Гарольд Койл - Крещение огнем

Несколько секунд они глядели друг на друга. Раскрыв рот от удивления, Нэнси сидела, вцепившись в куртку Ганти, готовая тащить его дальше. Мексиканец, прижав винтовку к груди, смот­рел на нее с неменьшим удивлением: он никак не ожидал встре­тить здесь женщину. Оба они столкнулись с непредвиденной ситуацией. Винтовка болталась у Козак за спиной, поэтому она не могла защитить ни себя, ни раненого Ганти.

Мексиканский солдат, пылая праведным гневом, был готов прикончить любого наглого гринго, посмевшего ступить на его землю. Однако то, что он увидел, застало его врасплох: он не знал, как поступить с раненым и женщиной, которая находилась с ним рядом. Они совсем не походили на дюжих североамери­канских солдат, несущих угрозу его дому и семье. Это были обычные люди. Нет, он не мог хладнокровно расправиться с ними. Недолго думая, мексиканец перекинул ремень винтовки через плечо, нагнулся и, схватив Ганти за руки, взвалил его себе на спину. Не оглядываясь на Козак, он бросился к открытой двери, к которой были устремлены все помыслы лейтенанта.

Еще не оправившись от неожиданного столкновения с мекси­канцем, Нэнси изумленно смотрела, как он поднимает Ганти и уносит его в дом. А как только пришла в себя, вскочила и бро­силась к двери, за которой исчез противник со своей ношей. Решив не возиться с винтовкой, она вынула из кобуры пистолет и вслед за мексиканцем ринулась в дом, полная решимости спа­сти Ганти.

Вбежав в темное помещение, она на миг ослепла, и не разгля­дела лежащего сразу за порогом тела Ганти. Запнувшись за его ноги, Козак растянулась лицом вниз, расквасив нос и подборо­док о каменный пол. Опираясь на руки, она подняла голову и огляделась. От боли из глаз сыпались искры, к тому же, в темно­те она не сразу заметила мексиканского солдата. Он стоял ря­дом и смотрел на нее. Так и не решив, как поступить, он, сжи­мая в левой руке винтовку, махнул ей правой, прошептал: "Сту­пайте с Богом" — и скрылся в темном коридоре.

Нэнси все еще лежала на полу, глядя вслед исчезнувшему мек­сиканцу, когда в дверь кто-то вбежал. Как и она, неизвестный не заметил лежащего у порога тела Ганти и, споткнувшись, головой вперед влетел в темную комнату. Правда, ему повезло больше, потому что лейтенант смягчила его падение. Чертыхаясь, она попыталась подняться, но невидимый пришелец навалился на нее.

— Господи, никак это вы, лейтенант? Прошу прощения, не разглядел.

Она узнала голос сержанта Маупина.

— Принимаю ваши извинения. А теперь, черт возьми, может вы, наконец, слезете с меня?

Маупин мгновенно вскочил на ноги и, помогая лейтенанту подняться, оглядел комнату:

— А где же мексиканец, тот, который притащил сюда Ганти?

Все еще сжимая в правой руке пистолет, она махнула в сторо­ну коридора, а левой тем временем осторожно ощупывала нос.

— Ушел туда.

Маупин бросился в ту сторону, куда она показала, и заглянул в коридор. Никого не заметив, он посмотрел на Козак, потом — на Ганти:

— Вы хотите сказать, что он принес сюда Ганти и ушел? Вы в него стреляли?

Закинув голову, Нэнси скосила глаза, пытаясь разглядеть, что у нее с носом, но без особого успеха. Зато она почувствовала, как по лицу, пульсируя, расползается боль. Она сломала себе нос! Что еще хуже, из ноздрей текут струйки крови и капают с подбородка. Из-за того, что нос у нее оказался забит кровавыми сгустками, голос прозвучал гнусаво:

— Нет, не стреляла. Что творится на улице?

