Сергей Самаров - Русский адат

– А сколько вам, товарищ капитан-лейтенант?

– Скоро семьдесят стукнет… Давай уж по-деревенски на «ты» переходить… Тебя где зацепило-то? Северный Кавказ, как я понимаю?…

– Да… Дагестан…

– Войска?…

– Спецназ ГРУ…

– Это серьезно… А нога как, что обещают?

– Заживает… Хочу вот пасечника найти, чтобы пчел мне на ногу посажал…

– Ну, это и я могу… Я, конечно, не пасечник, но ульи держу… Сам себя медом вытаскивал…

– А куда пчел сажать, знаете?

– Знаешь… – поправил капитан-лейтенант.

– Знаешь, – согласился Алексей.

– Что с ногой? Кость?

– Нет… Две пули в мягкие ткани икроножной мышцы, порвано сухожилие. Сухожилие сшили, но медленно срастается…

– Значит, надо на суставы сажать… Если на икроножную мышцу, мышечная ткань весь яд на себя возьмет, рассосет и до сухожилия не достанет. На суставы с двух сторон… Снизу у стопы, сверху у колена… Тогда достанет… Заходи ко мне, как освоишься…

– Обязательно…

– Геннадием меня зовут… – напомнил капитан-лейтенант. – Вон в ту сторону, – махнул он рукой, – за последним домом налево по тропинке наискосок через луг, и на нижней улице как раз мой дом… Тоже последний… Лес в огород лезет… Увидишь… Дочке, хочешь, молоко могу козье поставлять… Коза, конечно, не корова, но литровую банку всегда выделить могу… Я коз держу…

– Договорились…

– А эти к тебе еще не подъезжали?…

– Кто?

– Ну… Чечены… Или ингуши… Кто их там разберет… Ингуши, кажется…

– А почему они должны ко мне подъехать?

– Они этот дом купить хотели… Так я слышал… Тоша им не продал… Сто тысяч ему предложили, и все… Не сговорились…

– И хорошо, что не сговорились… Зато мы сговорились… А откуда здесь ингуши?

– Здесь всяких кавказцев полно… Понаехало… Все лесом промышляют… Подчистую вырубают… Машину за машиной гонят… Ладно. Что нужно будет, обращайся… – Геннадий почесал небритый подбородок и двинулся дальше…

– Ой, какая же ты колючая… – Анастасия за забором пыталась нарвать ягод в разросшихся кустах малины. – Ну нельзя же так, в самом-то деле… У меня же руки не железные…

– Много набрала? – спросил Алексей, пытаясь через забор заглянуть в эмалированную миску, что держала дочь в руках.

– Много… Сладкая…

Миска, однако, была пуста. Дочь ягоды сразу в рот отправляла.

– Маму угостить не забудь… – посоветовал отец.

– Я ей наберу… – пообещала Анастасия. – Пап, а у нас ведь правда лучше машина?…

Алексей посмотрел в сторону. В деревню въезжал черный и блестящий внедорожник «Порше Кайена». Такие и в Москве не на каждом шагу встретишь, и уж никак не ожидал Алексей увидеть «Кайену» в такой глухой деревне.

– А чем же наша лучше?

– Наша красная, а эта черная…

– Есть в твоих размышлениях логика… – улыбаясь, согласился отец. – Красная малина – сладкая… Значит, и машина красная должна больше удовольствия доставлять… Ладно, не забудь маму угостить…

Он пошел, опираясь на тросточку, в дом, чтобы посидеть и отдохнуть. Много сегодня на ногах проводит. Ноет нога, ноет…

Людмила с уборкой уже заканчивала. Чистый дом начинал уже смотреться совсем иначе, нежели запыленный. И совсем оживили вид расстеленные домотканые половики, подарок тети Зины.

– Осталось только мебель купить, и можно будет жить… – сказал Алексей, усаживаясь на старый диван со скрипучими, рвущимися наружу пружинами. Диван и стол – это вся мебель, что сохранилась в доме. Не забрали, видимо, потому, что никому такое богатство не было нужно.

– Картину хочу… – сказала Людмила. – Даже много картин… Чтобы все стены завесить… Местные пейзажи…

– Я рисовать не умею… – сознался Алексей. – Попроси Анастасию. Их в садике учат…

– Тетя Зина говорила, здесь рядом какой-то художник живет… Может, сходим на досуге… У него все дачники картины покупают и в Москву увозят… А там перепродают в три раза дороже… А он, говорит, за копейки продает… Только чтобы на хлеб хватило…

– Сходим, посмотрим… – согласился Алексей, прислушиваясь.

Звук двигателя машины был негромким. В деревню только одна машина недавно и въезжала. Но такой негромкий звук и должен быть у двигателя автомобиля такого класса, как «Порше». И этот звук приближался к их дому. Больше приближаться было некуда, потому что все другие дома на этой улице стояли с разрушенными крышами.

– Кажется, к нам гости…

Людмила тоже звук двигателя услышала. В распахнутое окно высунулась. На окнах еще занавески сохранились, старые, хозяйские, выцветшие уже много лет назад, и за этими занавесками Алексею дорогу видно не было.

– Иномарка какая-то… – сообщила Людмила. – К нам… Остановилась…

– «Порше Кайена», – сказал Алексей. – Стоит больше ста тысяч евро… Хочешь такую?

– Не хочу, я скромная… – ответила жена.

– Пойду, посмотрю, что за гости… – встал Алексей. – Посидеть не дают…

Он догадывался, что это за гости пожаловали. Сразу вспомнилось предупреждение капитан-лейтенанта о возможном визите ингушей. Вспомнилось, что в Чечне «Кайена» считается весьма почитаемой машиной. Кроме того, позволить себе иметь такую может только очень богатый человек. А кто в здешних местах может быть богатым – только тот, кто лесом торгует. А лесом, как тот же Геннадий сказал, здесь ингуши торгуют… Вывод явился как-то сам собой, без раздумий…

Алексей вышел. Уже по эту сторону калитки стоял, разговаривая о чем-то с Анастасией, солидный, уверенный в себе кавказец.

– Иди к маме, – послал Алексей дочь.

– Я ей еще малины не набрала.

– Помоги ей…

И тяжело спустился с крыльца. Он сам еще не понимал, почему спускается так намеренно, так рисовано тяжело. Но он уже почувствовал от этого визита опасность. И офицер спецназа уже начал интуитивно работать. Одна из заповедей спецназа гласит, что противник не должен ожидать от тебя активных действий. Если он видит тебя беспомощным, он сам становится слабее. И не понимает, что ты вовсе не беспомощен, не понимает, как ты опасен.

Гость стоял и ждал. Он даже поздороваться не поспешил. Не поспешил поздороваться и Алексей. Просто приблизился и остановился рядом.

– Чем обязан? – спросил коротко и сухо.

– Купил дом, что ли? – спросил гость.

– А ты кто будешь, чтобы спрашивать?

– Ваха меня зовут…

– Купил я дом, Ваха…

– И дорого?

– Считаю этот вопрос некорректным…

Ваха посмотрел свысока, хотя ростом был не выше Алексея. Просто почти у всех кавказцев есть манера смотреть свысока. Во взгляде это высокомерие явственно прорисовывается. Спокойная уверенность в себе и высокомерие. Правда, как знал Алексей, у многих это высокомерие быстро пропадает при более тесном знакомстве со спецназом.