Богдан Сушинский - Правитель страны Даурия

То есть атаман Семёнов делал все возможное, чтобы план «Оцу» хоть в какой-то степени начал осуществляться, но, увы!..

– Штаб Квантунской армии не может начать наступление, пока не будет получен приказ, – вновь перехватил инициативу Куроки.

– Но этого приказа, судя по всему, так и не поступит. А война с германцем вот-вот закончится, в соболях-алмазах, – ожесточился Семёнов. Коль уж эти япошки решили наступить на его душевные мозоли, пусть выслушают все, что он о них думает.

– Война может закончиться еще раньше, чем вы предполагаете, может закончиться… [47] Реальные факты. Японцы не только предпринимали попытки уговорить руководство рейха заключить сепаратный мир с Россией, но и предлагали свои посреднические услуги. Эти дипломатические усилия японского правительства ставили в очень невыгодное положение штаб Семёнова. Атаман понимал, что предметом торга неминуемо станет и его армия. – Прим. авт. , – Судзуки-Куроки оставался верным своей привычке повторяться.

– Еще бы! Ваш министр иностранных дел Сигемицу постарается. Вместо того, чтобы навалиться на Дальний Восток и, пока большая часть советских войск увязла в сражениях на Западном фронте, диктовать здесь свою волю, господин Сигемицу все пытается убедить Гитлера, что ему во что бы то ни стало следует заключить с коммунистами почетный мир.

– Да, почетный мир… – Судзуки то ли подтвердил, то ли переспросил, главком так и не понял.

– Какой офицер Русской освободительной армии способен осознать такое? И как я могу объяснять это своему воинству? Но объяснять-то все равно должен, в соболях-алмазах.

Переводчик и полковник Исимура мрачно переглянулись, но лица их продолжали оставаться непроницаемыми. «Будь на их месте русские, они бы уже выматерили меня и выставили», – растолковал смысл их мрачности генерал. Однако это его не остановило.

– Кстати, мне хорошо известно, что в Германию со специальной миссией отбыл контр-адмирал Кодзима [48] Контр-адмирал Кодзима являлся командиром японского крейсера и прославился во время морского сражения за Сингапур. В Германию он прибыл в 1943 году и оставался там почти в течение года, но к фюреру допущен так и не был. Об этом сохранилось письменное свидетельство. – Прим. авт. , – решил «добить» их своей информированностью Семёнов. – Поэтому я не удивлюсь, узнав, что он запросил унизительного мира.

Эти сведения контрразведчикам Фротова удалось заполучить из разговора под пьяную руку двух японских генералов. А потому Семёнов не сомневался, что информация секретна и должна произвести на квантунцев должное впечатление.

– Контр-адмирал Кодзима действительно был послан в Германию для переговоров с фюрером, – признал капитан, крайне удивляясь тому, что Семёнову известно об этой акции. – Почему это вас тревожит?

– Потому что японский контр-адмирал прибыл в рейх не для того, чтобы развивать военное сотрудничество с германским флотом, а для того, чтобы предлагать себя в качестве посредника в налаживании контактов между фюрером и премьер-министром Сигемицу.

– Для этого существует посол Японии в рейхе.

– Премьер-министр не желает вмешивать посольство в эти переговоры, они должны быть неофициальными. Причем смысл их заключается в том, как я уже сказал, чтобы убедить фюрера помириться с Россией. Это сразу же превратило бы в союзника России и саму Японию, превратив русско-маньчжурскую границу в мирный тыл.

Семёнов умолк, прекрасно понимая, что сказал слишком много лишнего. Но японцы по-прежнему смотрели на него невозмутимо, ожидая, может, он добавит что-то ещё. Прошло не менее двух минут, прежде чем Судзуки вновь заговорил:

– Контр-адмирал прибыл в рейх на подводной лодке еще в прошлом году, он прибыл… Теперь вы знаете все. Более того, знаете от нас, господин Семёнов. Нам бы нее хотелось, чтобы мы когда-либо возвращались к этой теме, нам бы не хотелось…

– Вообще когда-либо, – проворчал Исимура, оставаясь крайне недовольным претензиями командующего. Как шеф разведки Квантунской армии он чувствовал себя ответственным за то, чтобы русские генералы, нашедшие приют в Маньчжурии, всегда четко знали свое место и не смели того, чего вообще, в принципе, не имели права сметь.

– В этом мире не все происходит так, как хочется императору, – миролюбиво свел на нет остроту ситуации Судзуки. – Мы же должны молиться, чтобы императору всегда хотелось того же, чего хочется Богу…

– …В соболях-алмазах! – сорвалось в поддержку этого монашеского нравоучения у Семёнова.

– Советовал бы вам прочесть статью бывшего военного министра, генерала Араки, в армейском журнале «Кайдзо». Она называется «Миссия Японии в эпоху Сёва» [49] «Эпохой Сёва» в японской историографии именуется период правления императора Хирохито. Такая статья военного министра Араки в армейском журнале «Кайдзо» действительно была опубликована, а затем горячо поддержана японским офицерским корпусом. – Прим. авт. . Перевод её на русский будет предоставлен вам адъютантом господина Исимуры.

– Мне известно, что именно эта статья легла в основу современной военной доктрины Японии. Много слышал о ней, но, признаюсь, не читал, поскольку в иероглифах ваших все еще не силен.

– В основу военной доктрины она легла вместе с меморандумом известного дипломата Сиратори, – вежливо напомнил Судзуки-Куроки. – Кстати, текст его на русском языке вы тоже получите.

– Премного благодарен, – не без иронии процедил атаман, удивляясь тому, что союзники вдруг принялись просвещать его по военно-политической части.

Атаман так и не уловил, по какому хитрому знаку капитана полковник Исимура понял, что он здесь лишний. Но тот вдруг неожиданно поднялся и, вежливо откланявшись, оставил двух генералов тет-а-тет.

– Господин полковник Исимура утверждает, что его разведке не известны подробности похода ротмистра Курбатова, наиболее важные его факты и события.

– Уже полковника Курбатова, – уточнил Семёнов, все еще не мог простить укола по самолюбию, полученного в самом начале разговора.

Появилась официантка с подносом, сервированным для чайной церимонии. Мельком ощупав её взглядом, командующий самодовольно признал, что этой лошадинолицей далеко до его красавицы Сото. Но сразу же подумал о том, что еще одна ссора – и его «япошка» может исчезнуть навсегда.

«Когда же это кончится?! – мысленно возмутился он. И тотчас же объяснил себе: «Только, когда боги начнут сверять свои желания с желаниями его величества императора Страны Даурии Семёнова. Но тогда вновь возникает вопрос: когда же это настанет?».

– Скажите, атаман, – спросил Судзуки, – вам известны подробности рейда маньчжурских стрелков Курбатова: что за нападения он совершал, откуда и какие эшелоны пускал под откос, где отсиживался после операций и с кем контактировал?