Александр Аввакумов - Сыскарь

Интуиция и опыт, подсказывали Виктору, что он поступил правильно в отношении Воронина, однако, кроме его внутреннего убеждения, у него больше ничего за душой не было. Абрамов отложил бумаги и откинулся на спинку кресла. Закрыв глаза, он подумал:

«Что ты делаешь Абрамов? У тебя куча нераскрытых убийств. Почему, ты зациклился именно на этом убийстве? Почему, тебя вдруг заинтересовала судьба, этих двух совершенно незнакомых тебе парней?»

Он долго думал и, стараясь отыскать ответ, на свой же вопрос. Какой-то внутренний дискомфорт не давал ему душевного покоя. Абрамов невольно вспомнил слова матери:

– Сынок, что тебя мучает? Душа болит, это хороший признак, значит, она в тебе еще есть. Ты знаешь, сынок, душа – это совесть человека. Человек не может жить без души, душа это связь человека с Богом.

Он взглянул на часы, рабочее время уже давно закончилось. Виктор снял пиджак с вешалки и накинул его на плечи. Достав из кармана ключи, он направился к двери. Неожиданно, молчавший весь день телефон, зазвонил каким-то противным для него звонком. Он вернулся к столу и поднял трубку.

– Зайди ко мне! – произнес заместитель министра Феоктистов.

«Вот, еще этого мне не хватало, – подумал Абрамов, – сейчас начнет меня учить жить и работать».

Он, молча, шел по коридору министерства. Многих сотрудников уже не было на работе, и поэтому коридор министерства был абсолютно пуст. Внезапно его внимание привлекла фигура начальника отдела Яшина, промелькнувшая впереди него. Он быстро скрылся за поворотом и словно растаял в воздухе.

«Чего он так испугался? – подумал Виктор. – Наверное, он уже был в кабинете Феоктистова и что-то там «настучал» на меня, иначе бы он не стал прятаться».

Виктор постучал в дверь и вошел в кабинет заместителя министра внутренних дел. В кабинете, кроме него сидел начальник Управления уголовного розыска Вдовин.

– Чего стоишь у порога, словно нищий, – произнес Феоктистов. – Давай, проходи, садись.

Виктор прошел в кабинет и сел на стул.

– Ты вот что мне скажи Абрамов, ты когда-нибудь успокоишься в этой жизни? Что теперь тебя не устраивает в этом раскрытии? Ты какую игру в этот раз затеял? Разве тебе не достаточно явки с повинной Трофимова, в которой он пишет, кто и по каким мотивам убил этого Рахимова?

– Знаете, но я не верю, показаниям Трофимова и поэтому считаю, что братья Воронины не убивали Рахимова.

– Тогда, кто его убил? Может, ты нам сейчас сообщишь об этом?

– Пока я не знаю, кто конкретно убил Рахимова, но могу сказать точно, что это сделали не Воронины, – ответил Виктор на его вопрос. – Сейчас я и разбираюсь в этом и скоро скажу вам кто и за что убил Рахимова.

– Анатолий Герасимович! – обратился Феоктистов к Вдовину. – Может Абрамов у вас заболел? Раньше, рвал всех на тряпки, раскрывая убийства, а сейчас, все наоборот, словно его подменили. Преступление раскрыто, а его это почему-то не устраивает? Он еще додумается министру заявить, что данное преступление не раскрыто?

– Я же вам всегда говорил, что у Абрамова звездная болезнь. Он всегда болезненно переносил чужие удачи. Вот и сейчас, ему по всей вероятности очень обидно, что это преступление раскрыл не он, а Яшин. Вот он и уверяет нас, что эти братья не могли убить Рахимова.

– Если вы считаете, что данное преступление раскрыто, то снимите меня с него. Я не могу и не хочу сажать абсолютно невинных людей в тюрьму, – моментально отреагировал Виктор на реплику Вдовина.

Лицо Феоктистова налилось кровью. Он с нескрываемой ненавистью посмотрел на него и прошипел:

– Ты, что себе позволяешь, Абрамов? Кто тебе дал право оскорблять нас: меня, Вдовина, Яшина. Ты, что считаешь нас вурдалаками, которые питаются человечиной? Хочешь остаться при славе, но чистеньким? Не получится!

– Работать с грязью и не испачкаться, сложно товарищ заместитель министра, – в ответ произнес Виктор. – Но, специально мазаться грязью, я не хочу. Я оперативник, а не палач.

– Выйди из кабинета и запомни, этот день! Чистюля хреновый!

Виктор встал со стула и направился к двери, чувствуя на себе испепеляющий взгляд Феоктистова. Не оборачиваясь, он толкнул дверь и вышел из кабинета.

***

Утром, Абрамов, как обычно пришел на работу. Набрав номер телефона, он присел в кресло и стал ждать ответа. Наконец на том конце провода подняли трубку, и Виктор услышал знакомый голос Царева.

– Юра! Надежда и гордость уголовного розыска, – произнес он, шутя. – Скажи, мне, ты провел экспертизу по смывам с одежды и рук Трофимова?

– Да, Виктор Николаевич, – ответил он. – Я сделал все, что вы просили.

– Скажи, что она дала? Наверняка, наличие следов пороха?

– Вы угадали, Виктор Николаевич. На одежде и руках Трофимова обнаружены следы пороха идентичные следам, обнаруженным на руках и одежде братьев Ворониных.

– Юра просвети, пожалуйста, невежу. Как ты считаешь, следы пороха могли оказаться на руках и одежде Трофимова, если он не стрелял из пистолета лично?

– Я понял, что вы имеете в виду, Виктор Николаевич. Следы на одежде и руках столь обильные, что я могу сказать, что этот человек лично стрелял из пистолета.

– Юра! Если тебе это не тяжело, ты передай это заключение Гаврилову. Я его пришлю к тебе, как только он появится у себя в кабинете.

– Виктор Николаевич! Мне запретили передавать это заключение кому-либо, кроме следователя прокуратуры.

– Юра, мне очень нужно это заключение, – попросил его Абрамов. – Сделай исключение, я тебя не подведу.

– Хорошо, присылайте Гаврилова, я отдам ему заключение экспертизы.

– Спасибо тебе, Юра, эту услугу я некогда не забуду.

То, что на одежде и руках Трофимова были обнаружены следы пороха, подтверждало показания Воронина. Если они целый день пристреливали кабель, то эти следы были просто неизбежны на их руках. Следовательно, хорошо построенная Яшиным и еще кем-то, версия об убийстве Рахимова из хулиганских побуждений братьями Ворониными, начинала понемногу буксовать.

Раздался звонок телефона. Виктор поднял трубку и услышал голос Вдовина, который приглашал его к себе.

«Начинается», – подумал Абрамов.

Он закрыл кабинет и направился к начальнику Управления.

***

– Проходите, – коротко произнес Вдовин.

Абрамов прошел в кабинет и сел за стол. Время шло, но он, по-прежнему сидел за столом и ждал, что ему скажет Вдовин.

«Решил отыграться, – подумал Виктор, наблюдая за тем, как он ставил подписи на письмах. – Ждет, когда я взорвусь и начну, что говорить. Ты плохо меня знаешь Толя, мы подождем, когда вы соизволите начать говорить со мной».

Закончив работу с почтой, Вдовин поднял на Абрамова глаза и, смакуя, каждое свое слово произнес:

– По указанию, заместителя министра, вы с сегодняшнего дня освобождаетесь от руководства оперативно – следственной группой по расследованию убийства гражданина Рахимова. Поэтому, прошу вас передать все материалы по этому делу Яшину.