Елена Караваешникова - Офицеры

Вилла, предоставленная президентом Агильерой под штаб-квартиру русской военной миссии, была красивым зданием, выстроенным в английском колониальном стиле. По распоряжению Советника кофе и напитки подали на парадную лоджию, расположенную над главным входом. Полосатый тент защищал ее от палящих лучей солнца.

Аль-Хаадат подошел к бару-тележке. Он открыл серебряный термос со льдом, бросил в бокал несколько прозрачных кубиков и плеснул изрядную порцию неразбавленного виски.

— Я рассчитывал, что вы поедете вместе со мной, господин Ширяев. — Аль-Хаадат отпил немного виски. — Меня предупреждали, что генерал очень вспыльчивый и плохо прогнозируемый человек. Как видите, я рискнул прилететь сюда. Но я хочу иметь некоторые гарантии, прежде всего своей безопасности и того, что сделка вообще состоится. Такой гарантией может быть ваше участие в первой встрече. Естественно, ваши посреднические услуги будут соответствующим образом вознаграждены.

— Я не оказываю услуг в частных сделках, господин Аль-Хаадат, и, кроме того, мое участие в вашем визите к генералу Агильере может вызвать ненужные вопросы у службы госбезопасности президента. Через час я должен быть на приеме у президента. Как видите, в любом случае я не смог бы с вами поехать.

Когда Аль-Хаадат смотрел в глаза Советника, у него возникало странное впечатление: он словно смотрел в зеркало и видел только свое отражение, но при этом появлялось чувство, что на него пристально смотрят из темной комнаты. Опытный делец, Аль-Хаадат подозревал, что роль русского в сделке гораздо важней, чем он хотел это представить, демонстрируя свою слабую заинтересованность. И действительно, чутье его не обманывало. С предложением купить в Сантильяне партию «Калашниковых» и РПГ-7 на Аль-Хаадата вышел агент Советника, человек, имеющий официальную лицензию на торговлю оружием. Ширяев устроил эту «свадьбу», но он не собирался держать свечу над брачным ложем. Без его согласия тут все равно ничего бы не сложилось.

— Генерал просил меня позаботиться о вашей безопасности, — сказал Советник. — Кроме взвода национальных гвардейцев вас будут сопровождать мои сотрудники. За местных я не поручусь, но мои парни вытащат вас из любой заварушки.

— Кто эти люди?

— Сейчас увидите, — ответил Советник, услышав, как к вилле подъехала машина.

Аль-Хаадат подошел к перилам. Внизу он увидел светло-коричневую «тойоту» с низким, плоским кузовом, очень смахивающую на инкассаторский автомобиль. На ее борту была эмблема с надписью «Аntiterrorism security team». Из «тойты» вылезли двое белых парней.

Это были Ставр и Шуракен. Тропический камуфляж и экипировка делали их до черта похожими друг на друга.

— Такие машины, как эти парни, производятся по индивидуальным проектам, и любой из них стоит не меньше танка, — заметил Советник, подойдя к ливийцу.

— Вот как? — Аль-Хаадат просканировал спецов цепким и опытным взглядом торгаша, оценивающего любой объект с точки зрения его стоимости. — Кстати, мои клиенты интересуются такими комман-дос. Им нужны инструкторы и военные советники в тренировочных лагерях.

— Я понимаю проблемы ваших клиентов, но я уже сказал, что не оказываю посреднических услуг и связей с торговцами наемниками у меня нет. — Ледяной тон Советника демонстрировал Аль-Хаадату, как неуместно и даже оскорбительно было предполагать, что у него имеются контакты с вербовщиками. — Что же касается моих людей, то они российские военнослужащие, а не солдаты удачи.

— О, конечно, конечно! Я не имел в виду. ничего подобного, — горячо заверил его Аль-Хаадат. — Но поймите меня правильно, в последнее время русские специалисты охотно остаются работать за границей, если им предлагают выгодные контракты.

— К сожалению, это так. Опытные профессионалы становятся жертвами сокращения армии, разочаровываются в будущем и соглашаются на любые предложения. Я надеюсь, что, когда политическая обстановка стабилизируется, правительство примет правильное решение. А пока я все же прошу вас не пытаться соблазнять моих людей нефтедолларами ваших клиентов, — усмехнулся Советник.

Он смотрел на стоящих возле бронированной «тойоты» спецов. Его отношение к ним было крайне неоднозначным. У Советника имелась масса возможностей использовать их в своих интересах. Но парни с самого начала заняли крайне жесткую и несговорчивую позицию. Если б они немного сбавили гонор, у Советника нашлось бы для них немало интересных поручений и сотрудничество сложилось бы самым обоюдовыгодным образом. Но Ставр и Шуракен проигнорировали крайне осторожные намеки своего шефа на то, что все услуги, выходящие за рамки их служебных обязанностей, будут хорошо оплачены. Независимость спецов, конечно, сильно действовала Советнику на нервы, но у него была и другая, гораздо более важная причина для особого отношения к ним. Он знал, что эти парни — сотрудники секретного подразделения с весьма широким спектром действия. Он подозревал, что их прислали в Сантильяну не столько обучать антитеррористическую команду, сколько контролировать его самого. Он долго проверял Ставра и Шуракена — для таких дел у Советника была своя, местная, агентура, — но не обнаружил никаких признаков того, что спецы «сели ему на хвост». Но то, что спецы, похоже, не интересовались ничем, кроме своих основных обязанностей, не успокоило Советника на их счет. В любой момент они могли получить закодированный приказ из Москвы и тут же вцепились бы ему в горло как овчарки. При таком обороте дела Советник без особых усилий устроил бы мерзавцам по пуле в затылок во время очередной боевой операции. Но пока до этого не дошло, он предпочитал найти способ использовать их в своих интересах, а не отчитываться за два трупа.

Аль-Хаадат налил себе еще порцию виски. На трезвую голову у него, пожалуй, не хватило бы духа пуститься в опасное путешествие по кипящему, как адский котел, городу, население которого постоянно сражалось против правительства и устраивало кровавые разборки между собой. Захват заложников и сжигание из огнеметов жилищ вместе с их обитателями были обычной тактикой недовольных правительством групп, возглавляемых бывшими военными и уволенными чиновниками. Но особенно свирепыми были схватки между представителями различных кланов, а проще говоря, бандитами.

Вернувшись из поездки в лагерь Вигоро, Ставр узнал, что Советник приказал им с Шуракеном сопровождать какого-то типа в резиденцию верховного главнокомандующего республики генерала Агильеры. Все, что было связано с Советником, вызывало сейчас у Ставра приступы бешенства. Вначале он собрался ехать в том виде, в котором вернулся с полевых учений, выражая таким образом свое неуважение к Советнику и его приказам. Но потом он решил, что офицер, представляющий великую державу, не имеет права выглядеть как бандит.