Сергей Соболев - Танго втроем

— Даже не «пять», а «пять с плюсом»! — услышал он голос за спиной. — Молодец, Андрей, хорошую вы идею подали. Не оборачивайтесь! Мне нужно немного загореть, тогда буду чувствовать себя человеком…

Бушмин усмехнулся про себя. Вот тебе и «стресс»… Нет, природу женской души постичь невозможно, воистину они люди с другой планеты.

— У вас татуировка на предплечье… Это ястреб? Нет, нет, это кондор… Мощная птица и очень красивая. Летает высоко-высоко, где-то среди снежных вершин…

— Детские шалости, — поморщился Бушмин. От легкого прикосновения женской ручки к предплечью у него даже кожа мурашками покрылась. — Давно хотел свести, да все недосуг.

— Давайте сядем спина к спине, — предложила Розанова. — Только, чур, я буду на солнечной стороне!

— Хорошо, — с улыбкой сказал Бушмин. — Я согласен быть вашей тенью.

Он почувствовал прохладное прикосновение женской кожи, ее рука лежала рядом с его рукой, периферийным взглядом он увидел круглую гладкую коленку, но она тут же исчезла из виду.

— Вот так, шалашиком… Вы тоже обопритесь на меня, не бойтесь, не раздавите, я сильная…

Они помолчали немного, думая каждый о своем, потом Розанова поинтересовалась:

— Андрей, посоветуйте, как мне лучше добраться до Питера? У меня нет ни денег, ни документов… Есть, конечно, в городе знакомые, да и дома какие-то деньги остались, но я боюсь туда возвращаться.

— Деньги есть, — сказал Бушмин. — Документы появятся уже в скором времени. Правда, паспорт будет оформлен на чужую фамилию, но фото там будет ваше.

Предваряя вопросы, он пояснил:

— Поймите, Лена, дела обстоят очень серьезно. Я не хочу вас пугать, к тому же здесь вы среди друзей, в безопасности. Но нужна сугубая осторожность! Благополучно доберетесь в Питер, обнимете своих родственников, тогда сможете слегка расслабиться. Документы, которые я вам передам — это будут надежные документы, — понадобятся вам только для того, чтобы добраться до Питеpa. Потом вы их сразу уничтожите, и дело с концом! А свои документы восстановите несколько позже… Впрочем, мы еще поговорим об этом.

— А как я доберусь до Питера?

— Самолетом. Но не из К., а из Паланги. Оттуда два раза в неделю летает самолет в Москву и один раз в неделю, по субботам, в Санкт-Петербург.

— Четыре дня осталось?

— Даже меньше, самолет вылетает в четверть второго. Пересечь границу здесь не составит труда, к тому же, повторяю, у вас будут надежные документы, включая заграничный паспорт.

— Это, наверное, стоило вам больших денег? Андрей» я все верну, только надо договориться — куда и каким способом я должна буду перевести вам необходимую сумму.

Заметив, что Андрей отстранился, она быстро произнесла:

— Я вас, кажется, чем-то обидела? Извините, денежный вопрос всегда ставил меня в неловкое положение. Не будем сейчас об этом, как-нибудь при удобном случае, а сейчас такой прекрасный день, не хотелось бы его портить…

Их спины воссоединились, Бушмин ощутил затылком легкое касание женских волос.

— Я ведь, Андрей, в сущности, ничего не знаю о вас… Да, вы спасли меня, выручили из беды и сейчас помогаете, спасибо вам за все… Но вы, извините, свалились как снег на голову! Я не знаю, кто вы, чем вы занимаетесь, даже фамилии вашей и то не знаю.

Хотя, по правде говоря, догадываюсь…

— Кхм… — Бушмин прокашлял горло. — Лена, не знаю, правильно вы меня поймете или нет, но у меня к вам будет одна-единственная просьба.

— Какая? — оживилась девушка. — Для вас, Андрей, я готова… на многое.

— Не расспрашивайте меня ни о чем. Договорились?

—Но…

— Вам тоже необязательно раскрывать передо мною душу. Если считаете нужным что-то рассказать, к примеру, если вам нужен совет, я к вашим услугам. Если считаете нужным что-то скрыть, вы имеете на то полное право… Поймите, я вас нисколько не интригую. Я просто пытаюсь найти выход. Не уверен, что поступаю правильно, но это уже мои проблемы.

Он почувствовал легкое пожатие, возможно, ему это только показалось.

— Андрей, вы знаете… я убила человека.

— И правильно сделали, — хмыкнул Бушмин. —Постарайтесь выбросить ту историю из головы. Не нужно из-за этого переживать, к счастью, вы выбрали тогда единственно верный способ.

— Вы разбираетесь в законах? Меня не посадят?

Бушмин рассмеялся в голос, хотел обернуться, забывшись, но девушка погрозила ему пальцем и вернула в прежнюю позицию.

— Сорок пятая статья Конституции России, — чеканя слова, произнес Бушмин. Когда он устраивался на работу в «Балтию», его заставили вызубрить «нормативные акты». — Дословно не помню, но смысл ее таков: каждый гражданин имеет право защищать свои интересы и жизнь, само собой, любыми способами. Мало того, такие действия, как в вашем случае, признаются общественно полезными. Примерно то же самое говорится в Уголовном кодексе. Так что беспокоиться в данном случае вам совершенно не нужно.

Если он и лукавил, то немного. В УК и законе РФ «Об оружии» прописан ряд ограничений. Сказано, например, что оружие должно находиться у обороняющегося на законных основаниях. «Вальтер», из которого Розанова приговорила киллера, явно нигде не зарегистрирован. Но, во-первых, все равно это случай самообороны, во-вторых, Розанову постарались «отмазать» сами сотрудники милиции, а в-третьих, самое главное, «вальтер-ППК» с подачи Филина и при непосредственном исполнении Бушмина утоплен в болоте.

— Это все из-за Казанцева! — в сердцах сказала Розанова, понимая при этом, что она явно несправедлива к банкиру. — И что ему от меня нужно?!

— Из-за Казанцева, говорите? — задумчиво переспросил Бушмин. — В этом что-то есть…

— Вы его знаете?! — На этот раз сама Розанова нарушила «статус-кво». Она развернулась лицом к Бушмину, затем, чуть покраснев и прикрыв рукой полупрозрачный бюстгальтер, переспросила: — Вы его хорошо знаете? — — Самую малость, как и все, впрочем, в нашем городе.

— Отвернитесь, я хочу одеться, — скомандовала молодая женщина. Примерно через минуту последовала еще одна реплика: — Все, можете… смотреть.

Она легла на спину, сцепив кисти рук на затылке, и стала смотреть в бездонное, наливающееся густеющей синевой небо. Солнце уже стало клониться к кромке горизонта, и, хотя ощущалось приближение вечера, было еще тепло, над округой стояла звенящая тишина.

— Я вас где-то раньше видела. И вот-вот вспомню, тогда будете У меня знать, эдакий вы таинственный…

Она похлопала ладошкой по покрывалу —что же вы, Андрей, ложитесь, мол, рядышком, будем вместе всматриваться в бездонные просторы.

Бушмин натянул джинсы, тоже улегся на спину, забросив руки за голову.

— Как вас угораздило с ним… познакомиться? Впрочем, если не хотите, можете не рассказывать.