Александр Аввакумов - Сыскарь

– Это плохо Тимур. Я все конечно понимаю, что людей не хватает, но здесь ведь тоже не только громадная сумма похищенных денежных средств, но и убийства работников банка. Более того, это разбойное нападение совершено в центре города, в столице республики. Здесь нужно было приложить все усилия для раскрытия этого преступления, а не передавать это дело одному сотруднику, тем более, который собирался увольняться из органов. Скажите, почему не была своевременно организована оперативная группа? Такое отношение к организации работы, практически сводит всю вашу работу к нулю. Вы потеряли время, свидетельскую базу и многое другое. Кстати, где вторая часть этого дела?

Нагиев сморщился, словно неожиданно для себя проглотил кислую дольку лимона. Посмотрев на Абрамова, он нагнулся к нему ближе и тихо произнес:

– Извините, товарищ подполковник, но нам запретили представлять вам вторые части оперативно-поисковых дел, а также оперативные и иные дела оперативного учета.

Эта информация вызвала у Виктора не произвольное удивление. Он нагнулся к его уху и тихо спросил.

– Скажите, а чье это распоряжение? Министра? Начальника управления?

– Это негласный приказ заместителя министра, – по-прежнему, все также тихо ответил он. – Он почему-то считает, что это может привести к расшифровке оперативного аппарата МВД.

Абрамов взглянул на него и твердо произнес:

– Знаешь Тимур, что я являюсь заместителем начальника оперативной группы МВД России и никто, даже ваш заместитель министра, не имеет ни какого права запретить мне изучение вторых частей этих дел. А сейчас, быстро принеси мне вторую часть этого дела. Ты понял меня или нет?

– Товарищ подполковник! – замешкавшись, произнес он. – Вы уж сами решите этот вопрос как-нибудь без меня. Я не могу ослушаться непосредственного своего руководителя. Разрешит он мне передать вам вторую часть дела, я тут же принесу ее вам.

– Хорошо, Тимур. Я непременно переговорю с твоим руководителем на эту тему. Думаю, что он откажется от своих слов и заявит нам, что его подчиненные не так его поняли.

Абрамов с Нагиевым вышли из кабинета. Виктор остановился, быстро сориентировался, в каком конце коридора находится кабинет заместителя министра и направился по коридору в ту сторону.

Он вошел в приемную и поинтересовался у референта, на месте ли заместитель министра внутренних дел. Однако, к его огорчению, его на месте не оказалось. Виктор вынужден был покинуть его приемную, так и не решив этот вопрос. Выйдя из приемной, он невольно уже в который раз для себя был удивлен тем, что коридор министерства был абсолютно пуст.

«Странно? – подумал он. – В коридоре никого нет, словно рабий день давно окончен. Неужели все сотрудники сидят в кабинетах и работают, работают и работают?»

Абрамов шел по пустому коридору. Гулкое эхо пустого помещения преследовало его до тех пор, пока он не дошел до своего кабинета. Виктор открыл дверь и был приятно удивлен. На столе стоял набор чашек для чая и электрический чайник. Коснувшись чайника, он понял, что он только что вскипел.

«Кто же проявил такую заботу обо мне?», – подумал он.

Выглянув в коридор, он никого в нем не обнаружил и решил, что чайник и чашки занес в кабинет сам Бондаренко. Мысленно поблагодарив его за это, он заварил чай в небольшом заварочном чайнике и с удовольствием выпил чашку крепкого черного чая.

***

В конце рабочего дня в кабинет вошел Бондаренко, и устало опустился в кресло.

– Чая хочешь? – поинтересовался у него Абрамов.

– Виктор! Откуда у тебя чайник и чашки? – спросил он Абрамова.

– Остап, я думал, что это ты подогнал мне чай и чашки по старой дружбе, а ты оказывается не в курсе этого?

– Все ясно, – улыбнулся Бондаренко. – Это тебе, похоже, Ольга принесла чашки и чайник. Ты, знаешь, я даже немного ревную и завидую тебе. Похоже, ты пользуешься определенным успехом у наших женщин.

– Не шути, Остап, скажешь тоже. Я однолюб и за женщинами в отличие от многих мужиков, не бегаю.

– Это хорошо, Виктор. У Ольги недавно убили мужа и все мужчины нашего Управления дали слово не обижать ее. Я и тебе советую так поступать. Мне звонил Нагиев Тимур и сообщил, что ты очень не доволен состоянием работы по раскрытию разбойного нападения на сбербанк. Что тебя не устраивает?

– Если честно, то да. Изучив все материалы, я пришел к выводу, что по раскрытию этого преступления вы вообще не работали. Однако, несмотря на все эти издержки, я пришел к мнению, что данное дело вполне перспективно и по нему стоит немного поработать. Ты, не поверишь, но оно почему-то сильно заинтересовало меня.

– А ты тогда возьми его и поработай, если считаешь, что дело имеет перспективу, – как бы, между прочим, произнес Бондаренко, – Если сможешь, то помоги нам в раскрытии этого преступления. Я, как никто из местных руководителей МВД, знаю, что ты это можешь сделать. Я ведь хорошо помню, как ты приезжал к нам сюда за своим преступником. Там дело, наверняка, было не проще этого.

– Хорошо, так и быть, считай, что меня уговорил. Я возьму двоих ребят из своей бригады и займусь этим делом. А, ты в свою очередь, дашь мне своего или оперативника или участкового инспектора, который хорошо знает не только этот район, но и город. Я его буду использовать по мере необходимости. Думаю, что это организовать для тебя не так сложно.

– Вот и хорошо Виктор, значит, договорились.

– Мне все же нужна вторая часть этого дела. Хотелось бы знать, что об этом деле говорит ваш специальный аппарат?

– Вот в чем я тебе не помощник, так в этом, – ответил Остап. – Второй части этого дела просто нет. За все это время, по этому преступлению никаких оперативных сообщений не поступало. Думаю, что это дело провернули не местные бандиты, а чеченцы. Если бы это сделали местные наши мужики, я бы об этом давно бы знал.

– Я, что-то не совсем тебя понял, Остап? Выходит, если этот налет совершили не местные, а чеченцы, то раскрывать это преступление не нужно, что ли? – удивленно спросил его Абрамов.

– А, ты, как сам думаешь? Ты, что не знаешь, что там творится за речкой? Кто туда поедет за преступниками, разве что ненормальный. Я себя к таким людям не отношу и тебе по-честному не советую.

– Вот уж не думал я, что вы такие осторожные джигиты! Знаешь, что Остап, если судить по твоему высказыванию, то здесь любое преступление можно списать на чеченцев и не работать по нему?

Бондаренко замолчал. В этот миг Виктору почему-то показалось, что он уже пожалел, что рассказал ему об этом. Чтобы выйти из этого не совсем удобного для него положения, он улыбнулся Абрамову и, стараясь все это превратить в шутку, произнес:

– Вот так и живем. Что раскрыть не можем, то списываем на чеченцев. Знаешь, что Виктор, поехали лучше домой. Зайдем по дороге в кафе, посидим немного, поговорим.