Павел Дартс - Крысиная башня-2

Владимир заверил нового знакомого, что если всё получится, если наводка реализуется, «свою доляху он, безусловно, получит», — что с людьми нужно разговаривать на понятном им языке, его ещё отец учил. Но если будет только ныть и вымогать, то можно его сейчас и вновь о стенку головой приложить, — чтоб полежал, отдохнул, отошёл от мыслей о бухле и куреве.

Пошарив по карманам, выудил оттуда захваченную из Норы пачку крекеров; половину отдал Женьке; и, скармливая бомжу по одной печенюшке, продолжил расспросы.

Выяснилось, что как взять эту «блядскую крепость» Валерка Чепиков не имеет никакого представления; а что Артур так просто не откроет дверь своему бывшему работнику, или откроет — но только чтобы кишки выпустить — это сто процентов. Были у них, в прошлом, какие-то «казусы и непонятки», с чего Валерка на Артурчика сильно злой, — ну и взаимно, конечно. Но, тем не менее, на «доляху» Валерка вполне рассчитывает; а больше — что пока суть да дело, удастся за счёт новых знакомых как-то и подхарчиться. Вот, уже печеньки перепали; смотришь, и ещё что полезное выпадет!

Владимир задумался. То, что стал известен адрес, где, скорее всего и содержится Наташа, это, конечно, очень хорошо… Но как вломиться в безусловно охраняемый с оружием частный дом, — а других сейчас просто нет, другие сейчас не выживают, — было совершенно непонятно! Отец много рассказывал по бизнесу; иногда очень занимательно, учил; профессор Лебедев был ас в построении деловых контактов, в политологии и социологии; у него же Владимир очень неплохо научился стрелять и разбираться в ручном стрелковом оружии; но он совсем не был специалистом по проникновению на чужую охраняемую территорию; и со спецназом также имел мало общего… Как же быть? Ведь скоро стемнеет, а туда ещё нужно как-то добраться. Можно бы на Судзуки — но как тогда быть с Женькой; бомжа-то полюбому нужно с собой тащить, чтобы точно дом указал! И нужен план — а плана нету… И нужно бы оружие — из оружия тоже только Женькина Беретта с тремя патронами, что, конечно же, не арсенал… Вот если бы было время на подготовку; да Женькина вооружённая бригада; да…

Он подавил трусливую мыслишку, что неплохо бы вернуться в Нору — такую тёплую и обустроенную, где сытно накормят; где можно всё обдумать и приготовиться; где, может быть, и парни, возможно, вернулись; и вот с ними… вместе… подготовившись…

Он отогнал эту мысль. Возвращаться в Нору — это только терять время; никакого преимущества в этом не было. То, что Псы за это время, после двух суток отсутствия, вдруг уже вернулись, — тоже не было никакой гарантии; а вернее — очень мало надежды. Всего скорее пацаны без Женькиного руководства, где-то влипли по-крупному; так что рассчитывать на них не приходится. Оружия в Норе не было… Нет, без вариантов — действовать надо сейчас, и задействовать те ресурсы, которые есть — в первую очередь голову. Надо туда, в Северный пригород, добраться, — а там, на месте, и решать, по обстановке.

Но как туда попасть… Он опять с сомнением посмотрел на свой Судзуки и на Женьку с бомжом. Трое-то на нём точно не уместятся…

И опять на помощь пришёл бомж Валерка:

— Пацаны! Как добрацца тудой я знаю! Тута, за соседним домом, машина стоит — Опель. Он на ходу, зуб даю! Я его ещё третьего дня срисовал, — там машин много, но все снежком заметённые, а этот чистый! — зуб даю, на нём куда-то ездили! Можно было б его шопнуть, — и на ём! Я сам тока в технике не очень…

Ну что ж, это был вариант! Как говорил какой-то литературный герой: когда не знаешь что делать — делай шаг вперёд! Или как говорил Наполеон, кажется: «Война план покажет!»

— Ну, пошли смотреть твой… вернее, этот Опель! — решился Владимир.

Уже совсем темнело. Мороз пощипывал, крепчал с наступлением темноты, а владелец Опеля, жмотяра, печку включил еле-еле, только чтоб нос не мёрз, отговариваясь что бензина совсем мало. Но всё равно, в машине, конечно же, было не в пример теплее чем на улице.

Угнать чужую машину не удалось, хотя Владимир совсем не имел уже предрассудков на тему «священной частной собственности» — смог завладеть, значит твоё! Что поделать, весь мир сейчас так живёт — приходится подстраиваться. Как говорил профессор Лебедев: «- Интеллект призван облегчать индивиду жизнь, превнося, если это необходимо, некоторые изменения в сложившиеся в обществе нормы и правила, поскольку они не являются чем-то застывшим; а являются производной от условий существования. И интеллект реагирует на изменившиеся условия существенно быстрее, чем закостеневшая мораль, которая лишь потом, со временем, зафиксирует изменения в практике взаимоотношений индивидуумов…»

Женька же в такие дебри вообще не вдавался; для него всё и так было ясно и понятно: если есть где взять машину, и машина нужна — нужно пойти и эту машину взять! Делов-то!

Но «взять» не получилось: только они стали «обхаживать» действительно видно что «на ходу» машину, как из ближайшего подъезда выскочил разъярённый мужик в одних трениках и наброшенной на майку дублёнке, с каким-то замысловатым, видно, что самодельным, но, судя по наличию ствола, явно стреляющим агрегатом:

— Стоять, падла, сейчас положу всех, урроды, нах!! У меня сын в спецназе батальона «Азот» Белой Кувалды!

Как будто где там у него сын, и насколько крут, добавляло убедительности к его стволу в руках.

Женька тут же предъявил свой ствол, моментально грамотно спрятавшись за кузовом Опеля; Владимир с Валеркой также мигом убрались с открытого места. Ещё немного, и дело могло дойти до стрельбы; и наверняка в Оршанске стало бы как минимум одним трупом больше, но Владимир вовремя начал переговоры:

— Ша, мужик, не стреляй! — а то мы тебя сейчас вальнём из всех трёх стволов! — нагнал он туману для убедительности, — Мы на твою тачку не претендуем, ты нас не так понял! — нам в Северный посёлок надо! Только! И всё. А тачка нам твоя без надобности! Довезёшь??.

Мужик поначалу в ситуацию не въехал, и привычно поливал всех ругательствами, угрожая «всех порешить, кто к машине хоть прикоснётся!» и матерно выражая пожелания непрошенным гостям убираться пока целы. Но агрессивных действий пока не предпринимал, в свою очередь отметив, что как минимум один ствол у пришельцев явно был… У него же была какая-то уродливая бандура типа аркебузы времён Людовиков, но с капсюльным замком; явно однозарядная, и он, несмотря на воинственные крики, явно трусил.

Начались переговоры. Мужик, выскочивший налегке, вскоре начал мёрзнуть; но тут из подъезда ему на подмогу нарисовался, судя по всему, тот самый сын, «служащий в спецназе» и так далее, — длинный парень с похожим, только более коротким, устройством в руках. Парень успел одеться, но вынести что-нибудь отцу, хотя бы шапку, не догадался; и вообще не производил впечатление крутого спецназовца, а проще говоря, откровенно трусил. Но расклад сил сменился — всё же уже двое против троих, и мужик приободрился.