Клайв Касслер - Черный ветер

— Приближаемся к объекту, — прозвучал в наушниках голос Джордино, бесцеремонно разрушивший хрупкое очарование прекрасного мгновения, — Возьми на пару румбов севернее, и я тебя выведу точно на цель.

«Марианский разведчик» занял позицию над предполагаемым источником утечки мышьяка, а Питт и Джордино сноровисто облачились в изолированные гидрокостюмы и водонепроницаемые шлемы с полным обзором, чтобы полностью обезопасить себя и исключить даже гипотетическую возможность соприкосновения с отравой. Привычно перевалившись через борт и плюхнувшись в теплую, как моча, воду, они в считаные минуты преодолели 120 футов, отделявшие поверхность от морского ложа.

Информация о найденном в пробах мышьяке поразила не только проводивших анализ, но и весь ученый коллектив исследовательского судна, породив массу версий и домыслов. Доктор Бьязон, теряясь в догадках, припомнил несколько эпизодов мышьякового загрязнения, но ассоциировались они, главным образом, с добычей полезных ископаемых. Однажды такое произошло и на Бохоле, при разработке месторождения марганцевой руды, но случилось это очень давно, да и шахта находится за десятки миль от Панглао. Биолог из команды НУМА возразил, что мышьяк применяется не только в горнодобывающей промышленности, но входит также в состав некоторых инсектицидов. Может же быть такое, что кто-то случайно потерял контейнер с опылителем или намеренно спихнул его за борт? Питт разом прекратил все споры, во всеуслышание объявив, что есть только один способ установить истину: спуститься на дно и увидеть все собственными глазами.

Поравнявшись с напарником, Питт сверился с компасом, свел ласты вместе, взмахнул импровизированным хвостовым плавником и устремился вперед, держась под небольшим углом к невидимому течению, чтобы компенсировать боковой снос. Великолепная видимость в пределах семидесяти пяти футов позволяла охватить взглядом эту сторону рифа целиком — от подножия до вершины.

У «сухого» гидрокостюма имеется масса достоинств и недостатков, самым существенным из которых является быстрый перегрев пловца, вызывающий усиленное потовыделение. Он незаменим для погружений в холодных северных водах, но нырять в нем в тропиках — сплошное мучение. Питт покрылся потом уже через пару минут — толстая изолирующая прослойка сохраняла тепло не хуже термоса.

— Эй, кто-нибудь, включите кондиционер, пока я заживо не испекся! — жалобно возопил Джордино, испытывающий такие же трудности; Питт мысленно присоединился к его мольбе.

Продолжая движение, он внимательно сканировал взглядом каждую выпуклость, каждую трещину, каждое подозрительное наслоение, но не находил пока ни малейших признаков кораблекрушения. Справа от него протянулась наносная песчаная дюна, белым офицерским шарфом облегающая основание рифа. Ее плавные изгибы, испещренные волнистыми узорами, уходили далеко вперед, постепенно теряясь из виду. Продолжать следовать заданным курсом помешал возникший на пути коралловый барьер. Питт не стал огибать препятствие, решив преодолеть его на манер прыгуна, берущего высоту «ножницами». Попеременно загребая ластами, он стремительно вознесся ввысь, перевалил зазубренный гребень и был немало удивлен, обнаружив за преградой отвесный обрыв и довольно глубокую расщелину. Но куда сильнее удивило его зрелище застрявшей в сужении близ дна носовой части затонувшего судна, отрезанной или отпиленной от кормовой точно посередине.

— Это еще что за хренотень?! — ошарашенно пробормотал Джордино, изумленно вылупившись на бренные останки, живо напомнившие переднюю половину аналогично пострадавшей лошади небезызвестного барона Мюнхаузена.

Питт воздержался от комментариев, пристально разглядывая заклинивший обрубок. А потом расхохотался, да так заразительно, что Ал не выдержал и тоже хихикнул, но тут же взял себя в руки и грозно посмотрел на напарника, требуя немедленного отчета.

— Я тоже поначалу купился, — отсмеявшись, пустился в объяснения Питт. — Это всего лишь оптическая иллюзия! Вторая половинка тоже здесь, только ее песком занесло.

Внимательно присмотревшись, скептичный итальянец вынужден был признать догадку друга верной. Опоясывающая риф по периметру дюна частично просочилась в расщелину и обволокла аккуратным песчаным коконом корму угодившего туда судна. Проходящее сквозь подводное ущелье течение противодействовало вторжению песка и остановило его на условном рубеже, пересекающем палубу по близкой к идеальной прямой. Отсюда и обман зрения.

Не обращая больше внимания на судно, Питт нырнул вниз, миновал «демаркационную линию», проплыл несколько десятков футов и завис над крутым наружным склоном дюны.

— Давай сюда, Ал, — призывно помахал он рукой, — Разве ты не хочешь взглянуть, как красиво торчит твой винт из рифовой задницы?

Потревоженные создаваемыми ластами колебаниями водной среды, верхние слои песка пришли в движение и поползли вниз, окончательно высвобождая из толщи массивные медные лопасти гребного винта. Джордино присоединился к напарнику, пощупал находку, удовлетворенно хмыкнул и полез наверх, расшвыривая песок во все стороны, как снегоуборочная машина. Судя по положению частично обнажившейся кормы, затонувшее судно засело в расщелине с солидным креном на левый борт. Впрочем, это стало очевидным еще при осмотре носовой части. Питт подплыл поближе, с нескрываемым интересом наблюдая, как трудится в поте лица итальянец, пытаясь докопаться до выбитого на корме названия.

— Чего-то там «мару», а остальное никак не могу прочесть, — пожаловался он, ожесточенно вгрызаясь в центр очередного оползня, вновь сведшего на нет плоды титанических усилий.

— Остынь, приятель, — ласково посоветовал Питт, выдержав достаточную, по его мнению, паузу. — И так ясно, что посудина японская и застряла здесь очень давно. Смотри, какой слой ржавчины! Я, конечно, высоко ценю твой трудовой энтузиазм и готовность выложиться на полную катушку ради дела, но сейчас ты надрываешься понапрасну.

Источник утечки токсина наверняка находится в одном из носовых трюмов. Оттуда и начнем поиск.

Вняв голосу разума и нисколько не обидевшись, Джордино послушно прекратил разыгрывать из себя крота-переростка и последовал за Питом. Они обогнули высокую черную трубу, накренившуюся под углом почти в сорок пять градусов и упирающуюся верхним концом в противоположную стену расщелины. Окинув беглым взглядом карликовый капитанский мостик и длинную просторную палубу, Питт классифицировал злосчастную посудину как самый заурядный грузовой транспорт. Длина его, навскидку, едва ли превышала две сотни футов. Деревянное покрытие верхней палубы отсутствовало, бесследно растворившись в кишащих микроорганизмами теплых водах Бохольского моря.