Гарольд Койл - Крещение огнем

— Куда поехал белый фургон?

Убедившись, что все происходит наяву, полицейский махнул рукой в сторону реки:

— Они пытались пересечь реку вброд. Фургон застрял, а они пешком смылись в Мексику.

Оглядев реку, Козак увидела белый фургон, который, с рас­пахнутыми настежь дверцами, стоял в воде на середине Рио- Гранде. Она тяжело вздохнула: противник оставил их с носом. Но делать было нечего. Она спустилась вниз и переключила ра­цию на командную частоту. Придется сообщить командиру пло­хую новость.

Расхаживая взад-вперед в попытке унять злость и нетерпение, Уиттворт услышал вызов лейтенанта Козак как раз в тот миг, когда санитары снимали с капота его "хамви" тело Бриско. Не обращая на них внимания, капитан подбежал к машине и схва­тил микрофон. Включив его, он ответил на вызов, используя свои обычные позывные — Альфа-6.

— Альфа-шесть, говорит Альфа-тридцать шесть. Мы пресле­довали белый фургон. Они бросили машину и ушли пешком. Мы прекратили погоню и...

Услышав, что взвод Козак прекратил погоню только потому, что мексиканцы ушли пешком, Уиттворт пришел в бешенство. Не успела лейтенант закончить рапорт, как Уиттворт, изо всей силы надавив кнопку передачи, заорал в микрофон:

— Вы что, спятили, Тридцать шестой? Спешивайтесь к чер­товой матери и дуйте за ними. Прием.

Включив переговорный рычажок шлемофона, Козак даже вздрогнула, когда из рации загремел голос Уиттворта. Из слов командира она поняла только одно: приказано продолжать по­гоню. "Наверное, он не понял, что мексиканцы ушли за реку, в Мексику", — решила Козак. Снова включив рацию, она попы­талась объяснить командиру реальную обстановку.

— Альфа-шесть, говорит Альфа-тридцать шесть. Я думаю, вы не разобрались в ситуации. Прием.

Ответ Козак лишил Стэнли последних остатков самооблада­ния. Сжав микрофон в руке так, будто он хотел его раздавать, капитан взревел еще громче:

— Говорит Альфа-шесть. Живо поднимайте задницы и дого­няйте этих ублюдков. Без них не возвращайтесь. Конец связи.

С этими словами Уиттворт бросил микрофон на сиденье "хам­ви", круто повернулся и стремительно зашагал прочь, желая на ком-нибудь сорвать свою злость.

Лейтенант Козак все еще пыталась вызвать капитана по ра­ции, когда рядом остановилась "Брэдли" сержанта Риверы. Сняв шлемофон, она крикнула сержанту:

— Вы слышали, что сказал командир?

Ривера кивнул.

— Да, слышал. Что будем делать, лейтенант?

— По-моему, он не понял, что мексиканцы ушли за реку.

Опустив глаза, Ривера задумался, потом с сомнением взглянул на Козак:

— Как он мог не понять? Ведь все эти полицейские тоже преследовали фургон. А с ними был помощник шерифа. Нет, он наверняка в курсе. Иначе разве он дал бы нам приказ продол­жать преследование? А потом, разве в правилах ведения боевых действий ничего не сказано о преследовании противника в кри­тических ситуациях?

"Он прав, — подумала лейтенант Козак. — В правилах бое­вых действий об этом и впрямь что-то говорится. И если я точно не помню, в чем суть, то уж Уиттворт наверняка помнит. Иначе он не приказал бы нам продолжать погоню". Ни она, ни Ривера почему-то не додумались спросить помощников шерифа, кото­рые только-только пришли в себя от внезапного вторжения двух "Брэдли", есть ли какие-нибудь вести от того человека, который осуществлял связь с капитаном. Вместо этого Козак согласилась с доводами сержанта. Оглядев противоположный берег, она ре­шила поступить так, как приказал ей командир.

— Сержант Ривера, пусть пехота первого и второго отделе­ний построится на берегу. Будем преследовать их пешком.

Спустившись в машину, Козак взяла винтовку и каску. При этом она велела Тайсону оставаться в машине и держать связь, хоть тот и без нее знал свои обязанности. Как-никак, он — старший сержант, а не "зеленый" новобранец. Иногда он злился, когда лейтенант лезла не в свое дело. Можно подумать, она ему не доверяет и постоянно напоминает, что он должен делать. Хоть Тайсон и знал, что большинство новоиспеченных лейтенантов страдает таким же недостатком, легче от этого не было.

Выбравшись из машины, Козак поспешила к берегу, где Ри­вера уже строил отделения. Быстро измерив взглядом ширину реки, она решила, что перебраться на другую сторону будет не особо сложно. Из-за летней суши уровень воды упал, и поеере- дине виднелись песчаные отмели, которые облегчат переправу. На мгновение лейтенант задумалась: не оставить ли Риверу с машинами? По идее, так и надо было бы поступить. Во взводах механизированной пехоты взводный сержант обычно оставался с бронетранспортерами, а командир вел пехоту в бой. Но в сло­жившейся ситуации Козак решила, что будет лучше, если она возьмет Риверу с собой. Машинам ничего не угрожает, а люди будут чувствовать себя в бою увереннее, если с ними будет Риве­ра, — это она знала наверняка.

Вдруг сердце лейтенанта сжалось. До нее только что дошло, что они вот-вот .вступят в настоящий бой. Они собираются с оружием в руках пересечь государственную границу, преследуя вооруженного противника. И это — не учения, здесь все бу­дет взаправду. Вместо луча лазера полетят настоящие пули. Выйдя на берег, Козак оглядела построившиеся отделения. Все взгляды устремились на нее, и она их выдержала. Правда, поскольку боль­шинство солдат были выше нее ростом, ей пришлось задрать голову. Впрочем, это не имело никакого значения — все ждали ее приказа. Даже Ривера, понимая всю серьезность момента, молчал. Конечно, у него было что сказать солдатам, но загово­рить в такую минуту — значило подорвать авторитет командира. "Вот и настал решающий момент, — поняла она, — "момент истины", как пишут в книгах".

Отбросив все сомнения, Козак приказала первому отделению развернуться в шеренгу и следовать за ней. Потом, обратившись к Ривере, велела ему двигаться следом, вместе со вторым отделе­нием, ведя наблюдение. Штаб-сержант Роджер Маупин послуш­но развернул своих солдат в шереніу, и лейтенант Козак повела их к мексиканскому берегу.

На войне сражаются, а в сражениях уби­вают.

Натан Бедфорд Форест

Переправившись через обмелевшую реку на мексиканский бе­рег, лейтенант Козак поднялась по крутому откосу. По гребню откоса шла полоса густого кустарника, и Нэнси, недолго думая, стала продираться через заросли. А выбравшись на открытое место, сразу поняла свою ошибку: она оказалась на виду. Впере­ди, до самых домов, видневшихся метрах в ста правее от нее, не было никакого укрытия. Несколько секунд, показавшихся ей вечностью, Нэнси стояла, прикидывая, как поступить: повернугь назад и спрятаться в зарослях или идти дальше. В кустах можно переждать, когда подтянутся оба отделения, а потом оставить второе отделение позади — прикрывать первое, пока оно будет пересекать открытое пространство. Тактически такое решение будет разумным и правильным. Был и другой вариант: дождав­шись первого отделения, сразу идти вперед. Это позволит хотя бы частично наверстать упущенное время, но чревато риском. Если первому отделению придется принять бой на открытой ме­стности, пока второе еще не взберется на откос, сержант Ривера со своими людьми не сможет их прикрыть.