Том Клэнси - Радуга Шесть

— Полагаю, где-то в другом месте больницы, — объяснил Стэнли, но ответ не удовлетворил его, потому что в течение нескольких минут динамик продолжал молчать.

Нунэну пришлось объяснять, кто он, на двух пропускных пунктах полиции, но теперь он увидел больницу. Он связался с Ковингтоном по радио, сказал, что приедет через пять минут, и узнал, что за время его отсутствия ничего не изменилось.

Кларк и Чавез вышли из автомобиля в пятидесяти ярдах от зеленых грузовиков, которые доставили к больнице Группу-1. Группа-2 выехала из базы, тоже в зеленом грузовике британской армии. Впереди ехал полицейский эскорт, расчищая путь через стоящие автомобили. Чавез держал в руке комплект фотографий известных террористов ИРА, который он схватил со стола начальника разведки. Самое трудное, понял Динг, это не давать рукам дрожать — то ли от страха, то ли от ярости, он не знал — и ему потребовалось все напряжение тренированного рассудка, чтобы сконцентрироваться на деле, а не на беспокойстве о судьбе своей жены и тещи... и своего еще не родившегося сына. Это становилось возможным, только когда он смотрел на фотографии, а не на окружающую местность, потому что он, глядя на фотографии у себя в руках, видел лица людей, которых нужно найти и убить, а зеленая трава вокруг больницы была всего лишь ландшафтом, где таилась опасность. В такое время настоящий мужчина должен забыть обо всем и сделать вид, что держит все под контролем. Теперь Чавез начинал понимать, что, хотя быть смелым и не бояться опасности, угрожающей тебе самому, достаточно просто, смотреть в лицо опасности, угрожающей тому, кого ты любишь, является совершенно иным делом, здесь твоя смелость не имеет никакого значения, и все, что ты можешь сделать... ничего. Ты зритель, и никто больше, наблюдаешь за соревнованием, в котором жизнь дорогого тебе человека находится в огромной опасности, но в этом соревновании ты не можешь участвовать. Тебе осталось одно — следить за развитием событий и полагаться на профессионализм Группы-1 Ковингтона. Одна часть рассудка говорила ему, что Питер и его парни ничем не хуже его и его собственных парней, и, если спасение возможно, они, несомненно, сделают это. И все-таки это не то же самое, когда ты находишься в центре событий, принимаешь командование на себя и сам осуществляешь правильные действия. Сегодня, немного позже, он будет снова держать в руках свою жену — или она и их нерожденный ребенок исчезнут навсегда. Его руки стиснули фотографии, обработанные на компьютере, сгибая их края, и его единственным утешением был вес пистолета, висящего в кобуре. Это было знакомое чувство, однако оно, говорил ему рассудок, бесполезно сейчас и, скорее всего, таким и останется.

— Итак, как мне называть тебя? — спросил Беллоу, когда телефонная линия снова ожила.

— Вы можете звать меня Тимоти.

— О'кей, — согласился доктор. — Меня зовут Пол.

— Вы американец, — заметил О'Нил.

— Совершенно верно, Тимоти. И те, которых вы удерживаете, тоже американские граждане, доктор Чавез и миссис Кларк.

— Ну и что?

— А то, что я думал, будто вашими врагами являются британцы, а не мы, американцы. Вы знаете, что эти две женщины являются матерью и дочкой, не правда ли? — Ему, несомненно, это известно, Беллоу знал об этом, по этой причине он и упомянул это, словно посвящая его в неизвестную информацию.

— Да, — ответил голос.

— А вам известно, что обе женщины католического вероисповедания, как и вы?

— Нет.

— Так вот, теперь вы знаете это, — заверил его Беллоу. — Спросите их. Девичье имя миссис Кларк — О'Тул, между прочим. Она американская гражданка, ирландка по национальности и католичка по вероисповеданию. Почему вы считаете ее своим врагом, Тимоти?

— Она — то есть, ее муж — я хочу сказать...

— Он тоже американский гражданин, ирландец и католик, насколько мне известно, он никогда не предпринимал никаких действий против вас или членов вашей организации. Вот почему я не могу понять, зачем вы угрожаете их жизням.

— Ее муж является сейчас главой этой банды «Радуга», которая убивает людей по приказу британского правительства.

— Нет, они совсем не такие. «Радуга» является, между прочим, организацией НАТО.

Последний раз, когда мы проводили операцию, нам пришлось спасать тридцать детей. Я тоже был там. Те, кто удерживал их, убили одного маленького ребенка, больную голландскую девочку по имени Анна. Она умирала, Тимоти. У нее был рак, но эти люди не хотели немного потерпеть. Один из них выстрелил ей в спину и убил ее. Вероятно, вы видели это по телевидению. Такой поступок не мог совершить религиозный человек — католик не смог бы сделать такое, убить маленькую девочку, умирающую от рака. А доктор Чавез беременна. Я уверен, что вы видите это. Если вы убьете ее, то как относительно ее ребенка? Это не просто убийство, если вы его совершите. Вы убьете ее неродившегося ребенка, это вроде аборта. Я знаю, что говорит об этом католическая церковь. Вы тоже знаете. И правительство Ирландской Республики тоже знает. Пожалуйста, Тимоти, подумайте о том, что вы угрожаете сделать. Это реальные люди, не абстракции, и ребенок в животе доктора Чавез тоже реальный человек. Между прочим, у меня есть что-то, что я хочу сказать мистеру Кейси. Вы еще не нашли его? — спросил психиатр.

— Я — нет, нет, он не может сейчас подойти к телефону.

— О'кей, мне нужно уходить. Если я снова позвоню по этому номеру, вы будете там, чтобы ответить на звонок?

— Да.

— Отлично, я снова позвоню вам, когда у меня будут новости для вас. — Беллоу нажал кнопку окончания разговора. — Хорошие новости. Это другой человек, молодой, не так уверен в себе. У меня есть что-то, что я могу использовать в разговоре с ним. Он действительно католик или, по крайней мере, так думает о себе. Это означает совесть и соблюдение правил. Я смогу поработать с ним, — закончил он трезво, но с уверенностью.

— Но где тот, другой? — спросил Стэнли. — Если только...

— Что? — спросил Тауни.

— Если только его нет там совсем.

— Как? — спросил доктор.

— Если только, черт побери, его уже нет. Он звонил нам раньше, но с тех пор прошло много времени, и он больше не звонил. Разве он не должен связаться с нами?

Беллоу кивнул.

— Полагаю, должен.

— Но ведь Нунэн вырубил все сотовые телефоны, — напомнил Стэнли. Он включил свое тактическое радио. — Говорит командир. Постарайтесь заметить того, кто пытается звонить по сотовому телефону. Не исключено, что у нас здесь две группы объектов.

Подтвердите прием.

— Командир, это Ковингтон, я понял вас.

— Проклятие! — проворчал Мэллой в своем барражирующем вертолете.

— Может быть, спустимся немного? — спросил Гарри-сон.