Иван Стрельцов - Стихия боли

— Да и во вторую тоже крови было пролито достаточно, — возразил Денис.

— Довелось там побывать? — старший мичман заинтересованно посмотрел на морпеха.

— Пришлось, — сдержанно ответил Давыдов, потом все же добавил: — А флот еще возродит свое былое величие.

— Возродит, — хмыкнул боцман и неожиданно с чувством продекламировал: — «Жаль, что в эту прекрасную пору жить не придется ни мне, ни тебе».

Денис хотел было возразить пессимистично настроенному мичману, но тут подбежал вестовой.

— Товарищ майор, — вытянулся матрос, — вас вызывают в кают-компанию.

— Хорошо, уже иду, — ответил разведчик. На прощание кивнув боцману, уже собрался уходить, но посмотрел по ходу корабля. «Петропавловск» уже вышел из створа гавани и уходил все дальше в море. Впереди виднелись серые силуэты кораблей охранения…

В просторном помещении кают-компании кроме офицеров разведроты находились несколько незнакомых сухопутных офицеров, трое были в российской форме, еще трое, плосколицые с раскосыми глазами, в форме китайской народной армии. Повязки на правых рукавах незнакомых военных обозначали, что они посредники.

«Мы с Тамарой ходим парой, — глядя на них, подумал Давыдов. — Впрочем, логически верно, чтобы ни одна из сторон не косилась на другую, что их засуживают».

— Товарищи офицеры, смирно! — в кают-компанию вошли командир корабля, сопровождавший генерал-майора Крутова из Министерства обороны.

— Вольно, — махнул рукой генерал. Дородный дядька атлетического сложения был одет в новенький, с иголочки, камуфляж, звезды на погонах вышиты не золотой ниткой, а зеленой и даже на близком расстоянии были едва различимы. Московский военачальник опустился в кресло, стоявшее во главе стола, и будничным тоном произнес: — Прошу садиться. — Потом раскрыл папку в кожаной обложке, водрузил на нос очки и зачитал: — Ваша рота будет принимать участие в международных учениях «Восстановленная справедливость». «Легенда» учений такова: в государстве Лимония произошел переворот, к власти пришла военная хунта совместно с сепаратистами. Правительство в изгнании, обратилось к ШОС с просьбой о помощи. Россия и Китайская Народная Республика согласились восстановить конституционный порядок. Со стороны КНР выставлены три фрегата, отряд десантных ботов, две эскадрильи ударных вертолетов, механизированная бригада и два батальона народной милиции. С нашей стороны предоставлены два больших сторожевых корабля типа «Буревестник», большой десантный корабль «Петропавловск», танкер «Печора», два спасательных буксира. Дальше: самолет дальнего радиолокационного обнаружения «А-50» «Шмель», два стратегических бомбардировщика «Ту-95» МС, пара дальников «Ту-22» МЗ. Звено фронтовых бомбардировщиков «Су-24» и звено перехватчиков «Су-27». Эскадрилья транспортников «Ил-76» и воздушных танкеров «Ил-78». Из живой силы рота разведчиков морской пехоты, то есть вы, — генерал кивнул Давыдову, потом продолжил: — И штурмовой батальон 7-й дивизии ВДВ.

Завтра отряд наших кораблей выходит в точку рандеву с союзниками, потом направляемся к месту десантирования. Первыми высаживается разведка. Вам надлежит не только захватить плацдарм, но еще проверить берег на наличие мин, обнаружить их и обезвредить.

После этого высаживается механизированная бригада и начинает развивать наступление в глубь материка. Одновременно в тылу сепаратистов высаживается парашютный десант. Совместным охватом путчистов загоняют в населенный пункт и блокируют там. Дальше уже работа для китайской милиции и наших подразделений антитеррора.

Заодно в небе Китая пройдет дозаправка большой группы истребителей. Но это нас не касается. Ваша задача, майор, обеспечить высадку танков механизированной бригады. От этого зависит успех всей операции. Это вам понятно?

— Так точно, — подскочил на месте Давыдов, сидящие за ним офицеры невольно приосанились.

— Ну и добрэ, — буркнул представитель Министерства обороны. — Давайте, парни, готовьте своих головорезов. Вы начинаете. На то и морская пехота — части первого броска…

Покинув кают-компанию, разведчики поднялись на десантную палубу. Морские пехотинцы, сгрудившись вокруг бронетехники, ожидали новых приказов командования.

— Значит, так, — Давыдов обратился к командирам взводов. — Проинструктируйте саперов и заодно погоняйте их по пройденному материалу. На пользу будет и им, и вам. — В каждой разведроте кроме офицера должен был быть хотя бы один сапер. В среднем на взвод выходило шесть-семь бойцов, способных снимать и обезвреживать стандартные армейские мины. — Рассчитывать на то, что союзники, которые являются принимающей стороной, пожалеют, не приходится. Скорее наоборот, — продолжал наставлять взводных майор.

— Мины снимать? — переспросил оружейник Ку-Клукс-Клан, задумчиво почесав коротко стриженный затылок. — Выходит, что пойдем не на бэтээрах, а на катерах.

— Дай-то бог, чтобы не вплавь заставили добираться до берега, — недовольно проворчал Николай Иволгин. Перед этим походом он поругался с женой, которой в очередной раз клятвенно пообещал в кои-то веки съездить к ее родственникам на Урал.

— Скажут вплавь, пойдем вплавь, — закончил военный совет Давыдов. — Теперь за дело, времени в обрез, придется поднапрячься. Если облажаемся, то простой снятой стружкой не обойдемся.

— Вывернут наизнанку, это уж как дважды два, — согласился с майором ротный механик Вадим Парамонов. Он с Колесником был из контрактников, благодаря умелым рукам они стали в роте незаменимыми специалистами и держались с офицерами на равных.

— Товарищ капитан, разрешите обратиться, — перед Олегом Шуваловым появился старший сержант Рябичев. Двухметровый атлет с вытянутым лицом, обильно покрытым веснушками.

— Чего тебе, Рябчик? — спросил у бойца офицер. — Хочешь остаться на контракт, так это не ко мне. По возвращении в часть подашь рапорт, ротный подпишет.

— Не-ет, — как-то нараспев, произнес старший сержант. — Я только хотел спросить: правда, что есть такой тест — «Один против ста»?.. Ну… это, ну вы молодняку рассказывали на последней тренировке.

— Есть, — подтвердил капитан, — так готовят спецназовцев в Северной Корее. Для того чтобы сдать этот тест, на подготовку бойца уходит три года, а срочную там служат пять. Наши теперь будут служить год, так что даже хорошего спортсмена не удастся и наполовину приблизить к бойцу чучхе.

— Понял, — разочарованно проговорил Рябичев, засопев, как недовольный бык.

— И еще, Рябичев, «один против ста» — это не только крушить врагам руками и ногами черепа и грудные клетки, ломать шеи и вырывать позвонки. Это комплекс, сочетающий в себе рукопашный бой, стрелковую подготовку, работу с холодным оружием и подручными предметами. — Шувалов подмигнул старшему сержанту. — В общем, как говорил великий и картавый, «учиться, учиться и еще раз учиться». Так что три года — это всего лишь первая ступень. Иди, боец, и думай, чего ты в жизни хочешь. Только запомни: всегда приходится жертвовать одним ради другого. И чем больше ты хочешь добиться, тем большей будет твоя жертва, а главное, все равно это не гарантирует тебе, что ты поднимешься на вершину.