Стивен Хантер - Ночь грома

— Мистер Свэггер, я начинаю терять терпение. Дело вашей дочери закрыто. Его закрыла вчера вечером Тельма. Все мы очень сожалеем о случившемся, но я не сомневался в том, что вы сегодня уедете отсюда.

— Да, сэр, я не собираюсь злоупотреблять вашим гостеприимством. Просто мне надо прояснить кое-что, потом я напечатаю отчет и направлю его Тельме. Кстати, она отлично поработала, черт возьми.

— Насколько я припоминаю, она спасла вам жизнь. По крайней мере, в тот момент все выглядело именно так.

— Сколько буду жить, никогда не забуду щелчок взведенного курка и быстроту ее реакции. Эта девчонка с невероятной скоростью выхватила пистолет и выстрелила в яблочко. Мне очень повезло, и я буду ей вечно признателен.

— Позвольте и мне кое-что прояснить. После того, через что вам пришлось пройти вчера, большинство людей попали бы в больницу с сердечным приступом. В лучшем случае их бы целую неделю рвало всем, что бы они ни съедали. И им точно пришлось бы сразу же сменить трусы, пусть это грубо, но это сущая правда. Это я говорю только про захват заложника и взведенный курок разряженного револьвера. Но в дополнение ко всему этому у вас на глазах был убит человек, и пуля, которая вышибла ему мозги, просвистела в шести дюймах от вашей головы. Опять же источник сильнейшей психологической травмы. Когда люди видят, как кого-то убивают, они после этого не могут заснуть недели, месяцы, а то и годы. Но вы, как мне рассказали, едва заметили случившееся и уже через несколько секунд были бодры и веселы.

Боб понял, что вчера вечером допустил ошибку. Какое-то глупое чувство мужского достоинства заставило его показать Тельме и троим сотрудникам группы захвата, что он ничуть не хуже их и что близкое знакомство со смертью не имеет никакого значения для человека, тысячи раз смотревшего смерти в лицо. Да! Глупо. И вот теперь все озадачены его стойкостью духа. Откуда она, что это означает? Надо было бы изобразить рыдания и притвориться, что он никак не может оправиться после пережитого. Еще одна глупая стариковская ошибка.

— Все произошло так быстро и казалось таким нереальным. Я до сих пор не могу поверить в то, что со мной случилось. Быть может, худшее еще ждет меня впереди, тогда и пропадет сон.

— Возможно. Это одно из объяснений. Но мне пришло в голову другое. А вы, часом, не профессионал? Ветеран коммандос, бывший боец спецназа, военный, принимавший участие в боевых действиях, что-нибудь в таком духе? Вы вели себя именно так.

— Я же говорил вам, что много лет назад служил в армии.

— Мы вас проверили. Все чисто. Никаких серьезных неприятностей с правоохранительными органами. Правда, на вашем месте я бы оплатил штраф, выписанный вам полицией Бойсе. И надеюсь, вы уладите вопрос со сточной трубой из конюшни в округе Пима. Эти борцы за чистоту окружающей природы могут доставить массу неприятностей.

— Да, сэр. Мой адвокат сейчас как раз работает над этим.

— Понимаете, я просто не смог пройти мимо того, что вы появились в этом сонном захолустье и оно внезапно превратилось в Додж-Сити. Два дня назад какой-то продавец расстрелял двух вооруженных грабителей. В прямом смысле расстрелял, как это сделал бы обученный профессионал, имеющий опыт подобных противостояний, обладающий чутьем и не боящийся агрессии. Вы к этому не имеете никакого отношения, если не считать непроверенного сообщения о том, что какой-то темный седан, предположительно взятый напрокат, отъехал от этого магазина сразу же после стрельбы. Расколоть мальчишку нам не удалось, но от меня не укрылось, что вы ездите на темно-зеленом седане «форд», взятом напрокат. Вы не находите в этом ничего любопытного?

— Шериф, я всего лишь отец, который пытается понять…

— А вчера вы сбили с ног убегающего вооруженного преступника. Вам шестьдесят три года, вы заметно прихрамываете при ходьбе, однако вы, ни минуты не раздумывая, вступили в схватку один на один с вооруженным наркоманом. У меня в управлении есть двадцатипятилетние полицейские весом в двести сорок фунтов, которые ни за что бы так не поступили. Затем, когда преступник взял вас в заложники, вы даже не вспотели. Он взводит курок…

— Сэр, да у меня не было времени все это осознать. Не успел этот парень взвести курок, как Тельма его пристрелила.

— А когда наш сотрудник всаживает преступнику пулю под глаз, вы этого даже не замечаете. Вам это нисколько не интересно. У вас не участилось дыхание, вы не взволнованы, ничего такого. Подумаешь, эка невидаль. Еще один день в жизни мистера Свэггера, зевающего от скуки. Еще один убитый, еще один доллар. Однако ваш послужной список абсолютно чист, подозрительно чист, как будто об этом по какой-то причине позаботились профессионалы. На вас нет никаких данных. Вы, случайно, не работаете в ЦРУ?

— В свое время я знавал одного сотрудника этого управления, очень приятную даму. А также нескольких козлов. Я в дружеских отношениях с одним высокопоставленным сотрудником ФБР, после некоторых событий, произошедших много лет назад. Но никаких бумаг на меня нет просто потому, что я всего лишь преуспевающий бизнесмен из Бойсе. Давным-давно я служил в морской пехоте. Но тут тоже ничего нет. Успокойтесь, все совсем не так, как в захватывающем детективе, где каждый не тот, за кого себя выдает, и все умеют стрелять.

— Надеюсь, вы говорите правду.

— Сэр, быть может, мне связаться с адвокатом? У полиции что, особый интерес к моей особе? Не следует ли мне позаботиться о юридической защите своих интересов?

— Подозреваю, мистер Свэггер, к вашей особе всегда будет интерес. Нет, адвокат вам не нужен; вам нужно лишь заправить полный бак горючего и направиться на запад.

— Да, сэр. Я никогда не спорю с человеком, у которого в руках пулемет. Но я оплатил эту ночь в мотеле, а уже темнеет, и у меня нет особого желания ночью ехать через Железную гору. Давайте сделаем так: я тронусь в путь завтра с утра пораньше, чтобы опередить болельщиков, которые станут съезжаться на гонки. Я закончу составлять отчет дома у дочери и отправлю его следователю Филдинг. Вы ничего не имеете против?

— Почему-то мне не верится, сэр, что вы боитесь темноты.

— Я боюсь не темноты. Я боюсь того, что прячется в темноте.

— Эти же самые слова я слышал от одного очень способного десантника. Ну хорошо, мистер Свэггер. Завтра утром вы уедете, или наша следующая встреча состоится в камере предварительного заключения. Договорились?

— Договорились, шериф.

Брат Ричард был так похож на настоящего Ричарда Петти, что возникал вопрос, почему его не арестовывают за копирование чужого обличья. У него была та же самая светло-желтая ковбойская шляпа с пером, низко натянутая на уши, передний край дерзко закрученных широких полей спускался ниже уровня глаз, а богатая коллекция индейских амулетов и оберегов, обладающих тайным смыслом, беззаботно трепетала на ветру. Его глаза прятались за очками, которые выглядели бы так же хорошо на настоящем Короле Ричарде или Жаклин Онассис. У него было упругое, жилистое, мускулистое тело Ричарда Петти, он был в футболке с эмблемой НАСКАР, с засунутой в закатанный рукав пачкой «Мальборо». На нем были джинсы в обтяжку и удобные высокие сапоги.