Сергей Соболев - Моякрыша - Кремль

— А ведь неплохо пока у нас получается, — неожиданно сказал Юрий Николаевич, когда они выехали на проселок. — Не знаю, что там замыслили коллеги, но мы, дорогой Лещенко, явно вырвались вперед.

Круглый, с подсветкой, циферблат уличных часов возле станции метро "Братиславская" показывал без четверти девять вечера.

Синий "Фольксваген Пассат", за рулем которого сидел мужчина лет тридцати двух, одетый в костюм серой казенной расцветки, — куртку и портфель он определил на заднее сиденье машины, — миновав кольцо возле "Братиславской", свернул в глубь жилого массива, стоящего из разноцветных панельных и монолитных многоэтажек. Владелец "фолькса" возвращался домой после напряженного трудового дня, большую часть которого он провел в своем служебном кабинете в здании на Лубянской площади. Когда он свернул в проезд, который вел к четырехподъездному двенадцатиэтажному дому, во дворе которого он обычно парковал свою машину, в корму "Пассата" вдруг "тюкнула" другая легковушка. Водитель ее был то ли пьян, то ли слеп от рождения (иными причинами случившееся было трудно объяснить).

— Мать вашу! — выругался мужчина, ставя машину на ручник. — Что еще за дебил нашелся на мою голову?!

Он вышел из машины. Косо посмотрел на светлую "десятку" с разбитой левой передней фарой, водитель которой, ясное дело, являлся виновником этого досадного ДТП. У его "Пассата" тоже был разбит весь левый задний "пакет", но других серьезных повреждений на первый взгляд он не обнаружил.

Подошел к "десятке". Цедя под нос ругательства, постучался костяшками пальцев в стекло со стороны водителя. Стекло издевательски медленно поползло вниз. Водителем "десятки" оказалась молодая рыжеволосая женщина. Опустив наконец полностью стекло, она сказала:

— Извините меня, ради бога. Мне по сотовому прозвонили… Не знаю, как такое могло случиться… В смысле, я отвлеклась, наверное… надеюсь, вы не пострадали?

— Ну?! — процедил мужчина. — Что будем делать? Вы мне глазки не стройте! Я вам не гаишник… ты у меня не только стоимость ремонта оплатишь, но и без "прав" останешься!

— Пожалуйста, не нужно ругаться, мужчина, — мягко сказала обладательница рыжей шевелюры. — Ваша машина, наверное, застрахована? Впрочем, мы можем решить вопрос прямо на месте. Если, конечно, ваши требования не будут чрезмерными…

Сказав это, она полезла в сумочку и принялась рыться в ее внутренностях.

В этот момент к двум почти слившимся легковушкам подошел прохожий. Это был мужчина лет тридцати трех, одетый в темно синюю куртку "пилот" с капюшоном. И еще такая вот деталь: он опирался при ходьбе на трость с набалдашником и, кажется, слегка прихрамывал на левую ногу.

— Я все видел! — сказал "хромой". — Могу быть свидетелем! Да тут и так все ясно: "десятка" виновата… И к бабке не ходи! Ага, женщина за рулем?! Я так и знал! Ну?! И куда ты смотрела, дура?! Как можно было впилиться в ж…у, если все как на ладони!

— Отвали, мужик! — обернувшись на секунду к "хромому", сказал владелец поврежденного "Пассата". — Как нибудь без тебя разберусь.

— Конкретно ставь ее "на бабки", брат! — как ни в чем не бывало продолжал вещать хромой прохожий. — А ты что, рыжая, зенки пялишь?! Скажи лучше, за сколько права купила! Что?! Через таких вот, как ты, и я за малым инвалидом не стал!

— Если не хочешь стать инвалидом на всю жизнь, отойди в сторонку! — сердито произнес владелец "Пассата", после чего, чуть пригнувшись, заглянул через опущенное стекло в "десятку". — Ну что, дорогуша? Как мне с вами быть? Давайте ка для начала свои документы!

— Сейчас, вы только не ругайтесь!

Рыжеволосая молодка что то достала из сумочки, и вдруг через проем окна прямо в лицо чуть склонившемуся к ней мужчине ударила струя остропахучей эмульсии.

В это же самое мгновение его что то ощутимо кольнуло сзади, чуть пониже поясницы.

"Блин!.. — успел подумать про себя мужчина. — Что это еще за фигня?.."

Далее произошло следующее: у жертвы перехватило дыхание, ноги стали глиняными, руки — неподъемными, мгновенно, словно кто то щелкнул выключателем, пропали слух, зрение и вся "сенсорика". Впрочем, еще какое то время, очень короткое, мужчина, как бы отделившись от собственного тела, — такое случается при наркозе — видел откуда то сверху самого себя, а также рыжую и "хромого", которые теперь поддерживали его с двух боков, как будто он был пьян или находился под кайфом… Но его рвануло куда то вверх, к черному бездонному небу… и тут же в его мозгу все окончательно померкло.

Рейндж и его рыжеволосая напарница мигом подхватили владельца "Пассата" и определили его на заднее сиденье припаркованного шагах в десяти на обочине минивэна, причем вся эта сцена со стороны выглядела так, как будто их третьему товарищу вдруг стало худо или же он попросту пьян в лоскуты.

Мокрушин завел движок и быстро отъехал от места ДТП. Измайлова, игнорируя присутствие двух женщин, одна из которых держала за руку маленькую девочку, укутанную в шубку, — они шли со стороны ближнего подъезда, — села в "Пассат", передвинула вниз "ручник" (на ее руках красовались телесного цвета перчатки) и переставила чужую поврежденную машину ближе к обочине, чтобы она меньше привлекала внимание и не загораживала проезд. Взяла с заднего сиденья чужие куртку и портфель, выбралась наружу, заперев дверцы "Фольксвагена". После чего запрыгнула в "десятку" и, развернувшись, направилась вслед за минивэном в другой конец этого жилого массива.

Рейндж вскоре припарковал машину в одном из дворов. "Клиент" напоминал сейчас бесчувственное бревно, то есть вел он себя правильно. "Кажется, все прошло чики чики, — подумал Рейндж. — Вряд ли кто то обратил внимание на эту сценку. Сработали на пару с Измайловой быстро и четко!" А вообще то сейчас настали такие времена, что человека могут среди бела дня ограбить, раздеть, а то и пришить. И никто не то что не вмешается, но еще и прибавит шаг, уводя глаза в сторону, чтобы, не дай бог, не попасть в число свидетелей и очевидцев.

Мокрушин на минутку пересел на заднее сиденье. Устроил "клиента" поудобнее, приложил пальцы к его сонной артерии. Жив курилка, хотя и без сознания, в полном отрубе. Затянутой в перчатку рукой Рэйндж обшарил чужие карманы. Нашел документы: паспорт, водительские права и служебное удостоверение сотрудника УФСБ по Москве и области. Развернул чужую "ксиву", подсветил, затем пробормотал себе под нос:

— Старший оперуполномоченный… имярек… майор госбезопасности… Все сходится, все — в "цвет"!

Нарисовалась Измайлова, которая оставила битую "десятку" в соседнем дворе. Чужие куртку и портфель положили рядом с их владельцем. Рейндж еще раз проверил пульс — все путем, наркоз подействовал, как надо. Закрыли машину, поставили на сигнализацию и отошли к дальнему подъезду, откуда стали наблюдать.