Виктор Степанычев - Свободный охотник

– Великолепная работа! – наконец сказал он. – Честно говоря, если бы я не знал, что ты… это ты, то вряд ли узнал, даже столкнувшись лицом к лицу.

– Я рад и за мастеров-хирургов, и, главное, за себя, – не слишком весело произнес Гордеев. – Меня окончательно стерли…

– Ты сам на это пошел, – напомнил ему Горан. – Надеюсь, не отказываешься от этого?

– Нет, конечно, – пожал плечами Станислав. – Хотя иногда жалею… себя. А еще непривычно видеть себя в зеркале. И не только видеть, но и ощущать другим человеком. Без имени, без прошлого…

– Это скоро пройдет, – улыбнулся Горан. – А что касается имени, так оно у тебя есть. Ты уже три месяца его носишь.

– В смысле… Генри Колридж? – удивленно спросил Гордеев. – Но я думал, что это только на время, пока мне меняют внешность.

– С этим именем и прошлым, как ты выразился, я имею в виду легенду, ты будешь жить ближайшие месяцы, возможно – годы. Кстати, Генри и Эмили Колридж не вымышленные люди. За ними стоят реальные лица. Они живы и сейчас отбывают срок в Малайзии. Сидеть им чуть меньше двадцати пяти лет, поэтому вряд ли вам удастся в скором будущем пересечься. Ребята отправились в свадебное путешествие и прихватили с собой крохотный пакетик с марихуаной. Поэтому и заработали всего полвека на двоих, а не пожизненное заключение или смертную казнь.

– Значит, я и Эмили… – Станислав не договорил фразу, но Горан его понял.

– Да, в ближайшие два-три месяца вы будете изображать счастливых молодоженов. Пару дней, изображая туристов, пошатайтесь по Линцу. Это необходимо, чтобы не привлечь внимание спешкой: приехал-уехал. Затем отправляйтесь в Испанию, конкретно – в Барселону. Где-то неподалеку от города на побережье снимите небольшую виллу и отдыхайте в свое удовольствие. Валяйтесь на пляже, загорайте, купайтесь в Средиземном море. Испанским языком ты, Генри, владеешь неплохо, поэтому никаких проблем у вас возникнуть не должно. Кстати, и Эмили попрактикуется в испанском, она слабо его знает.

– И долго нам предстоит валяться на пляже и любоваться красотами Средиземноморья? – невинно поинтересовался Гордеев.

– Сколько нужно, столько и будете любоваться, – в голосе Горана зазвучали металлические нотки, однако почти сразу он сбавил тон: – Есть очень серьезный и сложный заказ. В настоящее время операция находится в стадии разработки. Выполнение задания будет возложено на тебя. Это все, что я могу тебе сейчас сообщить.

– Выдал военную тайну! – саркастически хмыкнул Гордеев. – Готовься, Алан, к очередной серьезной операции.

– Забудь про Алана, – жестко сказал Горан. – Его повесили три месяца назад. Среди живых ни он, ни Станислав Гордеев уже не числятся. Чтобы я этих имен никогда больше не слышал. Ты – Генри Колридж, и никто иной.

– Понял, – коротко ответил Стас. – Уже забыл.

– Еще одно. Эмили вела тебя на этапе изменения внешности. В настоящее время она лишь твое прикрытие, и не более того. Когда будет необходимо, я сам на тебя выйду. Для экстренной связи есть номер телефона, – Горан достал из кармана бумажный квадратик и передал его Гордееву. – Запомни, потом уничтожь. По приезде в Испанию приобрети новый мобильный телефон. Сразу позвони по этому номеру, чтобы я знал, как с тобой связаться. Деньгами вы обеспечены, документы надежные. Мне пора. Приятного отдыха вам, мистер Колридж!

– Рад был вас видеть, мистер Смит, – чопорно склонил голову Станислав. – До встречи!

Эмили, уже одетая и свежая, появилась на пороге комнаты. Она услышала последние слова Горана.

– Но ваш кофе? Я заказала, как вы сказали: со сливками и без сахара.

– Увы, миссис Колридж, дела не терпят отлагательств, – широко улыбнувшись, развел руками Горан. – Всего хорошего, господа.

Проблем с въездом в Испанию, арендой жилья на побережье Средиземного моря в получасе езды на автомобиле от Барселоны, как и предполагал Горан, у «четы Колридж» не возникло. Гордеев, согласно его приказу, приобрел новый мобильник, позвонил по указанному куратором номеру и оставил на автоответчике краткое сообщение, назвав адрес виллы и номер своего телефона.

Пару дней Станислав не слишком напряженно, но все же ожидал, что Горан с ним свяжется хотя бы для того, чтобы подтвердить, что сигнал получен, однако аппарат молчал. Скоро Гордеев успокоился, рассудив, что не только он «пустил маляву» по поводу их местонахождения, но и Эмили выбрала момент и дала знать о себе начальнику. Словам Горана, что его напарница в настоящее время исполняет лишь роль прикрытия свободного охотника, Стас не слишком поверил. Вероятнее всего, это была лишь одна из задач, поставленная перед сотрудницей службы безопасности «Синдиката». Полного объема ее полномочий Гордеев знать не мог, да и не желал этого по причине «меньше знаешь, лучше спишь».

А вот с последним как раз и были проблемы. Конечно, на сон он особенно не жаловался, однако кое-какие мысли и днем и ночью ему покоя не давали.

Стас окончательно потерял связь с генералом Веклемишевым. Дважды, улучив момент, когда Эмили не было рядом, в аэропорте Йоханнесбурга и в ресторане в Линце, он пытался дозвониться на условленный телефонный номер, которым пользовался раньше.

Оба раза приятный женский голос по-английски ему сообщал, что в настоящее время данный телефон заблокирован. Осталась без ответа и весточка, посланная им по электронной почте на адрес, который ему дали еще в Германии для контактов с людьми Веклемишева, когда Гор влился в ряды гладиаторов «Синдиката».

Гадать, почему Станислав потерял связь с генералом, не приходилось. Веклемишев был в курсе очередного задания Стаса-Алана. Без всякого сомнения, информация о его провале дошла до генерала. Вероятнее всего, он просмотрел запись, на которой была запечатлена «казнь» Гордеева, и дал команду прекратить работу и с телефонным номером, и с «мылом» в электронной почте, предназначенными для связи с засланным в организацию наемников казачком. Скорбеть о бывшем капитане вряд ли скорбели, не тот контингент, а просто записали в поминальный список сгинувших в черном омуте «Синдиката» боевых российских спецов.

К Стасу пару раз являлась мысль послать родные спецслужбы к чертовой матери и сбросить с плеч груз ответственности за чужую головную боль. Другими словами – выйти из игры. Тем более что момент был весьма удобный для такого финта. Станислава Гордеева не существовало в прежнем качестве, «Синдикат» «стер» агента Алана для всего мира, трансформировав «гвардейца» в свободного охотника. Сегодня идентифицировать его можно лишь по отпечаткам пальцев. Самое время сделать ручкой родной конторе. А там, подгадав удобный момент, и «Синдикату» попробовать пропеть «последнее прости». Вытащить со своего банковского света заработанные деньги, а их поднакопилось уже почти полмиллиона евро, – и в бега на край света, чтобы с собаками не нашли.