Дмитрий Черкасов - Косово поле. Балканы

— Тогда задача американцев — не дать этому случиться, — сказал Ристо.

— Точно… Соответственно, кроме проверки домов, есть еще силы, ориентированные вовне. На случай попытки прорыва группы.

— Это совсем плохо, — подытожил Рокотов. — Получается, что вокруг города стоит двойной кордон. Так что уход по суше отменяется. Не попаду в одну засаду, влечу во вторую. К тому же не следует забывать о вертолетах. Современная техника сечет человека с не скольких километров, как бы тот ни прятался. Особенно ночью… А днем идти глупо.

— Ты можешь хоть год тут сидеть, — Богдан взял свой стакан, — пока все не уляжется.

— Во-первых, не могу, а во-вторых, не найдя меня с первого раза, специалисты по борьбе с партизанами придумают что-нибудь оригинальное. Такое, к чему мы совершенно не готовы. На их стороне — опыт. Не я первый, кого они ловят в таких условиях… Слушай, а что это за база у вас в городе?

— Вертолетная. Два десятка машин и несколько сот морских пехотинцев.

— Вертолетная, говоришь? — задумался Владислав. — И большая?

— Четыре-пять квадратных километров, если ты о площади. Внутри никто из нас, как ты понимаешь, не был. Но в принципе на нее можно взглянуть с холмов.

— А видеокамера у кого-нибудь есть?

— У меня есть, — сообщил Киро.

— Сделать съемку можешь? — в гостиной на втором этаже Рокотов видел видеомагнитофон.

— Без проблем. Что нужно отснять?

— Завтра днем поснимай минут двадцать. Просто веди камеру по периметру, захватывая строения, — попросил биолог. — Мне надо знать расположение ангаров…

— Зачем? — нахмурился Богдан.

— Лист надо прятать в лесу, — улыбнулся Влад. — Где-где, а на базе они меня искать не будут.

— А что потом? — спросил Ристо. — Ну, проникнешь ты на базу, и?..

— Посмотрим. Главное — смешать им карты. Сделать нечто, к чему они совсем не готовы… Есть у меня одна задумка.

Сеймур Кларенс вывернул из за угла ангара и лицом к лицу столкнулся с сидящими на огромном ящике тремя пехотинцами. При виде сержанта рядовые вскочили и вытянулись в струнку, как заведено в Корпусе при появлении старшего по званию. Вне зависимости от места и времени суток.

— Вольно! — Кларенс махнул рукой. — Отдыхайте…

Солдаты не нарушали введенный на базе режим повышенной готовности. Просто собирались в уголке между перпендикулярных стен огромных ангаров и трепались о своем. Естественно, те, кто не был занят в карауле или на других работах. Уголок был оборудован всем необходимым для курения, включая ящик с песком и пару огнетушителей. Хотя Сеймур эту дурную привычку не одобрял, курящим пехотинцам замечаний не делал. После полугода в учебном лагере они сами были вольны выбирать, продолжать засорять легкие дымом или нет. Для борьбы с курением использовались иные методы — премии бросавшим. Каждый, отказавшийся от бумажной трубочки, набитой сухой травой, и продержавшийся испытательный месяц, получал конверт с шестьюстами долларами. Прибавка к скромной зарплате рядового более чем солидная.

Сержант отдал честь проходящим мимо патрульным и бросил взгляд на погруженный в темноту город. Уже час ночи, и только редкие огоньки виднелись на окружающих базу холмах. Завтра обычный рабочий день, так что жители давно улеглись в постели.

Кларенс передернул плечами.

В душе опять ворохнулось нехорошее предчувствие, впервые возникшее тогда, когда ему сообщили о появлении в окрестностях городка какого-то диверсанта. Сеймуру сразу не понравилось то, что неизвестный легко ускользнул от преследователей и положил десяток косоваров еще до того, как на место боя прибыли отряды македонской полиции. Он отвечал за безопасность базы и не желал, чтобы вокруг нее происходили странные события. А именно это и началось.

Пока что оставалась непонятной цель диверсанта. Или диверсантов. То ли он прибыл в Градец по своим делам, не связанным с вертолетным соединением, то ли готовится нападение на базу. Но в любом случае приказ об усилении постов отдан. Морские пехотинцы переведены на несение службы по форме «В», что означает отсутствие увольнительных в город и удваивание караула.

Ковалевский задержался в своем офисе до полуночи.

Нельзя сказать, что председатель общества «За права очередников» был занят делом. Какие могут быть дела, когда все государственные учреждения уже шесть часов как закрыты!

Просто не хотелось ехать домой.

В последние дни к неприятностям, связанным с квартирой этого Рокотова, прибавились еще и неурядицы в личной жизни. Глупая, как пробка, жена Диана обнаружила отложенные на личные нужды Николая деньги и накупила на них шмотья в дорогущем бутике на Невском. Не предупредив мужа и не подумав, что четыре тысячи долларов предназначались отнюдь не на тряпки, а на передачу в конвертике одному из чиновников городского бюро регистрации недвижимости. Теперь приходилось изыскивать деньги из других источников. Чиновник оправданий слушать не будет. Так что в ближайшие два дня Ковалевскому придется в срочном порядке провести собрание актива «очередников» и собрать с поверивших ему людей взносы за следующий месяц.

Пока с обществом, где жадный Коля занимал должность председателя совета, все было в порядке.

Горы бумаг и красиво исполненных справок убеждали мыкающихся по коммуналкам людей в серьезности подхода к делу и честности Ковалевского. Николай старался их не разочаровывать, каждый месяц предъявляя отчеты о проделанной работе и представляясь таким же нищим, как и члены его общества. Свою машину он ставил подальше от одного из офисов, где вел прием граждан, одевался нарочито просто, оставался прописанным на площади своей первой супруги в однокомнатной квартирке на первом этаже непрестижного дома. Вторая сторона жизни председателя, где он обедал в дорогих ресторанах, являлся владельцем семи квартир и девяти комнат, снимал девочек по сто долларов за ночь, оставалась тайной. Очередники видели пред собой лишь велеречивого и сопереживающего Ковалевского, мужественно переносящего тяготы жизни и удары судьбы. Вроде хамской статьи в одной из питерских газет…

Николай в ярости стукнул кулаком по столу.

Журналисты раскопали-таки подробности давно прекращенных по амнистии уголовных дел и вывалили эту грязь на страницы. Статья заканчивалась вопросом: а как это человек, обвиненный в десятке преступлений и амнистированный по сомнительным основаниям, получает доступ к огромным финансовым средствам?

Почти два месяца Коля только и делал, что оправдывался. В конце концов ему удалось убедить окружающих, что статья явилась результатом гнусного навета и происков коммерческих фирм, занятых строительством элитного жилья. Но крови себе председатель попортил изрядно.