Евгений Сухов - Медвежатник

— У входа в банк что делается?

— Снаружи банк охраняют четверо полицейских, но сюда не заходят, — растолковал Васька Хруль.

— Вот те здрасьте, не заходят! — неожиданно возмутился Антоша Пешня. — А кто три часа назад заглядывал?

— Верно, было дело, — легко согласился Васька Хруль. — Городовой потоптался около порога, спросил, что это мы такое затеваем. А как узнал, что ювелирную лавку открываем, так попросил рюмочку ему налить на открытие нового дела.

— И что? — спросил Савелий.

— Уважили, — радостно сообщил Васька Хруль. — Уходить потом не хотел, так его пришлось под руки выпроваживать, едва на ногах держался. Теперь можно считать, что на одного городового в банке меньше.

— Ладно, начнем, — объявил Савелий. — Давайте еще раз посмотрим. — Он достал из кармана план и уже в который раз объяснял задачу: — Долбить вам придется вот здесь, — ткнул он в точку на бумаге. — Это будет как раз над нами. Отверстие выйдет в центре хранилища. Перекрытия здесь хлипкие, но все равно уйдет не меньше часа. Внутри будут стоять сейфы, но это уже моя задача. Окна законопатили? Двери уплотнили?

— Все сделано, Савелий Николаевич, так что на улицу ни один звук не выйдет.

— Хорошо, — по-деловому отозвался Родионов. — Ну что, Васька, приступай!

Хруль перекрестился:

— С Богом, хозяин, — и, взяв кирку, полез на стремянку.

Отколотая с потолка штукатурка падала огромными кусками и разбивалась об пол в белые ошметки. Васька Хруль, не ведая усталости, продолжал молотить киркой, орудуя инструментом, как заправский шахтер. Банк был строен на века. Вместо обычного деревянного перекрытия в здании использовались каменные плиты, заказанные в Германии, но сейчас они разлетались в крошку под умелыми ударами Васьки Хруля. Трудно было поверить, что за двадцать лет каторги он не брал ничего тяжелее ложки. Теперь же он работал так, как будто бы над душой у него стояло четверо палачей с кнутами.

— Хруль, тебя заменить? — спросил Антон Пешня.

— Я не устал, — сжав зубы, отвечал Васька Хруль. — Сам все сделаю.

Неожиданно металлическое жало кирки провалилось в пустоту.

— Расширяй дыру! — скомандовал снизу Родионов.

И вновь по комнате разлетелись камни, осыпав белой пылью стоящих рядом.

— Кажется, все, Савелий Николаевич, — вдохновенно произнес Васька Хруль, заглядывая в дыру.

— Не тяни время, полезай! — скомандовал Савелий. Хруль скользнул плечами в дыру, отжался руками и через секунду оказался в хранилище.

— Что видишь?

— Все в порядке, — высунулся Хруль. — В комнате четыре больших сейфа. Как говорится, ни одной живой души.

— Отлично, — отозвался Савелий, взобравшись на стремянку. — Теперь без спешки давай мне сюда инструменты. Смотри, ничего не забудь, возвращаться всегда плохая примета.

— Это я усвоил, Савелий Николаевич, — белозубо заулыбался Антон Пешня, поднимая со стола саквояж с инструментами.

— Не забудь про порох. Вон в той коробке.

Пешня обиделся:

— Я бы и не забыл, Савелий Николаевич, разве возможно такое.

Когда все необходимое было переправлено наверх, Савелий скомандовал:

— А теперь за мной, господа, — и уверенно нырнул в проем.

Оказавшись в хранилище, Родионов присел на единственный стул и в задумчивости стал разглядывать сейфы. В этот момент он напоминал художника, созерцающего белый холст, перед тем как нанести на его девственную поверхность решительный и сильный мазок.

Савелий преобразился.

Вид запертых сейфов действовал на него так же, как на мастера-живописца вид обнаженной натурщицы.

Три сейфа выглядели близнецами: в метр шириной и высотой в человеческий рост. Зато четвертый смотрелся настоящим великаном. Металлическая поверхность была оклеена красным деревом, а дверь неширокая и напоминала калитку в заводских воротах.

Теперь самое главное — не ошибиться в выборе. Совсем не исключено, что огромный сейф выставлен для отвода глаз и самое ценное, что в нем содержится, так это старенькое колечко дремучей вдовушки.

Савелия никто не торопил. Пешня и Хруль взирали на него с обожанием. Так восхищенно безусые подмастерья смотрят на задумавшегося мудрого учителя, осознавая, что являются свидетелями гениального просветления.

Наконец Савелий поднялся. Он подошел к большому сейфу и, просунув металлические клинышки в зазор между дверцей и стенкой, приказал:

— Стучи здесь, да поаккуратнее, а то все пальцы мне разворотишь.

— Будет сделано, Савелий Николаевич, — охотно отозвался Хруль и методично принялся стучать по металлическому клину.

Через несколько минут его сменил Пешня. Удары выходили глухие и сильные, сейф грозно ухал, явно не одобряя подобного насилия над собой. Наконец дверца отошла на несколько миллиметров, Савелий вставил клин поболее и приказал вновь:

— Давай, Хруль, стучи!

— Сейчас ухну, хозяин, — поднял Васька увесистый молот и забарабанил по клину.

Дверца отошла уже сантиметров на пять, и подложенный клин торчал изнутри острым металлическим языком.

— Ну чего застыл каланчой? Тащи домкрат! — прикрикнул Савелий на Пешню.

Антон поднял со стола домкрат и умело прикрепил его к выступающему клину, после чего завертел ручкой. Тяжелая дверь поддавалась неохотно. Сначала внутри ее что-то сильно хрустнуло, а потом, беспомощно перекосившись, дверь слетела с петель.

Савелий потянул за ручку. Внутри сейфа имелась еще одна дверца — вполовину внешней.

Вид у Антона был обескураженный. Секунду назад его лицо сияло. Он был готов к тому, чтобы охапками выгребать из сейфа драгоценное содержимое, и сейчас больше напоминал малолетнего ребенка, обманувшегося в приятных ожиданиях.

Родионов погасил улыбку:

— А чего ты ожидал? Золота?

— Савелий Николаевич, но ведь… — беспомощно залепетал Антон Пешня.

— За денежки еще поработать нужно изрядно. Это тебе не копеечки из карманов на рынках таскать. Возьми дрель и сверли вот здесь. Да не такое сверло, черт тебя подери! — прикрикнул в сердцах Родионов. — Покрепче да подлиннее.

Антон Пешня приложил сверло немного повыше скважины и бойко завертел ручкой. Закаленный наконечник с металлическим скрежетом принялся врезаться в сталь, миллиметр за миллиметром проникая все глубже.

— Достаточно. Теперь вот здесь… Все, порядок!

Савелий достал из небольшой деревянной коробочки пороху и насыпал его в отверстие, после чего просунул туда же бикфордов шнур.

Замок в сейфе был установлен внутри, но для того, чтобы его повредить, нужно длинное сверло и побольше пороха. А после взрыва достаточно будет тряхнуть дверь посильнее, и замок вывалится наружу.

— Спрячьтесь за шкафом, — скомандовал Савелий.

Медвежатник поднес горящую спичку к шнуру, и огонь, благодарно пыхнув, заторопился к сейфу. Жахнуло крепко. Глухое эхо отозвалось в самых дальних углах комнаты, на мгновение заложив уши. Родионов подошел к сейфу и сильно дернул его за ручку. Она послушно отворилась.