Август Вейссель - Зеленый автомобиль

Ее усталый взгляд с гордостью скользил по блестящей толпе приглашенных.

Два вновь прибывших гостя показались на пороге.

Оба были молоды и, несмотря на штатское платье, не могли еще отвыкнуть от особой выправки, всегда безошибочно отличающей бывших военных.

Лицо одного из них носило отпечаток бурно и беспорядочно проводимой молодости.

Хозяин дома приветливо с ним поздоровался.

— Добрый вечер, граф Гейнен.

— Разрешите мне представить вам моего приятеля, барона фон Сфора,  — сказал в ответ на это приветствие молодой человек.

— Очень рад. Сейчас познакомлю вас с моей женой. Виолетта, барон фон Сфор.

Графиня поклонилась графу Гейнену, зато фон Сфора встретила с особой любезностью.

— Мне кажется, мы уже знакомы,  — приветливо проговорила она.

— Я имел счастье быть вам представленным,  — поклонился фон Сфор,  — не так давно, у баронессы Шиллерн.

— Как же, помню, помню.

Еще две-три незначительные фразы — и новый гость затерялся в толпе приглашенных.

Представив своего приятеля некоторым знакомым, граф Гейнен подошел к карточному столу и начал партию в вист.

— Здравствуй, Сфор,  — вдруг услышал за своей спиной барон и, оглянувшись, увидел капитана генерального штаба, приветливо протягивавшего ему руку.

— Здравствуй, Франц.

— Ты в отпуску? — спросил офицер.

— Нет, в отставке, с первого числа.

— Ну? А я и не знал. Чем же ты теперь занимаешься?

— Ничем. Живу себе понемножку, а ты как поживаешь?

— Благодарю. Как видишь, хорошо,  — с этими словами он указал барону на свой мундир.

— Ах да! Поздравляю. Значит, труды твои не пропали даром. Ты все еще в Вене?

Мимо прошла хозяйка дома.

— Простите, пожалуйста, графиня,  — обратился он к проходившей Виолетте,  — не слыхали ли вы чего-нибудь о баронессе Штернбург?

— Нет, ничего. Она уже неделю, как скрылась с нашего горизонта. Говорят, уехала куда-то. Более подробные сведения вам, без сомнения, может дать граф Гейнен. Вы найдете его у карточного стола.

— Премного благодарен.

— Если хочешь познакомиться с Гейненом, то я к твоим услугам,  — предложил барон.

— О, я знаю его,  — протянул как-то странно капитан,  — только предпочитаю с ним не встречаться.

— Почему?

— Да так. Он мне не симпатичен. Игрок, пьяница, живущий никому не ведомыми доходами. Не по нутру он мне. А потом — помнишь ты эту историю, которую тогда замяли? Это было года два назад.

— Ты говоришь про происшествие во время маневров?

— Ну да.

— Я думаю, что ты несправедлив к нему. С точки зрения военного, это был, конечно, грязный поступок, но, если взглянуть на это с простой, общечеловеческой точки зрения, преступление не так велико. Господи, ну напился человек! Ведь это с каждым из нас может случиться.

— Это совсем не так просто, как ты думаешь, милый Макс,  — серьезно возразил капитан,  — офицер не напивается при исполнении служебных обязанностей. И не засыпает, когда надо командовать таким важным эскортом.

— Он, кажется, совершенно положился на проводника.

— Это было нарушением полученной им инструкции. Вообще, лучше бросим об этом говорить. Пусть радуется, что отделался так легко. Не будь дядя Гольмгорст его бригадным командиром, еще неизвестно, чем кончилась бы эта история.

— Послушай, я хорошо знаком с Гейненом. Хочешь, я расспрошу его о баронессе?

— Буду тебе очень благодарен. Спроси сейчас — вот он идет.

Барон фон Сфор задержал проходившего графа. Между тем капитан Франц Фернкорн незаметно проскользнул в соседнюю комнату.

— Послушай, Гейнен. Скажи, пожалуйста, здесь баронесса Штернбург?

Граф Гейнен с удивлением посмотрел на Сфора.

— О какой баронессе ты говоришь?

— О твоей кузине.

Граф медлил с ответом.

— Можно узнать, почему это тебя интересует?

— Пожалуйста. Один из моих знакомых сейчас справлялся о ней у графини, и та направила его к тебе.

— Почему же он сам не обратился ко мне? — спросил граф.

— Его вызвали, и он просил меня навести эту справку.

— Так, так… Кто же этот господин?

— Из чего ты заключаешь, что это господин?

— Я так думаю. Кузина красивая женщина… Кто же это, я спрашиваю?

— Послушай, ты говоришь, точно инквизитор. Капитан Фернкорн, если уж тебе так хочется это знать.

Лицо графа омрачилось.

— Он все еще бегает за ней,  — грубо проговорил он, закусывая губу и нервно крутя усы,  — скажи ему, что баронесса уехала. Она сейчас в Берлине. Одиннадцатого я получил от нее письмо. Только чтобы он не вздумал ехать за ней — он ей доставит этим большую неприятность.

— Передам в точности. Ты еще долго тут останешься?

— Мне еще нужно сказать пару слов графине, затем я уеду. С игрой не ладится сегодня. Мне адски не везет.

Барон фон Сфор отыскал Фернкорна, который, завидя его, быстро пошел ему навстречу.

— Я уже знаю, где баронесса…

— В Берлине,  — перебил его Сфор.

— Нет. Она сейчас в Венеции, откуда писала дяде, генералу Гольмгорсту.

— Гейнен сказал, что она в Берлине.

— Ты ему, вероятно, сообщил, что это я просил тебя справиться?

Сфор утвердительно кивнул.

— Тогда все понятно. Она в Берлин и не заглядывала. Сегодня ровно две недели, как она, не сказав никому ни слова, спешно выехала в Венецию.

— Но Гейнен утверждает, что одиннадцатого имел от нее известие из Берлина.

— Одиннадцатого! Постой… дай сообразить… Нет, это невозможно. Двенадцатого в полдень я видел ее на Гингштрассе и говорил с ней. Сегодня двадцать седьмое. Две недели назад, то есть тринадцатого утром, она уехала из Вены. Видишь, как Гейнен лжет! Этот…

К ним подошла графиня Кампобелло.

— Капитан, вы спрашивали меня, где в настоящее время находится баронесса Штернбург. Могу сообщить вам, что она в Берлине.

— Очень благодарен, графиня. Можно узнать, от кого вы получили эти сведения?

— От графа Гейнена.

— Меня в таком случае удивляет, почему сам граф не в Берлине!

— Ревнуете, капитан. Ведь он родственник! А она вдова, без мужской помощи и поддержки.

— Вы не знаете, графиня, зачем, собственно, баронесса поехала в Берлин?

— Кажется, погостить у родных.

— Первый раз слышу, чтобы у нее в Берлине были родные. Баронесса итальянка, она урожденная Кастелламари.

Легкая дрожь пробежала по лицу хозяйки дома. Она провела по нему надушенным платком, точно силясь закрыть его.

От барона не укрылось впечатление, произведенное на графиню именем Кастелламари.

Голос молодой женщины заметно дрожал, когда она отвечала капитану.

— Я не знаю семьи баронессы,  — сказала она,  — я слышала, что она в Берлине… и хотела вам это сообщить… вы ведь сами… спрашивали меня об этом.

Она оборвала разговор и быстро удалилась.