Сергей Самаров - Один шанс есть

– А теперь мы с тобой на природу отправимся... – сообщил Виктор Васильевич псу и вытащил из «бардачка» «Короллы» автомобильный атлас. – Ты же, помнится, любишь гулять на природе... Хочешь в лес?

Пес это слово знал хорошо и засуетился на своем сиденье.

Разобравшись с картой, отставной подполковник убедился, что дорога ему предстоит долгая, и потому, быстро проехав ночную Москву и выбравшись на шоссе, остановился у первого же работающего круглосуточно дорожного кафе, чтобы выпить пару чашек крепкого кофе. Когда-то, много лет назад, не только во время боевых действий, где позволяется многое, но даже во время учений офицерам и солдатам спецназа ГРУ выдавали для приобретения бодрости духа и тела таблетки «экстази». Тогда они не считались наркотиком и использовались, наверное, всеми спецслужбами мира в качестве прекрасного стимулятора, когда следует «разогнать» уставший организм. Сейчас, если попадешься с этими таблетками в лапы ментам, можешь срок заработать. Попадать в лапы к кому бы то ни было Виктор Васильевич не собирался, а потому предпочитал крепкий кофе.

Здесь, в кафе, его и застал звонок от Вагиза.

– Ты где, Виктор Васильевич?

– Сплю...

– Нужен срочно.

– Я не в городе... По старой службе и дружбе попросили с призывниками поработать. Сейчас в лагере призывников. Выпил слегка и за руль не сяду...

– Понял. У нас ЧП... Кто-то тебя опередил...

– В каком вопросе?

– Поработал в офисе Алиахмета.

– Там, я думаю, ничего нет. Из того, что тебя интересует.

– Я знаю. Теперь знаю... Мне только интересно, кто это может быть... Спецов не порекомендуешь? Кто хорошо сработать может.

– Недавно в Москве объявился старый уголовный «медвежатник». Кажется, его зовут Лаврентий. Очень хитрый мужик, канает под старичка, но руки золотые.

– Ладно. Я подскажу Алиахмету. Пусть сам суетится...

Дорога бежала под колеса привычно неровно и сама по себе засыпать не давала. Где-то Виктор Васильевич читал информацию о том, что японцы, чтобы сократить количество засыпаний за рулем, начали ставить на своих дорогах через определенные промежутки «стиральные доски», которые перетрясывают машины вместе с водителями и будят даже самых сонливых мух. На российских дорогах такие излишества ни к чему. Здесь любая дорога представляет собой большей частью «стиральную доску», с редко появляющимися сносными участками...

Второй звонок от Вагиза застал его как раз посреди «стиральной доски».

– Как, говоришь, зовут того «медвежатника»? – Голос был сдержанный и суровый.

– Сейчас, подожди, глаза протру. Из головы со сна вылетело... А... Лаврентий... Что-то еще случилось?

– Мой сейф грохнули.

– Для этого требуется спец высокой квалификации...

Естественное для офицера спецназа мастерское умение работать с картой в очередной раз помогло Виктору Васильевичу ехать быстро и не отвлекаться на ночные поиски того, кто подскажет правильный путь. Он сам выбирал путь всегда правильный и не ошибался. Даже тогда, когда покинул главное шоссе и перебрался на более тряское второстепенное, имеющее много поворотов и ответвлений и не всегда имеющее дорожные указатели.

Дорога в этот ночной час была пустынна. Никто, кроме самой дороги, не мешал ехать быстро. Но Виктор Васильевич, несколько раз стукнувшись о колдобину защитой картера, убедился, что по России лучше всего передвигаться на внедорожнике. Тем не менее вынужден был довольствоваться выносливой «Короллой», и она его не подвела, к середине ночи доставив туда, куда он и хотел попасть.

