Стивен Хантер - Я, снайпер

— Гм, — задумчиво отозвался Боб. — Просветите-ка меня насчет «Грейвульфа».

— О, тут все понятно. Крупная известная фирма, занимается обеспечением безопасности, организовали ее бывшие «морские котики». Обучение меткой стрельбе и искусству выживания, производство одежды и снаряжения для службы безопасности, услуги опытного персонала. Пару лет назад возникли кое-какие проблемы в Багдаде, где ребята из «Грейвульфа» разыгрались и палили во все, что движется; возможно, вы помните шумиху в газетах.

— Да, что-то припоминаю. Дайте человеку карабин М-четыре, зеркальные солнцезащитные очки и бейсболку, и он сразу же превратится в машину смерти.

— Энто Гроган — очень опытный человек, сэр. Отличный солдат, превосходный снайпер, теперь работает в крупной международной компании, связанной с проблемами обеспечения безопасности.

Бобу стало стыдно, что он тайком наводит справки об Энто. Вся беда заключалась в том, что ему нравился Энто Гроган, как и всем остальным ребятам. Несомненно, в «Грейвульфе» понимали, какая Гроган яркая личность, поэтому и отстранили от оперативной работы, превратив в лицо дочерней компании «И-снайпер». И вот теперь Бобу требовалось выведать у Грогана список его учеников, чтобы Бюро проверило их всех на предмет возможного отношения к четырем убийствам.

— Как Ник, держится? — осведомился Боб.

— О, на нас сильно давят, требуя окончательный отчет. Мистера Мемфиса по три раза на дню вызывают в кабинет директора, где на него орут люди Тома Констебла. Вчера вечером он в ресторане случайно наткнулся на одного из лизоблюдов Констебла, и тот даже предложил дружескую помощь в продвижении по службе. Мистер Свэггер, я могу быть с вами откровенной?

— Конечно.

— Мистер Мемфис на пределе, и поддерживает его только вера в вас. Сэр, если у вас ничего нет, сворачивайтесь побыстрее. Не дай бог, великого Ника поставит на колени это чудовище Констебл, только потому, что Ник не желает плясать под его дудку и надеется на вас.

До Боба вдруг дошло: девчонка влюблена в Ника.

— Я вас понял. Это будет самое настоящее преступление, если Ник сломает себе карьеру ради старого козла Свэггера, а потом выяснится, что старый козел Свэггер просто напустил туману, купаясь в своих фантазиях. Хорошо, замечание услышано.

— У нас очень жестокий город.

— Постараюсь поторопиться, но Нику придется потерпеть еще немного. А вы не возражаете, если я вам тоже скажу одну вещь?

— Говорите.

— Не собираюсь учить вас выполнять свою работу, но мне кажется, что нужно проверить, есть ли какая-нибудь связь между «Грейвульфом» и Томом Констеблом. Они ведут свою игру? Или, подобно всем остальным, купились на версию о сошедшем с ума снайпере?

— Я обсужу это с Ником.

— Обязательно обсудите. У меня все.

— Что?

— У меня все.

— Что это означает?

— Ой, извините, так мы прощались друг с другом во Вьетнаме. Наверное, вам это кажется ерундой из старых фильмов. Пожалуй, так оно и есть. «У меня все» означает, что мне больше нечего добавить, до свидания и всего хорошего.

— А-а. Прошу прощения за глупость. Наверное, это болезнь всех женщин. Удачи вам, мистер Свэггер.

Проблема заключалась в том, что на самом деле проникать было некуда. Никакой школы не существовало. Курсы «И-снайпера» представляли собой обучающий персонал из четырех человек: Энто, Джимми, Имбиря и Реймонда, на вид ребят порядочных; у них имелось все необходимое оборудование, таблицы и диаграммы, оружие, ящики боеприпасов и, что самое главное, знания и опыт. Не было ничего вроде административного центра — лишь четверо ирландцев, Боб и шестеро молодых снайперов, чьи элитные подразделения приобрели новые прицелы и тем самым получили право на недельные курсы. Возможно, в штаб-квартире «Грейвульфа» в Северной Каролине и располагалось какое-то административное здание и, может, именно там и находились данные об учениках «И-снайпера», но тогда искать их было не по силам одиночке. Тут требовалась вся мощь Министерства юстиции. Боб размышлял о том, что «Грейвульфу» это вряд ли понравится, поскольку многие разработки компании секретные, как и список клиентов. У компании, несомненно, прочные связи с Министерством обороны, и без боя она свои тайны не раскроет.

Поэтому Боб снова и снова возвращался к одной мелочи: записной книжке Энто.

Как ее заполучить?

Ответа не было. Боб лег спать в подавленном состоянии.

На следующий день на стрельбище Боб по обыкновению стоял в стороне и наблюдал, как Энто и его помощники занимаются с молодыми снайперами. Те быстро постигали премудрости искусства, поскольку обладали мотивацией, а также смекалкой и необходимым опытом. Ребята тренировались находить цель, расположенную на неизвестном расстоянии, и поражать ее. Всю мозговую работу осуществлял микрокомпьютер, спрятанный внутри 911-го, ученики же лишь старались правильно интерпретировать исходные данные и по ним выбирать из великого множества верную точку прицеливания.

Свэггер уже достаточно имел дело с новым прицелом и оценил в полной мере его преимущества. В глубине души он жалел о том, что много лет назад во Вьетнаме у него не было такой штуковины. Он, Карл и Чак Маккензи с «И-снайперами 911» на своих винтовках — какая была бы команда, да в этой проклятой войне они втроем одержали бы победу!

В последний день поздно вечером раздался стук в дверь.

— Кто там?

— Мистер Свэггер, сэр, это я, Энто. Можно к вам?

Боб открыл дверь.

— Надеюсь, вы не против немного поболтать. Жаль, что не могу угостить вас выпивкой.

— Энто, вы же знаете, мне нельзя пить. Если я выпью, то во вторник проснусь где-нибудь в Катманду, с новой женой, четырьмя новыми детишками и очень странными татуировками, — повторил Боб свою старую шутку.

— Тогда как вам такой вариант: если не виски, разрешите предложить вам мороженое. По-моему, для профессиональных убийц такого класса, как мы с вами, нет лучше места, чем кафе-мороженое на той стороне шоссе. Там куча разных сортов. Должен признаться, когда я приезжаю сюда на курсы, я съедаю тонны этой вкуснятины.

Боб и Энто пересекли шоссе — это было самым опасным из всего, что Свэггер сделал после Бристоля. Кафе было еще открыто, и двое снайперов вошли внутрь, встали в очередь из тщедушных подростков с булавками в носу, папаш с пищащими малышами и одинокого водителя-дальнобойщика и получили по большому рожку. Посетители вокруг наслаждались последним лакомством перед сном. Кто бы удержался от улыбки, узнав, что эта парочка — профессиональные разносчики смерти, и вот они сидят, как два старых дурака, кусая клубничное мороженое, обсыпанное шоколадной крошкой?

— Боб… можно мне называть вас Бобом?