Сергей Самаров - Ликвидация Докхантера

– А вторая?

– По идее, должна быть середина между первой и третьей. Просто помешательство. Возможно, буйное, если генерация получится сильная. До испытания сказать трудно.

– Всего сколько градаций?

– Четыре.

– Значит, четвертая…

– Моментальная смерть. Разрыв сосудов головного мозга.

– А ширина удара?

– От полуметра до десяти метров. Все зависит от фокусировки. Причем достаточно, чтобы направленный электромагнитный луч попал в пятку, чтобы лопнули сосуды в голове. Но чем шире охват луча, тем короче дистанция. На полуметровой ширине мы можем поражать противника в пятистах метрах гарантированно, на максимально широком охвате теряется уже более восьмидесяти метров дистанции.

– А защита? Например, броня.

– Не спасет. Спасет только полнопрофильный окоп, в который следует лечь на дно.

– Вот нам бы такое оружие чуть раньше! – ударил себя по коленке генерал. – Когда основные наши политические противники были в зоне досягаемости. Тогда никаких нынешних событий не было бы.

– Тогда меня не приглашали к вам в помощь, генерал, – улыбнулся Докхантер. – А сейчас попрошу вас всех национальных гвардейцев вернуть в кузов грузовика. Объясните им, что высовываться из-под тента опасно для жизни, и особенно для ума.

– Это, в самом деле, опасно?

– Нет. Опасность только в том, что они могут начать болтать о том, что увидят. Поэтому в целях их же безопасности им лучше ничего не видеть.

– Я оставлю с нами только офицера. Он человек надежный, и он мне нужен.

Пока полковник объяснял Балану возможности магнитного резонатора и давал предупреждения, пока генерал распоряжался нацгвардейцами, не слишком, кажется, любящими выполнять приказы, майор Лукаш переехал на новое место и сдвинул люк в крыше внедорожника. Его помощник тут же поднял ствол пушки-резонатора над крышей. Но этот ствол был пока в чехле, и ничего никому не говорил о своей сущности.

– Капитан, вызывайте солдат, – распорядился полковник.

Работа началась. Осталось ждать.

Полковник сходил к внедорожнику и вытащил из кабины свой бинокль. Вернувшись на прежнее место, откуда открывался обзор не только на простреливаемую зону, но и дальше, начал рассматривать дорогу в ожидании двух человеческих фигур. Но фигур все не было.

Ожидание затянулось. Наконец эти фигуры показались вдали. Они шли и постоянно поглядывали налево, в сторону позиций сепаратистов. Должно быть, определяли место, которое требовалось перебежать.

– Ник, нам надо готовиться, – произнес полковник и двинулся к внедорожнику…

До позиций батальона Стерха добрались теперь уже быстро и без задержек. Иван Иванович снова ехал впереди, и пулемет на его «Тульчанке» грозно посматривал стволом вперед, словно предупреждая о готовности начать стрельбу в любой момент. Да и «волкодавы» теперь были в полной боевой готовности и могли при необходимости в любую секунду остановиться, покинуть машины, рассыпаться и принять бой. При этом автомобильные стекла ничуть не мешали им контролировать обстановку вокруг. Но других диверсионно-разведывательных групп, к счастью «волкодавов» или же к счастью диверсантов, поблизости не оказалось.

Штаб батальона, куда группа держала путь, располагался в вытянутом бараке. Над входом, как и полагается, висел флаг ДНР. Перед входом, наполовину скрытая земляной насыпью, стояла боевая машина пехоты с обгоревшей краской на башне. Ствол башни и спаренный с ним пулемет прикрывали все подъезды и подходы к штабу. Комбат Стерх встретил боевую группу «волкодавов» на улице, выглядел довольным, но держал себя сдержанно и по-деловому, каждому пожал руку и вопросительно посмотрел на Лесничего:

– Мне сказали, что времени у вас в обрез, поэтому в сам штаб даже не приглашаю, чая у нас все равно нет. Сразу поедем на рекогносцировку или будете благоустройством базы заниматься?

– Поехали на рекогносцировку, – решил Сергей Ильич. – Это далеко от ваших позиций?

– Если помнишь, сплошной линии фронта у нас, согласно традиции, не имеется. Не держим такую роскошь. Людей не хватает ни у нас, ни у «укропов». Где противник стоит, напротив – мы. Где мы стоим – напротив противник. И все время пытаемся попеременно в промежутки пролезть. То мы пытаемся, то они. Иногда получается. Когда диверсионно-разведывательными группами, когда боевыми частями. С разным уровнем успеха. У нас лучше получается боевыми частями. «Укры» как полезут, то в очередной «мешок» попадают, а то и в настоящий «котел». С тактикой у них нелады. А вот диверсионно-разведывательных групп у них больше. Нас они беспокоят, нельзя не признать. А больше беспокоят мирных жителей. Нам нужно осмотреть место как раз между частями украинской армии и батальоном «чернорубашечников». Ни те, ни другие туда не суются. Но беда в том, что обычно все незанятые войсками участки простреливаются снайперами. С двух сторон. Это обычная тактика и для них, и для нас.

– Снайперы… Значит, возьмем с собой охотника на снайперов. Величко!

– Готов, командир. Винтовка с собой. Патронов хватит и на себя, и на батальон останется.

– Мы поедем, а остальные займутся благоустройством. В теплое помещение всегда приятно возвращаться. Хотя сейчас и не морозит, а сырость тоже не в радость. Есть здесь кому показать, где группе устроится?

– Покажут. Ивана Ивановича мы с собой возьмем. Он с вами привык работать, сам просился. Да и обстановку он знает лучше меня. Будет при необходимости советовать и поддерживать.

Лесничий развернул карту, но Стерх, коротко взглянув в нее, достал свою.

– У меня здесь обозначена вся дислокация, и наша, и «укров». Это нагляднее. Иван Иванович со своим взводом постарался, от мест дислокации до численности личного состава разузнал.

Иван Иванович Иванов, приехав из Канады на Донбасс воевать, набрал себе во взвод разведки таких же, как и он сам, казаков из разных казачьих войск: и запорожцев, и дончаков, и кубанцев, и даже, как он сам говорил с гордостью, далеких от места событий яицких и даурских [26].

Лесничий все это уже знал, потому не задавал вопросов.

– С твоего разрешения, я твои данные на свою карту переброшу, – сказал он. – Все данные мне не нужны, только один маленький район, где нам вертеться предстоит.

Дело много времени не заняло. Работал Лесничий, распахнув дверцу микроавтобуса и положив карту на сиденье. Иващенко на правах водителя зажег в салоне свет, поскольку на улице уже начинало смеркаться.

Завершив работу, Лесничий обратился к комбату:

– Карта картой, а знание местности лучше. Где посоветуешь снайпера разместить? Чтобы его не достали, но он кого следует достал.

Стерх сразу ткнул пальцем в карту:

– Место, правда, заметное издали – колокольня неработающей церкви. Но далеко от линии «укропов». Их снайперы не достанут. Боюсь только, они начнут артиллерию против Величко применять. У них против нас две «Мсты-Б» [27]стоят. Эти заразы на двадцать девять километров лупят. Могут и колокольню развалить. Если попадут, конечно… Они обычно по площадям работают. А площадь для попадания у них – сторона света.