Остановившись недалеко от въезда в деревню Талая, Виктор Васильевич еще раз достал автомобильный атлас, нашел страницу, заложенную изъятым из сейфа Вагиза DVD-диском, и внимательно просмотрел дорожные обозначения. Еще при первом осмотре он заметил отмеченную пунктиром грунтовую дорогу, ответвляющуюся от основной. Это был путь к каким-то зданиям, стоящим особняком. Скорее всего, там когда-то располагалась ферма. Тогда еще... Раньше... Когда здесь люди жили и колхоз жил... Сейчас деревня нежилая, и ферма, естественно, развалена. Без сомнения, и дорога к ней заросла бурьяном, но все же хотя бы часть пути преодолеть и не застрять можно попробовать. И Виктор Васильевич, убрав атлас под сиденье, попробовал.

Даже просто найти в темноте поворот на заброшенную дорогу оказалось непросто. Только какое-то наитие помогло догадаться, что небольшая прогалина слева и есть этот самый поворот. Для проверки пришлось выйти и посмотреть. Да, несомненно, здесь была раньше дорога. Ноги чувствовали уплотненную почву между низкорослыми кустами. Конечно, есть риск среди этих кустов машину ободрать, но это уже, как говорится, издержки производственного процесса, и с такими мелочами приходится мириться.

Ерема радовался и норовил выскочить из машины. Однако Виктор Васильевич сначала сам заехал, проламывая пластиковым бампером кусты, подальше, потом уже вышел из машины и выпустил собаку. И вместе с Еремой отошел к основной дороге. Нет, «Короллу» с дороги не видно. И кусты, подмятые машиной, быстро распрямляются. Не сразу скажешь, что здесь кто-то только что проехал. А уж если ночью будешь мимо проезжать, вообще ничего не заметишь.

Теперь можно начинать работать...

– Ерема, место...

Послушная команде, собака все же направилась к машине по большому кругу, проламывая грудью другие кусты. И трудно было сказать определенно, кто больше дров наломал – машина или собака. Забрав из багажника то, что могло бы ему помочь – бинокль с прибором ночного видения, веревку, саперную лопатку, нож, закрыв друга в машине на ключ и не включив сигнализацию, потому что пес, когда проявлял активность, вполне мог своим весом вызвать не вовремя раздавшийся звук, Виктор Васильевич сразу направился к деревне, не выходя на дорогу. Ориентировался в лесу он не хуже, чем в городе, внутренне чувствуя направление и безошибочно определяя расстояние, и потому не боялся заблудиться...

Как всякий профессиональный разведчик, отставной подполковник Евсеев работать в деревне начал именно с разведки. Издали, не показываясь на глаза любопытному наблюдателю, скрывать которого могло бы любое темное окно дома, он обошел весь комплекс строений с трех сторон. Обойти все здание по периметру помешала речка Талая, но надобности перебираться на другой берег Виктор Васильевич не увидел.

В доме, несомненно, спали не все. Свет горел и в гараже, выбиваясь из тонкой щели под воротами, поднимающимися кверху на манер рольставен. Горел свет и в подвале, имеющем люк для загрузки угля – там, похоже, была котельная, и даже топилась, о чем красноречиво говорил дым, что вяло вываливался из высокой металлической трубы, идущей по стене здания и возвышавшейся над крышей. И была приоткрыта дверь черного хода дома, рядом с которой располагалась, очевидно, дверь в подвал. Черным ходом, как не трудно было догадаться, пользовались те, кто обслуживал жильцов. И вполне могло статься, что там и сейчас есть кто-то неподалеку от двери. Впрочем, как и в подвале... Есть дым из котельной, значит, кто-то топит котел... Как часто истопник спускается в топку, неизвестно. Но существует закон подлости, иначе называемый законом бутерброда, и этот закон заставляет быть предельно осторожным, чтобы не пострадали посторонние люди. Какой-нибудь деревенский мужичок получает здесь зарплату, и желает получать ее и впредь. И это желание может толкнуть мужичка на необдуманные действия. В результате он может потерять способность топить котел. А у мужичка, наверное, семья пить-есть просит... И почти взрослые дети, обосновавшиеся в городе, постоянно требуют денег на свои насущные потребности...