Виктор Доценко - Ловушка для Бешеного

Дорогой Чарльз, как я рад видеть вас, — на прекрасном английском проговорил он.

Я страшно рад, что наконец‑то выбрался в твой родной прекрасный Тбилиси, — ответил Чарльз. — Позволь представить тебя моим коллегам. Это Важа Джобенидзе. Занимал крупный пост в Посольстве Грузии в Вашингтоне, а теперь он — пресс–секретарь Президента страны. Важа, знакомься: Мэри Барнс, гранд–дама американской журналистики, а это Сэм Хлебникофф. Он пишет преимущественно для русских газет.

Вы русский? — с плохо скрытой неприязнью спросил Важа.

Я американский, — отделался шуткой Савелий.

Он американец русского происхождения из Калифорнии, — успокоил своего приятеля Фельдман, пододвигая Важе свободный стул.

А вы что‑то имеете против русских? — решил сыграть в наивного американского дурачка Бешеный. — Насколько я читал о россиянах, они продают вам нефть и газ по ценам, существенно ниже мировых.

И этим хотят опять поработить нас! — немедленно завелся Важа.

А как вы прокомментируете тот факт, господин Важа, — подала голос уплетавшая холодного молочного поросенка за обе щеки Мэри, — что американские спецслужбы зафиксировали телефонный звонок из Нью- Йорка вскоре после трагедии 11 сентября? Некто, говоривший по–арабски, звонил в Тбилиси и радостно сообщил об успехе операции, и при этом его тбилисский собеседник выражал свой восторг тоже на арабском?

Очередная грязная провокация российских спецслужб, которые мечтают поссорить США и Грузию! — не раздумывая, почти закричал Важа.

Но ведь вы не будете отрицать, что в Тбилиси официально пребывает посол чеченских сепаратистов, получающих деньги от исламских фундаменталистов. — Мэри Барнс была упряма и дотошна, и было видно, что она как следует подготовилась к этой поездке. — Я, как потомственная католичка, с большим опасением отношусь к воинам ислама, которых вдохновляют и субсидируют разные там ваххабиты.

Грузины добрый и щедрый народ, — с неприкрытым вызовом заявил Важа. — Мы помогали и будем помогать беженцам, старикам, женщинам, детям. А посол, он только так называется. На самом деле он лишь распределяет гуманитарную помощь беженцам.

Значит, вы утверждаете, что в Панкисском ущелье нет чеченских террористов? — не отставала Мэри.

Это все подлые выдумки русских, которые только и ищут предлог, чтобы нас опять оккупировать, — авторитетно заявил Важа с завидным упрямством.

Тут уж не выдержал Савелий:

Старый Гурам, которого я знал с детства, сын достопочтенного грузинского дворянина–офицера, чудом спасшегося от большевиков, всегда гордился тем, что Грузия и Армения добровольно вошли в состав Российской империи, ища защиты и покровительства у русского царя от Персии и Оттоманской империи, которые постоянно нападали на эти небольшие православные страны. — Савелий старался говорить спокойно, не показывая собственного отношения. — Он всегда с гордостью всем рассказывал, каким уважением грузинская аристократия пользовалась при российском императорском дворе. Разве не так?

Формально так и было. Но русские всегда нас угнетали, — не сдавался Важа.

Сталин и Берия тоже могут считаться угнетателями Грузии, хотя любой непредвзятый западный историк скажет, что именно России от этих властолюбивых грузин досталось по полной программе. — С этим утверждением Савелия спорить было невозможно.

Но Важа не сдавался:

Эти два грузина были коммунисты–интернационалисты, и ничего не сделали для блага Грузии. Только президент Шеварднадзе последовательно отстаивает независимость Грузии и стремится интегрировать нашу маленькую страну в мировое сообщество, где ей будет гарантировано равноправие и уважение других народов.

И все это на деньги добропорядочных американских налогоплательщиков, — съязвила Мэри.

Савелию все больше и больше нравилась эта толстая и злобная тетка. Она хотя бы пыталась докопаться до истины. Но, видно, красноречивого Важу не так просто было сбить с накатанной колеи:

Наш президент — верный друг американского правительства и народа. Он готов любой ценой защитить интересы США на Кавказе и противостоять ползучей российской экспансии, а богатая и щедрая Америка всегда поддерживала своих истинных друзей.

Иногда Америка выбирала себе довольно странных друзей, например, вскормленного на деньги ЦРУ Усаму бен Ладена, — как бы размышляя вслух негромко заметила Мэри.

Савелий мысленно поаплодировал ее полемическому дару, Важа буквально захлебнулся от возмущения, а Фельдман, видя, что разговор принимает нежелательный оборот, счел нужным поправить зарвавшуюся коллегу.

Не вижу никаких оснований для вашей аналогии, Мэри. Само сравнение бен Ладена и Шеварднадзе и их отношений с США бестактно и даже оскорбительно для наших хозяев! — Он проговорил это таким тоном, словно сказанное задевало его лично.

Да не хотела я никого обижать и не проводила никаких аналогий, просто задумалась вслух о причудах американской внешней политики. Разве это запрещено?

«Да, этой тетке палец в рот не клади: откусит не задумываясь!» — отметил Савелий.

Мне казалось, мы приехали в свободную страну, где каждый может высказывать свое мнение? Как вы считаете, господин Важа? — спросила она грузина.

Тот уже полностью овладел собой:

Конечно же, госпожа Барнс, вы в свободной стране и можете говорить все, что вам угодно. Я хочу, чтобы вы донесли до своих читателей глубокую благодарность грузинского народа Америке, ее народу и правительству за помощь, которую они нам оказывают. А мы, грузины, народ благодарный и постараемся сделать для блага Америки все, что в наших силах.

«Где они, ваши силы‑то, в чеченских боевиках, что ли?» — про себя насмешливо подумал Савелий.

В конце концов дипломатическое прошлое Важи дало о себе знать и укротило его взрывной темперамент.

У нас нет никаких секретов от американских друзей, — заявил он. — Мы завтра вместе поедем в Панкисское ущелье, и вы своими глазами убедитесь, что никаких боевиков там нет.

На том и порешили. Важа пошел провожать в номер своего старинного друга Фельдмана. Мэри заявила, что после такого сытного обеда она нуждается в отдыхе. А Савелий, сопровождаемый своей охраной, поднялся к себе в номер.

Что за тип этот Важа? — спросил Савелий.

Чересчур болтливая «шестерка» президента, — с явной неприязнью определил Мамука.

А Элгуджи добавил:

Надеется когда‑нибудь потом с помощью американцев занять место «белого лиса», но народ наш знает ему цену.

Они начали обсуждать план следующего дня.

В Панкиси мы двинемся со всей командой, а там отколемся и пойдем своим путем, — первым высказался Бешеный.

Конечно, так будет удобнее — кавалькадой легче миновать все блокпосты. Тем более, Важа обязательно сам поедет и возьмет какого‑нибудь высокого чина из МВД, — согласился Элгуджи.