— Пока ничего особенного. Я приказал отделению оставать­ся на месте и прикрывать нас.

Прислонившись к дверному косяку, Козак осторожно выгля­нула наружу — в ту сторону, откуда можно было ожидать появ­ления мексиканцев.

— Этих гадов не видно?

Маупин тоже выглянул на улицу:

— Нет. Пока мы видели только одного — того, который при­тащил сюда Ганти. Но наверняка где-то есть и другие. И они могут в любую минуту пойти в атаку.

Все еще ощупывая нос, Нэнси продолжала оглядывать улицу.

— Да, как пить дать. Надо поскорее выбираться отсюда. — Не заметив ничего подозрительного, она повернулась к Маупи- ну. — Сможете в одиночку дотащить Ганти туда, где ждут наши люди, или нужна помощь?

Окинув раненого оценивающим взглядом, Маупин на секунду задумался, потом кивнул:

— Смогу, нет проблем.

Внимательно оглядев распростертое на полу неподвижное тело, сержант спросил Козак, тяжело ли ранен Ганти.

Только тут до Козак внезапно дошло, что она не успела взгля­нуть, куда ранен солдат и насколько серьезно. Она даже не мог­ла сказать, жив ли он. Оглянувшись через плечо, она посмотре­ла на лежащего Ганти и заметила вокруг его тела лужу крови. Господи! Да ведь бедняга может умереть от потери крови, а она даже не удосужилась осмотреть его и перевязать!

— Точно не знаю. Посмотрите, что моэкно сделать, прежде чем тащить дальше, только поскорее.

Маупин молча приблизился к Ганти и склонился над ним, а Козак, оставшись на посту у дверей, продолжала в душе награж­дать себя нелестными эпитетами.

Через несколько секунд Маупин тяжело вздохнул:

— Дело дрянь, лейтенант. Я ничем не могу ему помочь. Нужен врач, и немедленно.

Нэнси оглянулась на раненого, размышляя, что делать даль­ше, потом убрала пистолет в кобуру и взяла в руки винтовку.

— Понимаю, сержант Маупин. Забирайте Ганти, а я вас при­крою. Если к тому времени, когда доберетесь до своего отделе­ния, противник не начнет стрелять, ступайте дальше, не оста­навливаясь. Я заберу ваших людей и двинусь следом. Есть вопро­сы?

— Вопросов нет, лейтенант. Только повремените немного, дайте приготовиться.

Маупин закинул винтовку за спину и нагнулся. Схватив Ганти за руку, он приподнял его, перебросил через плечо и объявил, что готов.

Держа оружие наготове, лейтенант приказала Маупину идти. Сержант пригнулся и побежал вперед.

"Сделать несколько выстрелов наугад, чтобы мексиканцы по­спешили укрыться, или лучше подождать и ответить прицель­ным огнем после того, как они начнут стрелять, и тем самым обнаружат себя?" — размышляла Козак. Но она не успела при­нять никакого решения. Маупин с Ганти на спине скрылся из вида.

Медленно считая до десяти, Нэнси стояла на месте, оглядывая улицу и ожидая реакции неприятеля на появление Маупина. Так ничего и не дождавшись, она выскочила из дома и помчалась туда, где оставалось первое отделение.

Солдаты, которых Маупин успел предупредить, уже ждали ее.

— Первое отделение — на улицу и к реке! — крикнула Ко­зак, пробегая мимо.

Когда бойцы первого отделения высыпали из дома, где они скрывались все это время, Нэнси остановилась посредине улицы и оглянулась назад, ища взглядом преследователей. Теперь они с врагом поменялись ролями: совсем недавно ее взвод явился сюда в погоне за мексиканцами, теперь же они сами превратились в преследуемых. Обернувшись к своим людям, она приказала им спешно отступать. Только когда топот сапог стал удаляться, она повернулась и побежала следом, дыша открытым ртом и одно­временно стараясь, чтобы в него не попадала кровь из сломан­ного носа.