Александр Аввакумов - Сыскарь

***

Утром в Управлении уголовного розыска МВД Дагестана, прошло небольшое совещание. Когда сотрудники его бригады разошлись по рабочим местам, он обратился к Бондаренко.

– Остап Григорьевич, дай мне, пожалуйста, для ознакомления оперативно-поисковое дело по факту разбойного нападения на отделение сберегательного банка на проспекте Кирова.

– Интересно откуда ты знаешь об этом преступлении, – поинтересовался он у Абрамова. – ведь ты только вчера прибыл в наш город?

– Остап, я об этом преступлении читал в газете, еще в Москве. Вчера прогуливался по городу и чисто случайно наткнулся на это отделение. Скажи, вы его случайно не раскрыли?

– Хорошо, Виктор, вопросов нет. Сейчас я прикажу, и тебе принесут это дело. Давай, только договоримся, что это дело ты будешь изучать только здесь в здании МВД и не будешь его таскать к себе в гостиницу.

– Хорошо, а чем вызвана столь категоричная фраза о месте изучения?

– Виктор Николаевич, поживете у нас с недельку в городе, поработаете, может тогда, и поймете наш местный менталитет. Если не поймете, то я вам популярно тогда все объясню.

– Считай, что договорились, а сейчас я жду, когда ты принесешь мне дело.

Бондаренко вышел из кабинета. Абрамов остался один в его кабинете, который он временно, по указанию начальника передал мне. Кабинет был небольшим. Кроме большого массивного стола, стоявшего у окна, в кабинете стоял небольшой журнальный столик с двумя креслами вокруг его и несколькими стульями, стоявшими у стены. Слева от стола стояла стенка светлого цвета, за одной из створок находился небольшой сейф. Сейф был настоящим, судя по гравировке на металлической накладке, был изготовлен в Германии в конце прошлого века.

Виктор подошел к журнальному столику и налил себе полстакана воды. Жидкость оказалась затхлой. Он выплеснул остатки воды в цветочный горшок и, сев в кресло, стал ждать Бондаренко. Минут через пять в дверь кабинета постучались.

– Входите! – крикнул Абрамов.

Дверь открылась и в кабинет заглянула женщина. Увидев незнакомца в кабинете Бондаренко, женщина, похоже, растерялась. Ее большие глаза стали еще больше и красивее.

– Извините, я думала, что в кабинете Бондаренко, – произнесла она и посмотрела на Абрамова.

От ее прямого взгляда он почувствовал определенное неудобство, которого уже не испытывал с самой юности.

– Так значит, вы и есть тот самый Виктор Николаевич, о котором мне говорил Бондаренко? – просила она.

Он, молча, кивнул и встал с кресла. Женщина протянула ему небольшую по размерам папку.

– Остап Григорьевич дал распоряжение, чтобы я принесла вам дело о разбойном нападении на сберкассу.

Виктор, не скрывая своего любопытства, стал рассматривать женщину. Судя по внешности ей было около тридцати – тридцати трех лет. Ее белокурые волосы, сплетенные в две толстые косы, были тщательно уложены в какую-то довольно сложную прическу. Кожа ее, слегка подернутая на плечах светлым мягким еле заметным пушком, была темной от загара. От кожи женщины исходил нежный едва уловимый запах полевых трав. Она положила дело на край стола и, развернувшись, направилась на выход из кабинета. Посмотрев на нее сзади, Абрамов невольно отметил про себя красоту ее точеной фигуры и ног.

Проводив ее взглядом, он открыл оперативно – поисковое дело и углубился в его изучение. Дело, если сказать по-честному, было в довольно запущенном состоянии, и он сразу же сделал вывод, что по данному преступлению уже давно не работают. Просмотрев все имеющиеся в деле материалы, Виктор отложил его в сторону. Состояние дела не позволило мне объективно оценить, проделанную местными оперативниками уголовного розыска работу. Он достал из стола чистый лист бумаги и стал для себя делать определенные отметки и выписки.

«И так, нападение было совершено около семнадцати часов дня, то есть практически в самый пик окончания трудового дня. Однако, судя по количеству опрошенных граждан, лишь один из них является настоящим свидетелем, который в состоянии описать, по крайней мере, внешность двух нападавших, так как он в этот момент находился в непосредственной близости от выхода из банка. Однако, он почему-то до настоящего времени не опрошен и как следствие этого, в деле нет фотороботов преступников», – размышлял Абрамов, набрасывая на листе бумаги план первоначальных действий.

Перелистывая листы дела, он не встретил ни одного объяснения жильцов домов, окна которых выходили на проспект Кирова. Сделав соответствующую отметку у себя в блокноте, оперативник взял дело и направился с ним в секретариат Управления.

– Как, Виктор Николаевич? – обратилась к нему белокурая женщина.

– Что, значит, как? – поинтересовался он у нее. – Вы лучше скажите мне, как вас зовут. Вы, вот знаете, как меня зовут, а я не знаю и поэтому чувствую себя не совсем нормально.

– Меня зовут Ольга….

– Красивое у вас имя. Вы знаете, оно так хорошо подходит к вашей внешности, что я невольно восхищаюсь вашими родителями, которые решили дать вам это имя.

Ольга вспыхнула от этого комплемента и невольно посмотрела на свою соседку по кабинету, которая что-то записывала в свой журнал.

– Оля, я хотел бы переговорить с сотрудником, который работает по этому делу. Скажите, как можно это организовать?

– Я думаю, что это у вас не получится. Три дня назад, он уволился из МВД.

– Вот оно, что? – удивленно произнес Виктор. – Кто же теперь занимается этим делом?

– Можно сказать никто. Переговорите с начальником отдела, может он вам сможет чем-то помочь?

– Оля! Передайте ему мою просьбу, пусть он зайдет ко мне. Я буду ждать его в кабинете Бондаренко.

***

Минут через тридцать в кабинет вошел молодой человек тридцати- тридцати пяти лет. Его смуглое лицо обрамляли густые черные волосы, под большим крючковатым носом, висели черные, словно смоль усы.

– Здравствуйте, – произнес он, с небольшим акцентом. – Мне передали, что вы хотели со мной переговорить. Меня зовут Нагиев Тимур, я начальник отдела по борьбе с преступлениями против личности.

–А, что отчества у тебя Нагиев Тимур, нет? – спросил его Виктор.

– Почему нет, есть. Но оно трудное для произношения и я привык на службе обходиться без отчества.

– Дело твое Тимур, раз без отчества, значит без отчества, лишь бы ты сам не обижался на это. Тогда Тимур скажи мне, почему дело по разбойному нападению на сбербанк находится в таком плачевном состоянии. Мне кажется, что работа по данному делу уже не ведется довольно давно?

– Все правильно, Виктор Николаевич, считаю, что ваши претензии по этому делу вполне обоснованы. Сотрудник Управления, который работал по данному делу, недавно уволился. Сейчас стоит вопрос, кому его передать это. Сами знаете, какая сейчас обстановка у нас в республике. Каждый день разбойные нападения, убийства, захват заложников. У меня все сотрудники в разъездах, никого на месте нет.