Виктор Доценко - Ученик Бешеного

Куда мы плывем? — спросил он без особого интереса.

В Турцию, — с готовностью ответил Широши.

А потом куда? — попытался выяснить Бешеный, но язык ему уже не повиновался, и он провалился в глубокий сон без сновидений…

В это время в штабе миротворческих сил в Косово Лайн тщетно пытался выяснить, кто такой Серафим Филимонов, называвший себя капитаном и командовавший отрядом ГРУ. То, что русские начальники разводили в недоумении руками, наотрез отказываясь признать само существование Филимонова и его людей, Лайна не слишком удивило. Русским он никогда не верил и не забывал о ни с кем не согласованном марш–броске на аэропорт Приштины. В поведении русских логика присутствовала: они стремились захватить бен Ладена сами для каких‑то своих тайных целей.

Поразило Лайна другое: никто из работников спецслужб западных союзников США и слыхом не слыхивал о капитане Филимонове.

Из чего следовало два вывода.

Первый — спецслужбисты откровенно плохо работали и просто прозевали прибытие в Косово Филимонова и его группы. Вариант этот был возможен, ибо соблазнов вокруг было достаточно — от доступных девиц до дешевейшей ракии.

Второй вывод нравился Лайну меньше. Из него неминуемо следовало, что русские обладали каким- то секретным каналом переброски своих людей по всей Европе и к тому же имели хорошо законспирированных «кротов» в западных спецслужбах. Ведь когда Лайн и его команда прибыли на место, Филимонов был уже там и обратился к нему по имени.

Все эти тревожные мысли не отпускали Лайна и в салоне первого класса «Боинга», уносившего его из Стамбула, куда его перебросили из Косова на военном самолете, в Вашингтон.

В свете анализа ситуации, проведенного Лай- ном, конкретная фигура капитана Филимонова отходила на задний план. Не важно, как звали этого знакомца пресловутого Бешеного — Филимонов или Филиппов. Важным было другое — русские опять вели себя, как хотели. И снова нужно было изобретать, как поставить их на надлежащее место…

Савелия разбудил шум океанского прибоя. Он открыл глаза и обнаружил себя в хорошо знакомом кресле рядом с вольером, где обитали любимые морские свинки Широши.

Свинки, копошившиеся у сетки, казалось, Бешеного узнали. Когда его взгляд остановился на них, они встали на задние лапки и радостно заверещали. В густой траве Савелий разглядел еще два маленьких пушистых комочка — видно, за время его отсутствия Чика стала матерью.

Эта мысль мгновенно сменилась другой. А вдруг непредсказуемый Широши опять лишил его подвижности? Савелий резко встал и сделал шаг–другой по направлению к вольеру. Ноги были в полном порядке. Его приближение вызвало у свинок неописумый восторг. Он машинально с виноватой улыбкой развел руками — мол, нечем мне вас сейчас угостить. Потом обернулся и посмотрел в сторону дома. На террасе восседал улыбающийся во весь рот Широши, приветственно приглашающим жестом машущий ему рукой.

Бешеный бодрым шагом подошел к террасе и зло спросил:

— Когда вы, Феликс Андреевич, наконец, откажетесь от ваших штучек? Хватит уже ставить над моим бедным организмом эксперименты! А то я начинаю думать, что нужнее вам в бессознательном состоянии.

Широши терпеливо ожидал, когда Савелий выговорится и спустит пар.

Говорков разозлился не на шутку:

Признавайтесь, чем вы меня опоили вместо вашего хваленого «эликсира жизни»? Сколько суток я проспал?

Широши принял обиженный и немного виноватый вид.

Проспали вы, Савелий Кузьмич, не больше недели. А жидкость, которую выпили, еще одно мое изобретение, почерпнутое из древних кельтских манускриптов. Я называю ее «эликсиром забвения». Помогает восстанавливаться после стрессов, только восстановление идет более плавно и требует некоторого времени. Вы ведь не можете сейчас пожаловаться на отсутствие бодрости в вашем теле?

Савелий и вправду не мог ни на что пожаловаться, ибо чувствовал себя превосходно.

Ну, вот видите, — истолковал его молчание как согласие Широши.

Бешеный не сдавался:

Я убедительно прошу вас перестать потчевать меня вашими многочисленными изобретениями без предварительного информирования меня о возможных последствиях. — И зло добавил: — Я вам не подопытный кролик!

Тут Широши расхохотался во весь голос:

Вот уж на кого вы никак не похожи, так это на беззащитного кролика! Кстати, по–моему, свинки вас узнали и обрадовались, не так ли, Савелий Кузьмич?

Узнали, узнали, — не стал спорить Савелий.

Его уже начали раздражать эти «кролики»,

«свинки». Не дай бог, Широши опять ударится в воспоминания о своем прошлом зверинце и карьере укротителя.

Широши почувствовал поднимавшееся в собеседнике раздражение:

Не дуйтесь, Савелий Кузьмич, я просто хочу, чтобы вы не зацикливались на постигшей вас неудаче.

Однако Бешеного не так просто было сбить с толку.

Я так до конца и не понял, зачем вам этот урод Усама нужен именно живым? Прикончить бы его, и дело с концом! К примеру, в Алжире я бы запросто это смог.

Надежды, что мы его все‑таки захватим живым, я все еще не потерял, несмотря на целую цепь неудач, — словно разговаривая сам с собой, произнес Широши.

Насколько я помню, вы намерены устроить открытый процесс над бен Ладеном, может, под эгидой ООН, — с явной иронией подхватил Савелий. — А по–моему, это чистой воды бессмысленное пижонство! — убежденно подвел он итог.

Не скажите, — вовсе не обиделся Широши, — физически уничтожить Усаму — это палка о двух концах. Во–первых, он сразу будет объявлен мучеником за веру, а во–вторых, на его место тут же заступит новый усама. Но дело даже не в этих достаточно очевидных последствиях его насильственной смерти…

А в чем? — нетерпеливо перебил Бешеный.

Не помню, говорил ли я вам, что Усама начинал свою боевую и политическую деятельность в качестве важного агента ЦРУ? Американцы плотно работали с ним в Афганистане, видя в нем фигуру, способную объединить всех правоверных мусульман в борьбе с неверными, то есть с советскими безбожниками. Вам, Савелий Кузьмич, на собственном опыте известно, что это у них не так уж плохо и получилось.

Известно, — мрачно подтвердил Савелий. — Почему же он повернул против США?

Вот в том‑то и главная загадка. Американцы снабжали его деньгами, оружием и инструкторами. Сегодня это непреложный факт. А почему стал воевать против своих прошлых наставников и покровителей, может поведать только он сам. Поэтому я и стремлюсь заполучить его живым.

Понятно, — согласился Савелий.

Вокруг того, кого именуют Усамой бен Ладеном, масса загадок. Одна из них — его неуловимость. Он дает интервью, рассылает видеокассеты, комментирует и поучает. Не странно ли, что американцы никак не могут его захватить?