Август Вейссель - Зеленый автомобиль

Сфор остановился.

— Ты говоришь — выехала,  — сказал он, тщетно стараясь придать своему голосу твердость.  — Разве она держит лошадей?

— Нет, автомобиль.

— Зеленый?

— Да, зеленый автомобиль.

Барон фон Сфор проснулся на следующее утро в весьма подавленном состоянии духа.

К радости, что ему так успешно удалось довести до конца первое порученное ему дело, примешивалось чувство горечи. Было ясно, что дальнейшие действия полиции на основании сведений, доставленных ей им самим, бароном фон Сфором, будут тяжелым ударом для его лучшего друга.

Бедняга Фернкорн! Сфору вспомнилось, как они вместе сидели на школьной скамье, вместе посещали кадетский корпус; позднее, в полку, не раз делили веселые, удалые часы, пока полученная Францем командировка не разлучила их. И надо же было так случиться, чтобы как раз ему суждено было нанести страшную рану другу юности!

Франц любил баронессу. Это видно было из каждого его слова. Он был человеком порядочным и корректным… И его-то счастье должен был разрушить Сфор! В его руках находилась жизнь и судьба двух людей.

Тяжелая борьба происходила в душе Сфора… Дружба советовала ему молчать, чувство долга приказывало говорить. О себе, об обещанной ему карьере он не думал вовсе. Он говорил себе: «Если я не ошибаюсь, то своими показаниями я могу уберечь лучшего друга от рокового, может быть, шага, и со временем он первый будет мне за это благодарен. Если ошибаюсь — то ничьего счастья не нарушаю, а совесть не будет упрекать меня за то, что я равнодушно и молча смотрел, как друг мой вступает на дорогу, которая может привести его к гибели».

Мысль эта рассеяла его сомнения, и он, не колеблясь, поехал в полицейское управление.

Здесь он застал начальника тайной полиции Вурца за оживленной беседой с доктором Шпехтом.

— Ну-с, можно вас поздравить с хорошими вестями?! — обратился Вурц к входившему барону.

— Думаю, что можно. Я напал на след преступника.

Уверенный тон Сфора поверг доктора Шпехта в полнейшее недоумение.

Вурц только слегка усмехнулся:

— Вот как! Ну что же, тем лучше. Рассказывайте, в чем дело.

В коротких словах, не останавливаясь на подробностях и не называя имени своего друга, передал барон впечатления вчерашнего вечера.

Начальник тайной полиции слушал его внимательно, делая пометки в своей записной книжке. Затем он встал, несколько раз с задумчивым видом прошелся по комнате и наконец остановился перед Сфором.

— Так, так. Вы отлично справились с вашим поручением. Боюсь только, что вывод вы сделали не совсем правильный. По-вашему, убийца баронесса Штернбург? Дай вам волю, вы, пожалуй, сейчас же дадите телеграмму в Венецию, чтобы ее арестовали? Так я говорю, а?

— Конечно, так. Ведь описание ее внешности, внезапное бегство, зеленый автомобиль…

— Являются уликами! — перебил его Вурц.  — Совершенно верно. Но далеко не достаточными, чтобы на основании их арестовать как убийцу даму из высшего общества. Прежде чем поднять такой шум, а подобный шаг, несомненно, его вызовет,  — мы должны внимательно изучить и проверить мельчайшие подробности дела. Главные наши усилия должны быть направлены на выяснение личности убитого. Доктор Шпехт полагает, что это можно сделать двояко: во-первых, подыскать ключ к шифрованной записке, оставленной покойным,  — за этой работой, к сожалению, пока безуспешной, вы нас сейчас застали; во-вторых, погрузив, так сказать, наш взгляд в события последних нескольких лет. Из ваших рассказов о происшествии на королевских маневрах я заключаю, что эта попытка будет иметь успех.

— Позвольте, какое же отношение имеют маневры?…

— Сейчас объясню,  — отозвался Вурц.  — Знаете, говорится, попытка не пытка, грех — не беда. Ну-с, так вот мое мнение: Штребингер, без сомнения, не был тем, за кого себя выдавал. Доктор Шпехт получил указание на дом номер сорок шесть по Грилльхоферштрассе в связи с делом о пропаже военных документов. Поэтому можно предположить, что Штребингер был доверенным лицом какой-нибудь иностранной державы. Подтверждением этого служит и его неоконченное письмо, которое вам известно. Если покойный состоял на иностранной службе, то очень вероятно, что он имеет отношение к происшествию на маневрах, о которых вы только что нам рассказывали. Насколько я помню, тогда речь шла о бегстве политического шпиона, которого мы тщетно искали в Вене. Я пробовал опубликовать фотографию убитого, но, как и следовало ожидать, его никто не признал. Прошу вас сопровождать доктора Мартенса и доктора Шпехта в университетскую библиотеку. Ваши указания будут для них весьма ценными и значительно облегчат работу. Затем мы снова вернемся к нашему разговору.

По дороге в библиотеку Сфор должен был по просьбе доктора Шпехта еще раз во всех подробностях рассказать о происшествии, имевшем место на королевских маневрах четыре года назад.

Объяснив заведующему библиотекой цель своего посещения, они принялись разглядывать и изучать акты и судебные постановления истекших нескольких лет.

В папке, где хранились дела за август 1903 года, они нашли первые сведения о маневрах. Затем они напали на заметку, помеченную четвертым сентября и озаглавленную «Арест шпиона».

Вот ее содержание:

«Вчера днем около крепости был арестован человек, занимавшийся моментальной съемкой с наших укреплений. Установлено, что он механик по имени Бартоломео Джиардини, двадцати семи лет от роду. Джиардини был неоднократно замечен около наших лагерей. Жительство имел в Тортелло, в гостинице Иоганна Шнедера; приехал за четыре дня до маневров. Арест его состоялся на вилле, где он проводил электрическое освещение».

Днем позднее какой-то газетный корреспондент сообщал:

«Арест шпиона, Бартоломео Джиардини, состоялся в весьма драматичной обстановке. В момент появления в парке жандармов механик был занят проведением электричества. На вилле „Маргерита“ проживал сенатор Кастелламари с двумя дочерьми, из которых старшая была замужем за ныне умершим венским аристократом бароном Штернбургом. Сенатор с младшей дочерью сидели в саду перед домом и были весьма взволнованы появлением полиции с предписанием об аресте работавшего в доме человека.

Сенатор Кастелламари не мог дать почти никаких сведений о механике и поручил дочери во избежание осложнений позвать рабочего в сад.

Через несколько минут молодая девушка прибежала, дрожа от страха, и сообщила, что парень в ответ на ее приказание выхватил револьвер и, пригрозив ей, бросился бежать.

Жандармы ворвались в дом и после долгих поисков нашли Джиардини на чердаке, притаившимся под грудой белья.

Шпион вынул револьвер и грозил убить всякого, кто посмеет до него дотронуться.