию свое оружие. Через оцепление крупнокалиберный пулемет, да еще со станком и боекомплектом, им уже не пронести. Крыши и чердаки, а также подвалы окружающих площадь домов проверены, там ничего не обнаружено, — вспомнил Чернышов доклады оперативников, проверявших соседние дома. — Местный участковый обошел все квартиры. Посторонних там нет, хозяева предупреждены. Так что же, диверсантов можно не опасаться?»

Вопрос был задан чисто риторически. Павел Чернышов прекрасно знал, что полагаться лишь на одни профилактические мероприятия нельзя. Поэтому и выставлялось вокруг площади оцепление из внутренних войск, а снайперы сил безопасности контролировали крыши и окна соседних домов.

«Рассмотрим второй вариант. Диверсанты собираются стрелять в зале во время выступления премьера перед журналистами, — продолжал рассуждать Чернышов. — Для этого они прежде должны пронести в зал оружие. Как это сделать? Все журналисты будут проходить через арочный металлодетектор. Пронести оружие на себе — исключается. Но у журналистов будет с собой много всякой аппаратуры: видеокамеры, софиты, микрофоны на длинных штангах. Для проверки этой аппаратуры бригада ФСО привезла с собой специальную установку. Нечто вроде тех, что установлены в аэропортах для просвечивания багажа пассажиров, только, по словам Рогозина, гораздо более совершенную. Остается только надеяться, что вся эта аппаратура станет преградой для выполнения замысла диверсантов».

Полковник Чернышов спустился на первый этаж, где разыскал начальника городского отдела ФСБ. Чернышов решил, что разговор с начальником горотдела, возможно, поможет ему понять, как собираются действовать диверсанты.

— Вы ведь знакомитесь со сводками происшествий по городу? — спросил Чернышов у начальника горотдела.

Тот кивнул.

— В последние дни не было зафиксировано происшествий, которые могли иметь отношение к действиям разыскиваемых диверсантов? — задал следующий вопрос Чернышов.

— Да нет, — немного подумав, ответил начальник горотдела. — Вроде ничего такого не было. Правда, вчера вечером возле одного из баров произошла очень жестокая драка. Но там вроде бы все ясно, участники задержаны.

Чернышов уловил некоторую неуверенность в ответе начальника горотдела.

— Что за драка и кто в ней участвовал? — быстро спросил он.

— Повздорили двое бандитов, хотя до этого считались приятелями, — начал рассказывать начальник горотдела. — Они вышли из бара, где до этого проводили время со своими подругами. Возле бара между приятелями произошла драка. Что там конкретно случилось, никто не видел. Но в итоге один бандит раздробил другому яйца, а тот в ответ вырвал у обидчика кадык. Когда к бару прибыл дежурный наряд из ближайшего райотдела, милиционеры обнаружили на месте драки один труп и одного инвалида-кастрата. Тот находился в таком состоянии, что никакие показания давать не мог, и его отправили в больницу.